Неудачное попадание (СИ) - Арина Фенно - Страница 5

— Да, — сипло ответил Эрик, смотря мне прямо в глаза. Его взгляд был напряжённым, будто он ожидал моей реакции. А потом он отвернулся, словно боялся, что увижу что-то лишнее. — Обычно вы считаете нас уродами и недостойными вашего внимания. Но, странное дело, в этот список не входят аристократы и особо богатые норки, — он хмыкнул, но в этом хмыканье было больше горечи, чем насмешки.

— А ваши женщины как к вам относятся? — я замялась, но всё же решилась продолжить. — Прости, если тебе неприятны такие вопросы.

Эрик грустно улыбнулся, глядя куда-то мимо меня.

— Наши относятся немного лучше. Но… не так, как раньше. Во всём виноваты всё те же попаданки, — он вдруг посмотрел мне прямо в глаза. — Ещё о нас распускают нелепые слухи.

— Какие? — тут же заинтересовалась я, но он резко напрягся.

— Извини, об этом мне говорить не хочется, — он нервно дёрнул плечом. — Просто хотел предупредить тебя, чтобы ты была готова, Анриэль.

— Спасибо, Эрик, — ответила я, неожиданно для себя мягко. — Ты мне очень помог этой информацией. Надеюсь, мы всё же станем друзьями. Когда ты не кидаешься, ты вполне милый, — добавила я, чуть улыбнувшись. Фраза прозвучала честнее, чем мне хотелось бы.

Эрик снова раскатисто засмеялся. Этот смех был странным — одновременно искренним и разоружающим. Я смущённо улыбнулась в ответ.

— А когда кидаюсь, какой я в твоих глазах? — подмигнул он, всё ещё посмеиваясь.

Я замерла на мгновение. Охренеть, он умеет подмигивать⁈

— Без комментариев, Эрик. Не хочу больше видеть тебя таким, — пробормотала я, стараясь скрыть смущение и опустив взгляд.

— Я правда напугал тебя за обедом? — спросил он с неожиданной грустью в голосе.

— Да, — честно призналась я, хотя немного неуверенно. — Ты ведь выглядишь… очень внушительно. Я не могла понять, почему ты так себя вёл и чего хотел от меня.

Эрик вдруг взял мою руку в свои две, порывисто, но аккуратно. Его пальцы тёплые, движение — успокаивающее. Это касание сводило меня с ума, как будто в нём было больше, чем просто извинение.

— Прости меня, Анриэль! — он посмотрел мне в глаза так, что на секунду я почувствовала себя совершенно уязвимой.

— Всё хорошо, — проговорила я тихо, смущённо улыбаясь. — Уже всё позади. Будем дружить, — я подмигнула ему в ответ, пытаясь снять напряжение.

Эрик улыбнулся и слегка кивнул, но руку мою так и не отпустил. Чувствую, как лицо заливается краской. Он заметил это, потому что начал загадочно улыбаться и щуриться, будто нарочно выводя меня из равновесия.

— А что ты слышал о новых попаданках? — наконец спросила я, чтобы отвлечься от собственного смущения. Кажется, от его близости скоро растекусь тут лужицей.

— Ну, одна уже нашла трёх мужей, видимо, ветреная особа. А вторая, я слышал, с очень дурным характером. В своём мире она была аристократкой с сильным даром. Я, если честно, думал, что ты одна из них, — признался он и смущённо посмотрел на меня из-под опущенных ресниц.

— Весело. И с кем мне общаться? — фыркнула я. — Я не люблю глупых и напыщенных особ.

— Понимаю тебя, — спокойно ответил Эрик. — Иногда можешь общаться со мной, я буду рад. Но желательно, чтобы о нас не ходили слухи, — добавил он, и его голос стал более серьёзным.

Эх, вот и испортил атмосферу. Боится он слухов, видите ли. Как-то сразу стало мерзко на душе.

— Спасибо, думаю, как-то обойдусь пока, — спокойно забрала я свою руку из его цепких лап, стараясь не выдать своей обиды. — Сейчас я буду занята учёбой и выживанием в этих джунглях.

— Джунглях? — заинтересованно переспросил Эрик.

Фух, кажется, он ничего не заметил. И слава богам, а то было бы слишком неловко.

— Это такой лес, непроходимый и с жуткими тварями внутри, — объяснила я.

— Ёмкое сравнение, — хмыкнул норк, слегка приподнимая бровь.

— Угу. Ну что, пойдём отдыхать? Тебе, наверное, ещё вещи разобрать нужно. А мне — морально готовиться к завтрашнему дню.

— Пошли. Покажешь мне, где здесь кабинет коменданта?

— Конечно, пошли, — согласилась я.

Мы быстро добрались до нужного кабинета. Пожелав ему хорошего вечера, я торопливо направилась обратно в свою комнату, словно убегая от своих собственных мыслей.

Мне было обидно за себя. Почему-то казалось, что моя симпатия к этому хаму взаимна. Но с самого начала с этим парнем всё идёт не так.

Эрик Афгэн

Завтра утром я окажусь в академии. Честно говоря, я не хотел поступать в этот рассадник похоти и притворства. Здесь только и делают, что ищут выгоду: охотницы за богатенькими и парни, не пропускающие ни одной юбки. А теперь ещё и попаданки! Целых две! Одну из них уже окрестили «потаскухой» — три мужа за короткое время, это что-то с чем-то. А про вторую говорят, что она избалованная и надменная настолько, что ни с кем не идёт на контакт. Наверное, ждёт, что к её дому выстроится очередь из поклонников.

Мне бы вместо всего этого отправиться в военную академию, а остальные знания получить с помощью наставников на дому. Зачем тратить целый год на пустую болтовню и фальшь? Но увы, отец настоял. И я понимаю его — он волнуется за наш род.

У него самого семейная жизнь сложилась катастрофически. Отец был очарован красотой и обаянием иномирянки. Она была для него всем, настоящей музой. Он даже не замечал, что она вытягивала из него деньги, делая вид, будто без памяти в него влюблена. Отец радовался, что она не ищет других мужей, думал, что это любовь. Но на деле она копила капитал на отдельном счёте. А потом подала на развод.

Развод в нашем мире — это редкость. Он случается только в крайних случаях: если есть насилие, измена или предательство. И она знала это. Поэтому оклеветала отца, заявив, что он её душит и избивает во время близости. Это был позор для нашей семьи. Мне тогда было полтора года, и я оказался её «ошибкой». Она не собиралась рожать от отца, а тем более воспитывать ребёнка. Меня она просто оставила ему.

С тех пор слухов о норках стало ещё больше. Нас называют грубыми и жёсткими, но это ложь. Единственная наша «разница» с людьми — это наша физическая сила и… выносливость в постели. Мы пылкие натуры, но это не значит, что мы какие-то звери.

За 22 года жизни я видел свою мать всего дважды, и оба раза её визиты сводились к попыткам настроить меня против отца.

Мои мысли прервал вид заходящего солнца за горизонтом. Я сидел в карете и смотрел, как тёмно-синие оттенки неба сменяются багровыми. Мысли о предстоящем году в академии мешались с чувствами, которые я не мог объяснить. Почему-то, несмотря на презрение к этому месту, в душе жила маленькая искра надежды. Я мечтал. Хотел приключений. Хотел встречи с кем-то, кто полюбит меня за то, кто я есть, а не за титул или силу. Но каждый раз, когда я думал о любви, сердце сжималось от страха. Я боялся повторить ошибки отца, боялся, что доверие обернётся болью.

Пока я так размышлял, усталость взяла верх. Карета размеренно покачивалась, и я погрузился в сон. Когда я проснулся, было уже утро. Солнце ослепительно сверкало, заливая мир своим светом. Я почувствовал прилив энергии. Впереди был новый день — день, который мог всё изменить.

Карета остановилась перед административным зданием академии. Брусчатка под ногами скользила от утренней росы, и я почувствовал, как сердце дрогнуло. Может, это было не столько от волнения, сколько от того, что я чувствовал: начинается новый этап.

Я нашёл свою комнату, поднялся по лестнице, с трудом затащив свои вещи, и начал распаковываться. Всё вокруг казалось чужим и безликим. Я разложил свои книги, оружие, одежду, и постепенно пространство наполнилось чем-то своим. Закончив с вещами, я отправился в ванную. Струи горячей воды смывали дорожную пыль и усталость, но не тревогу, которая жила внутри.

Что-то меня ждало впереди. Это ощущение висело в воздухе. Я не мог понять, что именно, но знал — этот год станет решающим.

После того как я привёл себя в порядок, живот напомнил о себе громким урчанием. Я практически ничего не ел в дороге, слишком много думал. Спустившись к карте академии, я нашёл столовую.