Рабыня для Северных Драконов (СИ) - Отилия Лана - Страница 32

— Яльда, — я попыталась наклониться к девушке, но грудь пронзила едкая боль и я откинулась на подушку, — я обязательно тебе все расскажу, только позже. Прошу тебя, не говори никому.

— Но как тебе удалось избавиться от нее? — прошептала подруга.

— Я отвечу на все твои вопросы, честное слово, — взмолилась я, глядя в глаза Яльды. — Только чуть позже.

Девушка заботливо поправила покрывало и разочарованно вздохнула.

— Хорошо, — она направилась к двери и покинула мою комнату.

Закрыв глаза, я лежала на спине, мои руки покоились вдоль туловища.

Я старалась ни о чем не думать, как вдруг ощутила, как по рукам потекла горячая жидкость.

Испуганно распахнув глаза, я увидела, как под тонкой кожей мерцали красные нити, разносящие по венам неведомую силу.

Мне хотелось закричать от страха и вскочить с кровати, но внутреннее чутье приказало лежать спокойно.

Сделав глубокий вдох, я ждала, что меня сейчас пронзит дикая боль, мое сердце остановится или меня разорвет на части. Но сгусток энергии разрастался в груди, посылая мышцам спокойствие. По бокам моего туловища растекалось тепло, мое тело наполнялось силой.

С каждым вдохом боль, сдавливающая меня ранее, уходила.

Я исцелялась? Уже не боясь глубоко вдохнуть, я максимально раскрыла легкие, приподнимая грудину.

И ничего я не испытала. Откинув покрывало, я прощупала пальцами свои ребра. Ничего болезненного я не почувствовала.

Дождавшись, пока красные нити покинули мое тело, я тут же встала на ноги и покрутилась.

Я вновь была здорова и полна сил.

Надо же, вот так чудеса. Надо непременно рассказать об этом Вольду. Я ринулась к двери, как вспомнила, что жрец покинул дворец и до сих пор не вернулся.

Тогда надо рассказать обо всем Тэттрин. Схватив свое платье, я начала натягивать его прямо на белую сорочку, но остановилась, услышав стук двери.

Обернувшись, я встретилась с удивленными глазами Енай.

— Я принесла тебе отвар, матушка Мэри приказала, — тихо проговорила девушка, исследуя меня любопытным взглядом.

— А мне уже стало лучше, — нервно улыбнулась я.

— Но лекари сказали, что ты еще месяц не сможешь встать с постели, — насторожено проговорила она.

— Они ошиблись, — неуверенно парировала я. — Травмы оказались не такими серьезными.

— Эллин, ты можешь говорить, что угодно, но я тебе не верю.

Девушка подошла к тумбочке и опустила на нее кружку, от которой исходил тонкий дымок.

— И я зашла попрощаться, — тихо произнесла Енай.

— Что? — от удивления я быстро подбежала к девушке. — Как это попрощаться?

— Сегодня ночью я сбегу из дворца. Вчера матушка Мэри брала меня на рынок, я видела там Марко, — глаза девушки блестели от радости. — Он будет ждать меня в заброшенной кузнице.

— Ты уверенна? — я встревожено схватила ее за руки.

— Да, — без промедления кивнула она. — Мы с братом уедем далеко. И я не могла уйти, не поблагодарив тебя за все, что ты для нас сделала.

— А как же твой ошейник?

— А, ерунда, — расслабленно взмахнула Енай. — Марко найдет в кузнице что-нибудь, что поможет снять его.

Девушка крепко обняла меня, сильно прижимаясь ко мне.

— Будьте осторожны, — с шумным выдохом произнесла я, пока Енай пыталась выдавить из меня весь воздух.

— А вот со сломанными ребрами ты бы так не смогла стоять, — прошептала она мне на ухо, а затем посмотрела в мое ошарашенное лицо. — Но я никому не выдам твой секрет. Надеюсь, и ты не выдашь мой.

— Какой твой секрет? — я отошла от девушки. — Если ты о побеге, то будь уверена, что я никому не расскажу о нем.

— Нет, Эллин, — загадочно прошептала Енай, — я говорю не о побеге.

— Тогда я ничего не понимаю, Енай, объясни.

— Ты сама скоро все узнаешь, — игриво усмехнувшись, девушка покинула мои покои, плотно закрыв за собой дверь.

Безоблачное небо за окном быстро сменилось на ночное и звездное. Выпив отвар матушки Мэри, я провалилась в крепкий сон.

Ко мне приходили мои красивые драконы. Они парили в воздухе, размахивали мощными крыльями, извергали убийственное пламя, а я стояла на обрыве и с замиранием сердца наблюдала за столь величественными существами.

Из сладкой неги меня вырвал громкий топот. Открыв глаза, я быстро слезла с кровати и с любопытством выглянула в коридор. Мимо меня промчалась вереница стражников.

Неужто покой был нарушен из-за побега Енай? Ей удалось?

Ох, Богиня, хоть бы ей удалось!

— Эллин, ты не спишь? — ко мне подбежала встревоженная Яльда. — И сама встала с кровати?

— Что случилось? — я специально обхватила грудину рукой, якобы мне было больно стоять на ногах.

— Драгис Люмин… — голос подруги дрогнул, она закрыла рот ладонью, не справившись со своими эмоциями.

Я схватила Яльду за руку, и мы вместе побежали в крыло лекарей.

Пробравшись сквозь толпу рабынь, я вышла вперед.

На кровати, в скукоженной позе и с белой пеной у рта лежала мертвая Люмин. Ее кожа посинела, на лице проступили толстые вены, а стеклянные глаза были широко распахнуты. Ее застывшая рука свисала вниз, а на полу валялась пустая склянка…

О, Богиня!

Я мгновенно раскрыла глаза.

Это была та самая склянка, которую отдал мне Марко.

Получается, Люмин отравили?

Вспомнив слова Енай, я все поняла. Марко рассказал ей о таинственной баночке. Пока я спала, она нашла в моей комнате яд. И собственными руками расправилась с ненавистной ей мамашей.

Глава 43

Драгис Люмин оплакивали недолго. Мало кто во дворце был с ней по-настоящему близок. Ее смерть всех оставила равнодушными, многие посчитали, что женщина просто устала и решила свести счеты с жизнью. На заднем дворе ходили слухи, что она так и не смогла оправиться после смерти Феррила. На кухне шептались о том, что она получила серьезную травму при падении и не смогла это принять. И только я, каждый раз закрывая перед сном глаза, видела лицо Енай. Теперь мне казалось, что девушка смотрела на меня в тот день с еле заметной счастливой улыбкой.

Где они были сейчас? Удалось ли им покинуть пределы Северных земель? Свидимся мы когда-нибудь еще?

Побег рабыни так же не удостоился долгого обсуждения. Эту оплошность стражники быстро смяли, и только Тэттрин продолжала смотреть на меня загадочно. А я продолжала ей врать, отвечая на каверзные вопросы.

По первой управлять всеми рабынями было поручено матушке Мэри. Но старушке все давалось очень тяжело, особенно в последние напряженные дни перед приездом гостей, и Тэттрин назначила на место начальницы мою подругу Яльду.

Девушка была очень рада своему новому положению. А я была уверена, что из нее получится хорошая наставница, честная и добрая, трудолюбивая и справедливая. Ведь многие девушки попадали сюда не по своей воле, кого-то продавали за кусок хлеба, кого-то насильно забирали из семей, чтобы сломить их дух, кто-то сам прибивался к стенам дворца, оставшись без крова и без еды. И каждая нуждалась в поддержке.

Дни сменялись ночами, и вот наконец-то настал тот день, когда весь дворец затих в ожидании гостей.

Целая вереница слуг и стражников во главе с сыном правителя Червонных земель вскоре ступили во двор величественного северного замка.

Стоя на главных ступенях, я все пыталась спрятаться в тень от палящего солнца. Но и далеко отходить от Тэттрин я не могла. Трон юной госпожи держали слуги, девушка не захотела смотреть на своего жениха снизу вверх, а решила чуть ли не свалиться ему на голову. Или при знакомстве нечаянно ткнуть носком туфли ему в лицо.

Молодой господин был хорош собой: светлые волосы, зачесанные назад, широкие плечи, ровная выправка. Он уверенно держался в седле, гордо держа голову, и осматривал всю свиту, встречавшую его.

Остановившись перед троном Тэттрин, он одним махом спрыгнул со своего вороного коня и учтиво поклонился.

Музыканты, развлекавшие все это время толпу, вмиг замолчали.

— Принц Червонных земель, второй в династии обладатель Императорской звезды, — на распев кричал мужчина, стоящий неподалеку со свертком в руке, — владелец Сумских полуостровов…