Рабыня для Северных Драконов (СИ) - Отилия Лана - Страница 18

— Вам не спится? — осмелилась спросить я у госпожи.

— Иногда, — она о чем-то задумалась и уставилась в одну точку на полу.

Быстро оглядев спальню в поисках вещей Императора, я остановила взгляд на погрустневшей Тэттрин.

— Что читаете?

Девушка заглянула в книгу и провела тонкими пальчиками по старым выцветшим страницам.

— Истории о приключениях разных путешественников. О полетах смелых драконов в неизведанные земли.

В ее тоне я уловила нотки удручающей печали.

— Стало быть, это очень интересно.

Юная госпожа ничего не ответила, а лишь тяжело вздохнула.

— А вы не знаете где ваш отец оставляет грязные вещи?

Грусть на лице Тэттрин сменилась любопытством, и она осмотрелась по сторонам.

— Понятия не имею, — она слегка пожала плечами.

Из моего рта вылетел расстроенный выдох.

— Я бы помогла тебе поискать, но я не могу.

— Почему?

— Я не хожу, — тихо проговорила юная госпожа и опустила взгляд на подол своего нежно голубого платья.

Неосознанно я приблизилась к девушке и встала так, чтобы ей было удобно на меня смотреть. А то с самой моей поимки она наполовину выглядывала из-за кресла, сильно скрутившись в талии.

— Что, совсем-совсем? — резко вылетело из меня, и я сразу же закусила язык. — Извините, госпожа Тэттрин, я не хотела быть с вами грубой.

— Ничего страшного, — ее губы приподнялись в доброй улыбке. — Да, совсем.

— А как же вы… — протянула я, внимательно осматривая покои, затем заглядывая за кресло в поисках приспособления, с помощью которого девушка сюда переместилась.

— Охрана меня носит.

Я сразу же вспомнила нашу первую встречу во дворе и ее трон на носилках.

— Иногда Тайгард или Даррион. Мои братья такие сильные, что без труда поднимают меня на руки. И еще говорят, что я пушинка, — она тихо усмехнулась.

Я посмотрела на девушку. Она с такой любовью и теплом говорила о братьях, что у меня сердце сжалось в комок. Как такая красивая госпожа могла заиметь такой недуг?

Мне стало любопытно. Но не успела я произнести и слова, как Тэттрин меня опередила:

— Эллин, я очень хорошо знаю порядки во дворце. И точно знаю, что драгис Люмин никогда бы не послала в покои отца кухарку, — от каждого ее слова у меня все сильнее и сильнее перехватывало дыхание. — Эта женщина далеко не глупа, чтобы так опрометчиво лишиться головы. Так ответь мне честно, что ты здесь делаешь?

Ну, все, висеть мне рядом с Фериллом.

Я уже думала, что юная госпожа поверила в мои присказки. Ан нет. Она не так наивна, какой кажется на первый взгляд.

— Я… я… — я опустила взгляд в пол и начала судорожно искать варианты очередной лжи. — Да, вы правы, госпожа Тэттрин. Драгис Люмин меня сюда не посылала.

А что тогда я тут делаю???

— Я пришла сюда, чтобы… — я подняла на девушку робкий взгляд, она ждала честного ответа.

И что же я тут делаю? А?

— Я пришла сюда, чтобы посмотреть на Великого Императора, — тихо буркнула я. — Только не злитесь, госпожа Тэттрин. Все рабыни только и говорят о привлекательности вашего отца. Даже в свои годы он одним взглядом покоряет женские сердца. На пиру у меня не представилось возможности близко подойти к нему, а издалека было сложно рассмотреть лицо Великого Императора. Простите меня за мое излишнее любопытство, — я склонила голову и зажмурилась.

Я ждала свой приговор. Сейчас девушка позовет стражу и все, прощай моя никчемная жизнь.

— А зачем ты тогда принесла с собой поднос с кубком?

Глава 25

— А зачем ты тогда принесла с собой поднос с кубком? — раздался очередной вопрос от юной госпожи.

— Я хотела оставить его возле кровати. В наших землях мужчины после таких шумных пиров всегда на утро выпивают стакан вина, чтобы поправить свое здоровье.

Наши взгляды с юной госпожой пересеклись. И я пыталась понять поверила ли она в ту муть, которую я только что произнесла.

На лице девушки мелькнула улыбка, и я наконец-то облегченно выдохнула.

Поверила.

Рассматривая светлое лицо Тэттрин, на котором отражались тени от резвых языков пламени, я уж было хотела покинуть покои Императора, но вдруг заметила, как ее глаза моментально остекленели, стали безжизненными.

Она испуганно распахнула веки и дрожащими пальцами потянулась к крохотному мешочку, который висел у нее на поясе. Но от накрывающего ее припадка девушка никак не могла поймать хвостики шнурков, чтобы развязать его. Ее стройное тело, облаченное в голубое платье, начало медленно сползать на пол.

От неожиданности и до кончиков волос пугающего зрелища, мои ноги вросли в пол. Что с ней творилось? Молодое и красивое лицо госпожи Тэттрин вмиг исказилось, она стала ужасающе шипеть, кряхтеть и взялась за горло.

Я обернулась к Императору. Под дикий стук своего сердца я быстро размышляла: как мне поступить? Будить его или нет? Убить и убежать? Или помочь юной госпоже? Или оставить все так, как есть?

Я снова посмотрела на девушку. В ее глазах теплилась надежда на спасение, а тоненькая ручка до последнего боролась с мешочком.

Ох, Богиня, за что ты так со мной? Почему я не могу переступить через мучения госпожи, исполнить свое обещание и под покровом темной ночи сбежать из дворца?

Внутри все затрепетало от страха.

Сжалившись над трясущейся девушкой, я спрятала нож и подлетела к ней. Без раздумий упав перед ней на колени, я грубо сорвала с пояса маленький мешочек. Сила получилась огромной, и тонкий шелковый поясок небесного цвета оторвался от нарядного платья госпожи.

Некогда мне было заботиться о сохранности одеяния. У меня на руках умирала Тэттрин.

Выудив из мешка прозрачную склянку, я слегка потрясла ее в воздухе. Темно-коричневая жидкость с легкостью омыла толстые стенки склянки.

— Как? Куда, госпожа Тэттрин? И сколько? — испуганно прошептала я, глядя на обездвиженное тело девушки.

Неужели я опоздала?

Было решено мгновенно: в рот!

Схватив своими мозолистыми пальцами нежные, но пугающе бледные щеки Тэттрин, я приоткрыла ей рот и влила туда всю жидкость.

Я не имела и малейшего представления, что случилось с юной госпожой, и помогла ли ей эта жидкость. Прижимая к себе ее хрупкое тело, я немного покачивалась вперед-назад и молилась всем известным мне богам.

Но госпожа и дальше продолжала обессилено лежать на моих руках, не подавая признаков жизни. В этом праздничном платье мне не было видно дышит она или нет. Нагнувшись к ней совсем близко, я попыталась сосредоточиться на тишине, но в голове все гудело.

Дальше медлить было нельзя. Я итак потеряла много времени.

На свой страх и риск, я сделала глубокий вдох и громко проорала:

— ПОМОГИТЕ!

Я знала, что у всех возникнет много вопросов по поводу произошедшего. И ни на один у меня не было ответа.

Если мне суждено завтра умереть, мне важно знать, что я смогла спасти невинную девушку.

В покои Императора мгновенно влетели стражники. Со стороны кровати послышался шум.

— Помогите, госпоже Тэттрин плохо! — орала я во все горло, желая разбудить весь дворец, лишь бы это помогло госпоже.

— Скорее, лекаря! — раздался строгий голос Императора, и я от страха вжала голову в шею.

В этот миг мне показалось, что даже каменные стены дворца задрожали от яростного баса.

— Тэттрин, — мужчина опустился перед нами на колени, и начал осматривать свою дочь. — Что случилось?

Взгляд дракона опустился на ошейник, затем поднялся на мое лицо и впился прямо в мои заслезившиеся глаза.

— Я не знаю, мы разговаривали и вдруг… и вдруг, — я не могла собраться с мыслями.

Мужчина осторожно обхватил своими огромными лапищами хрупкое тело девушки, с легкостью поднялся на ноги и аккуратно положил ее на край кровати.

Строго зыркнув на меня через плечо, он бережно убрал с лица Тэттрин светлые пряди и резко развернулся.

— Вот, — я протянула ему свое дрожащую руку, — это было у нее на поясе. Я влила ей это в рот.