Цитадели: Колыбель богов (СИ) - Поляков Владимир Евгеньевич - Страница 44

— Успокойся, красавица, у тебя есть заметные, — направленный взгляд, — смягчающие обстоятельства. А вот у всяких мик’гонов и тому подобных уродов их вообще не присутствует. Особенно у жабо- и рыбоподобных, Да и уроды, похожие на моллюсков в раковинах и с щупальцами тоже сильно напрашиваются на переработку в биомассу и разборке на алхимические ингредиенты. Уверен, что они окажутся ценными, полезными, к тому же и продавать такие получится за немалую цену.

— Благодарю вас, повелитель, — аж чувствовалось, как Аннэ’Терс выдохнула. Напоминая того самого бобра из поговорки. — Я никогда не разделяла тягу некоторых моих соплеменников к порабощению и использованию других разумных. Особенно тех, которые похожи на нас внешне, пусть частично и…

— Игорь уже сказал, что не собирается позволять некоторым проблемам формировать основу отношения к твоему народу. Будет помнить, но сравнивая с мик’гонами и другими — вы… и мы ничего особенно ужасного по его представлениям не делали. Океаны, от поверхности и до непредставимых даже для нас глубин, они жестоки. Мы сохраняемдля себя то, что он называет человечностью. В какой-то мере.

Это она правильно насчёт последнего уточнения. Пусть было сложно выдавить из опутавших Ша’Ни запретов толику действительно полезной информации, но мне это удалось. Насчёт особенностей мировоззрения большей части населяющих глубину/бездну рас. Тут, надо отметить, дамочка по имени Лив мне практически не соврала. Те ещё уроды, с какой стороны ни посмотри. Жрать другие разумные расы и даже собственных соплеменников? Без проблем. «Фермы» органов за ради алхимических, артефакторных и кулинарных нужд, куда опять-таки отправлялись разумные существа в воистину промышленных масштабах? Не вопрос. Мик’гоны и другие, моллюски в раковинах и с щупальцами — эти использовали самые разные вариации контроля за разумом. И если их жертвам просто выжигали мозг, совершая этакий аналог магической лоботомии… подобное можно было считать очень большим везением. Почему? Просто для раскачки ментального потенциала они использовали методики, являющиеся воистину омерзительными. Достаточно упомянуть ту, где стандартом являлось многодневное и непрерывное вызывание через воздействие на нервную систему «расходников» разного рода болевых воздействий. Возрастающих час от часа, совершенно хаотических, самых разных. Плюс подведение к самому краю безумия с как можно большим удержанием именно на грани, не переходя оную.

Один из примеров, а таковых было… много. Куда больше, чем мне хотелось бы даже мимоходом слышать, не то что вникать во всё подобное. А вникать, как я почти уверен, придётся. Незнание, оно не делает жизнь легче. Зато знание помогает находить лучшие меры противодействия. Ритуальные пожирания ещё живых, опять-таки длящиеся часами. Превращение в очень своеобразные придатки экзотических биоконструктов. Мутационные чаны, на выходе из которых получалось такое, от чего пришли бы в восторг лишь самые отбитые маньяки, но никак не мало-мальски вменяемые существа. И это я только со слов Ша’Ни знал, не удостоившись «великой чести» видеть лично всю упомянутую хтонь.

Гуманизм и тому подобная хреновина? Знаете, я человек ни разу не чувствительный к подобному. Однако и у меня были как грани допустимого, так и категорическое неприятие, что такие то «рыбы», «жабы» и прочие «моллюски», место которых в аквариумах или на тарелках в ресторане, мнят о себе фиг пойми что, тем самым нарушая мою зону комфорта. Категорически нарушая. А посему…

— Ограничения, дорогие дамы. Жёсткие и нерушимые. Есть те существа, с которыми я стопроцентно не буду иметь никаких дел. Или вежливо улыбаться до поры, при этом в одной из заложенных за спину рук держа хорошо заточенный клинок, а в другой — готовое к активации заклятье или боевой артефакт. Говорю это сразу, чтобы никаких иллюзий в принципе не возникло.

— Слабым приходится приспосабливаться. Сильные заставляют приспосабливаться других. Вы сильны, Игорь, — воодушевилась Ша’Ни. — И мы с Аннэ’Терс всё поняли, не будем удивляться и пытаться спорить с принятыми решениями.

— Мы будем помогать! — согласно кивнула «русалочка». — Во всём. Быть рядом с тем, кто станет не простым хозяином Багровой Бездны, а сумеет раскрыть её могущество — большая честь. И возможности ещё большие.

Вот-вот, тут главное возможности, это я по лицам обеих вижу. У Ша’Ни желания понятны, успел как следует прояснить. Что до «русалочки», тут ещё предстоит как следует разобраться в тех мотивах, которые ведут её не просто по жизни, но в стремлении к достижению поставленных перед собой целей. А они есть, это я сразу вижу. Опыт, знаете ли, научился за минувшие годы общения с самым разным и при этом совершенно не безобидным народом. Эти две дамы, кстати, тоже ни разу не «божьи одуванчики». Хотя… В свете резко и разом изменившегося восприятия мира не исключаю существования таких одуванчиков, которые заметно отличаются от привычных. Например, повышенной плотоядности или разносящие не простой «пух», а некие болезнетворные или, как вариант, взрывающиеся потоком магического пламеня семена. Всё может быть не в одном мире, а в бесконечном их множестве.

— Помощь — это хорошо. Тем более, она мне и сейчас очень понадобится, и в дальнейшем, — оставив несколько расслабленный тон, говорю уже с предельной серьёзностью. — Удалось собрать достаточное число «искр» для того, чтобы наполненность энергохранилища позволила не просто по минимуму работать, а влить энергию в оставшиеся не «починенными» места. И больше того, как следует расширить склад. Не только расширить, но и сами понимаете…

Они понимали. Как Ша’Ни, так и алхимик. Простое расширение объёма было необходимо для того, чтобы в него банально влезли все плоть и кости, которыми я их набивал последние несколько суток. А с обычным расширением появились и другие возможности. Плевать, что пока на склад отправлялись исключительно туши, остающиеся после монстрозабоя. Туши ведь тушам рознь. Одно дело, если они идут просто «мясом» — ну и костями, хотя это так, малозначимая деталь. Совсем другой расклад, когда появляется функция сохранения добычи в этаком стазисе, с дальнейшими вариантами. Можно и впрямь пустить на «биомассу», а можно сохранить, чтобы потом, через тот же «приёмный механизм» затребовать сохраняющуюся на складе плоть, кость или нечто иное обратно.

— Расширяйте, — уверенно отозвалась «осьминожка». — Пусть видят не только вас на троне, но и чувствуют, что Цитадель Багровой Бездны достигла порога, за которым качественный скачок.

— А мы будем стоять по обе стороны вашего трона. Рядом с вами!

От «русалочки» так и пыхало ощущением не то что причастности, скорее понимания возможностей дальнейшего своего роста. Того, на который что она, что Ша’Ни и рассчитывать то могли разве что в приятных снах. Не тот у них калибр по меркам… да каким угодно меркам. Вот только «какие угодно» — это меня не колыхало. Они присягнули, одна и вовсе успела себя очень выгодно показать. Вторая… надеюсь, что покажет. Более того, у «русалочки» как раз возможность представится спустя ничтожный промежуток времени. Аккурат после того как я отдам управляющему восстановлением Цитадели мистическому механизму несколько приказов. Четыре приказа.

Оружейка. Мастерская бронника. Гостевые покои. Кузница. Было четыре элемента Цитадели, что уже воплощены, но не приведены в подобающее состояние. Теперь всё изменилось. Девять элементов плюс тронный зал. И все без исключения в полном порядке, тем самым сигнализируя…

И тут меня накрыло. Не в плане боли, головокружения, удушья или иного неудобства. О, вовсе нет! Просто я в первый раз по-настоящему почувствовал то место, в котором находился. Ощутил Цитадель Багровой Бездны как единое целое, в котором есть множество отдельных частей. Отдельных, но сливающихся при необходимости в единое целое, дающее ощущение надёжности, силы, комфорта. Было ощущение, продлилось пару мгновений, а затем схлынуло, оставив после себя лишь воспоминание. Зато такое, которое точно позапамятовать не получится. Более того, к какому хочешь вновь вернуться. Не самого ощущения ради, а с пониманием того, что оно даёт.