Сиротка для врага. Огонь и Тьма (СИ) - Чертовских Ульяна - Страница 28

— Ирэна, можно тебя на минуточку?

— Да, профессор. Что-то случилось?

— Нет-нет, всё в порядке. Просто решил узнать, как у тебя дела. Давненько мы вот так просто не беседовали.

— Спасибо! У меня всё хорошо. Нагрузка большая, но я справляюсь. Да и друзья помогают. Не знаю, что бы я без них делала? Как вы?

— В общем-то неплохо. Уже вполне освоился. Я вот что подумал… как ты смотришь на то, чтобы в ближайшие выходные посетить Аурвиль и прикупить тебе что-нибудь к балу? — я решил пока не задавать девушке лишних вопросов. Тем более, что внешне она выглядела так же, как и раньше, ничем не выдавая каких-либо эмоций. Лучше попытаться незаметно узнать что-либо во время прогулки.

— Я даже об этом как-то не думала. Мне ведь и вправду совсем нечего одеть. Можно я возьму с собой Аниту, мою подругу?

— А почему нет? Конечно бери. Втроём веселее будет, — я подмигнул Ирэне, попрощался и отправился в свой кабинет. Девушка же поспешила на занятия.

Сообщение Михаэля о нестабильности политической обстановки в империи насторожило меня. В сложившейся ситуации нужно быть в тысячу раз внимательнее. Если вдруг кто-то узнает, что Ирэна жива и находится в академии, заварушки не избежать. Пожалуй стоит совершить ночную вылазку, да и моему ворону крылышки как следует поразмять не помешает. Засиделся он за столько лет в заточении.

Уже в сумерках я покинул территорию академии, и скрылся в лесу. Снежный покров был ещё не очень глубоким, поэтому я с лёгкостью передвигался прямо через чащу. Нужно было отойти немного подальше от стен замка и найти открытую площадку, чтобы беспрепятственно провести оборот. Будет лучше, если никто не узнает, что я провёл эту ночь в обличии своей второй ипостаси.

Подходящую площадку я отыскал довольно быстро. Небольшую круглую поляну от посторонних глаз скрывала густая стена леса. Словно кто-то специально её здесь подготовил. Могучие деревья стояли так плотно друг к другу, что я едва пробрался между стволами.

Выйдя на середину поляны, остановился и, закрыв глаза, сосредоточился, погружаясь вглубь себя, нащупывая ту тончайшую, невидимую нить, что связывает меня с моей второй ипостасью. Ворон, почувствовав скорый оборот, затрепетал внутри меня. Ему не терпелось вырваться на свободу, подняться ввысь, расправить гигантские крылья и парить, разрезая ими прохладный ночной воздух.

Однако я не спешил. Сжимая волю в кулак, я усмирял его порыв, мягко, но неуклонно давая понять, кто здесь задает ритм, кто главный. Я дышал медленно и глубоко, пока бешеный стук сердца не сменился ровным, спокойным ритмом, а внутренняя буря не утихла, превратившись в сконцентрированную, готовую к выплеску энергию.

И тогда я резко рванул с места, стремительно побежав вперед по хрустящему снегу. Сделав всего несколько мощных, разгоняющих шагов, я широко раскинул руки в стороны, подставляя их ночному ветру. Секунда — и мои распахнутые руки уже были не руками, а огромными, сильными крыльями. Еще одно мгновение — и я, оттолкнувшись от земли, взмыл вверх, врезаясь в бархатную темень неба, уносясь в ночную даль.

Я кружил над спящим, темным лесом, то набирая скорость, яростно рассекая воздух, то почти полностью ее сбавляя. Я взмывал высоко-высоко, к самому диску луны, заставляя звезды меркнуть, а затем, камнем падал вниз, испытывая на прочность и гравитацию, и собственные нервы, расправляя крылья лишь у самых макушек заснеженных елей, ощущая, как хвоиные лапы скользят по перьям. Мой ворон ликовал, он пел беззвучную песню свободы, наслаждаясь каждым мгновением полета, каждым свистом ветра, бьющим в лицо.

Хорошенько размявшись, напитав крылья силой, а душу — восторгом, я сделал последний виток и уверенным взмахом направился в сторону мрачных, продуваемых всеми ветрами земель, где обитали наши извечные недруги — черные рыси.

В темноте ночи я был практически невидим, скользя гигантской тенью над землёй. В столь поздний час все люди уже сидели по своим домам плотно затворив ставни на окнах и крепко-накрепко закрыв входные двери. За многие годы жизни под гнётом, у них выработалась привычка не привлекать к себе лишнего внимания, особенно в ночное время. Прихвостни Де Блэков, чувствуя свою безнаказанность, могли ворваться в любой дом и устроить там полный хаос.

Добравшись до поместья Де Блэков, я уселся на макушку гигантского дерева и, прячась в его ветвях, стал наблюдать. Судя по громким крикам, доносящимся из дома, пирушка была в самом разгаре. Сквозь большие окна было видно, как слуги сновали туда-сюда, то и дело наполняя кувшины вином и поднося свежие блюда.

Примерно около полуночи входные двери поместья отворились, и вся пьяная толпа хлынула наружу. Разгорячённые алкоголем воины хватали факелы и поджигали их от огня, пылающего в большой чаше прямо посреди двора. Некоторые из них, не дойдя до чаши, падали тут же на снег, и через мгновение раздавался громкий храп. Их оттаскивали под навес для лошадей и бросали прямо на кучи с соломой. Кто-то горланил песни, кого-то тошнило под навесом всего в паре шагов от тех, кого поместили туда на ночлег. От сего зрелища мне стало противно. Впрочем, ничего нового для себя я не увидел. Всё было точно так же, как и при Колуме Де Блэке. Робин, как и его отец, вёл разгульный образ жизни, заботясь лишь о своём благополучии.

Решив, что мне больше нечего здесь делать, я уже собрался улететь. Однако в этот момент на крыльце показался Робин, волоча за волосы молоденькую служанку. Девушка отчаянно сопротивлялась, пытаясь вырваться. Мужчины во дворе загоготали и заулюлюкали, предвкушая веселье.

— Эй, Робин, ты отдашь эту девчонку нам? — крикнул один из них.

— Нет. Эта тварь посмела мне отказать. Она расцарапала мне лицо. Теперь вся её семейка поплатится за то, что их доченька такая несговорчивая.

— Прошу вас, умоляю. Простите, — причитала девушка, трясясь от страха. Она ползала в ногах у Робина, пытаясь вымолить прощение. Но тирану и не нужны были её мольбы. На его потном, лоснящемся лице явно читалась жажда крови.

— Кто со мной? — Де Блэк взял горящий факел и быстро побежал в сторону деревни. Его дружки с громкими криками побежали следом. Служанка осталась сидеть на утоптанном снегу посреди двора. Из-под навеса вышел один из тех, кого совсем недавно тошнило. Содержимое желудка красовалось на его груди большим пятном. Взяв пучок соломы, он попытался очистить одежду, но в этот момент его взгляд упал на девушку.

— Эй, малышка, ты меня ждёшь? — его рот скривился в хищном оскале. Вытерев лицо всё тем же пучком соломы, он шагнул к бедной служанке, которая побледнела от ужаса и попыталась ползти в сторону ворот. Мужчина грубо схватил её, перекинул через плечо и потащил к сараю. В этот момент ему на подмогу подоспели дружки, оставшиеся в доме. Бедная девушка сначала кричала, но потом затихла, изредка нервно всхлипывая. Насытившись молодым невинным телом, изверги, довольные собой, вернулись в дом и, как ни в чём не бывало, продолжили пьянствовать. Робин Де Блэк, тем временем, жёг дома в деревне.

Не в силах больше наблюдать подобные бесчинства я поспешил улететь прочь. Меня трясло от внутренней злобы, от осознания своего бессилия. От того, что я ничем не мог помочь ни бедной девушке, ни её родным. Открытое нападение на усадьбу Де Блэков, могло ещё больше навредить мирным жителям. После увиденного сегодня, у меня не осталось сомнений, что Робин ещё более безжалостен, чем его отец.

Глава 18

Ирэна

Анита радостно захлопала в ладоши, узнав, что в ближайшую субботу мы вместе с ней поедем покупать себе праздничные платья. Большинству адептов наряды должны прислать родители, и зачастую выбор предков совсем не совпадал с желанием отпрысков.

— Представляю, какой ужас пришлёт мне мама с её старомодными вкусами, — Анита недовольно поморщилась, но тут же снова развеселилась. — Но теперь это совсем не важно, ведь я сама себе куплю самое красивое платье. Хорошо, что предки не жалеют денег для любимой дочери, — подруга схватила меня за руки, и мы принялись хохотать и приплясывать прямо посреди коридора.