Лесная жена (СИ) - Богданович Марина - Страница 4

Девушки должны были ночевать в общей комнате, где стояло 10 кроватей, а мы — посменно дежурить под их дверью и под окном, каждый — по нескольку часов .

За те столетия, что существует договор между Авалором и Империей всякое случалось: и девицы пытались сбегать, хотя куда здесь убежишь, с одной стороны лес, с другой — 40 верст пустоши, и были также мерзкие случаи, когда местные фортовые стражи пытались пробраться в женскую спальню с нечистыми намерениями. Поэтому порядок ночевки в местном форте установился давно, и девушки ни на минуту не оставались без охраны.

Оставить Иту в общей спальне без должного присмотра я не мог, а потому понес ее в мужскую комнату. Наши и бровью не повели, когда я вошел к ним со спящей девушкой на руках, все видели ее состояние, и никто в правильности моего решения не усомнился.

Уложил малышку на свою кровать, а сам разместился рядом на полу. Я ко всему привыкший и даже на голых досках прекрасно высплюсь.

- Скорей бы добраться до лекаря, - промелькнула последняя мысль прежде, чем я задремал.

Проснулся рано, скоро была моя очередь охранять сон наших будущих Ашим. Ита всю ночь крепко спала, не шолохнувшись. Мне даже пришлось несколько раз прислушиваться к ее дыханию, чтобы убедиться, что она жива. Растолкал Игнаса, указывая на Иту. Тот понял без слов, что я передаю ему опеку над девочкой на время моего отсутсвия, и кивнул, позволяя мне уйти.

Предутренние часы моего дозора прошли спокойно, и настало время будить наших девушек и отправляться в путь. Громко стучу в дверь женской спальни.

- Доброе утро, девушки! Пора вставать!

За дверью слышится возня.

- Собирайтесь поскорее и выходите! Поедим и будем отправляться!

Нам повезло, и девушки в дороге вели себя неплохо. В этот раз обошлось без истерик и слез. По рассказам других мужиков, так везет далеко не всем, и эту поездку можно было бы назвать удачной, если бы не тревога за Иту.

- Следуем за мной в столовую, - говорю девушкам, которые вышли из спальни и спросонья совсем тихие и послушные идут за мной гуськом, как птенцы за мамкой.

- А где еще двое? - спрашиваю в столовой у Карима, когда не нахожу Игнаса и Иту.

- Так спит еще девица. Игнас решил пока не будить, мы занесли ему еду.

Я одобрительно киваю, быстро съедаю свою миску каши с мясом и, назначив старшего в отряде и дав распоряжение после завтрака выезжать без нас, отправляюсь в спальню, прихватив еду для девочки.

- Ну, что тут у вас? - Тихо спрашиваю Игнаса, входя в спальню.

- Спит, как медведица в спячке, - улыбается тот, нежно глядя на нашу подопечную, держа в руках пустую миску, в которой недавно был его завтрак. - Будем будить?

- Пусть еще немного поспит. Я сказал остальным выдвигаться без нас, мы потом их нагоним.

- Или нет, - почесал Игнас затылок, с сомнением глядя на спящую Иту.

- Или нет, - повторил я.

Чутье мне подсказывало, что будет правильно дать девочке выспаться. Сон восстанавливает силы, как ничто другое. Даже если зверье в лесу нападет, вдвоем с Игнасом мы отобъемся. Хотя двое все же маловато, подумал я. Кто-то должен будет в тот момент присматривать за Итой, вздруг ей будет так плохо, что она даже ровно стоять без помощи не сможет, ведь повозки через лес не пройдут, и всем девушкам придется ехать верхом вместе с одним из нас.

- Сгоняй к нашим и скажи Исмару, что он поедет с нами. Остальные семеро с шестью девицами справятся без проблем.

Игнас быстро ушел, а я остался смотреть на спящую Иту. Ее милое, совсем юное личико, лишенное вчерашней настороженности и усталости, сейчас выглядело таким безмятежным, что я невольно залюбовался, находя ее тонкие черты привлекательными.

Если бы княжий распорядитель назначил ее в наше поселение… Хотя нет, я бы не смог подарить ей настоящую любовь. В моем сердце есть место только для Еленики, а эта малышка слишком чиста и невинна, чтобы просто греть мою постель.

Мне и нечастых визитов к имперским ночным бабочкам в приграничных городах для этого хватает. А та глупая, мимолетная мысль... Просто хрупкость Иты чем-то напомнила мне Еленику, которая тоже часто болела и которую я не уберег.

Спустя некоторое время девушка, наконец, повернулась на бок, и я решил, что сейчас лучшее время, чтобы разбудить ее. Тихонько похлопываю ее по плечу. На фоне моей огромной ладони, ее ручка, пусть и обрятнутая тканью платья, кажется совсем тонкой.

- Просыпайся, Ита, - шепчу на грани слышимости, не уверенный до конца, что стоит ее будить.

Но девушка меня слышит и резко открывает глаза, которые распахиваются еще шире, видимо, от страха, когда я попадаю в поле ее зрения. Она тут же рывком садится на кровати и подтягивает одеяло до подбородка.

- Д-доброе утро, - отвечает мне тихий, дрожащий голосок.

Глава 5.

Ита

- Доброе, Ита, - говорит светловолосый авалорец с добрыми глазами и теплой улыбкой, - не нужно так волноваться. Это я, Саор, помнишь меня?

Я лишь киваю. Как тут забудешь? Мужчина напротив был просто огромный, с кулаками-кувалдами, но его голубые глаза словно лучились светом, да и вчера от него я получила только доброту и заботу, так что страха у меня он не вызывал, скорее, мне было не по себе от того, что он сидел слишком близко.

- Как ты себя чувствуешь? - Спрашивает он участливо.

Я на миг прислушиваюсь к своему телу и понимаю, что мне значительно лучше, чем вчера.

- Хорошо, спасибо, - выдавливаю из себя короткий ответ.

- Ну вот и славно. Здесь твоя еда, правда, уже немного остыло, - говорит он, протягивая мне миску, а потом резко отводит ее назад, - или тебе сперва принести ночной горшок?

- Пресветлая, есть ли у этого мужчины чувство скромности?! То вчера про кустики, то сегодня про горшок прямо в лоб спрашивает!

Я почти яростно мотаю головой. Благо, пила я вчера совсем мало и до того, как выйду на улицу и доберусь до отхожего места, вполне могу потерпеть.

- Тогда хорошо, - как ни в чем не бывало отвечает Саор и снова протягивает мне миску с кашей, которая очень вкусно пахнет — мясом меня дома не баловали.

Я стараюсь держать миску ровно, но мои слабые руки предательски дрожат. Вчера, когда близился час прибытия поезда я совсем не могла есть от волнения, а после уже в повозке авалорцев плохо себя чувствовала и быстро заснула, так и не поев, зато сейчас неуемная дрожь в конечностях ясно свидетельствует, что перерыв в еде был больше, чем нужно.

- Э-э, малышка, дай-ка это мне обратно, - говорит авалорец, забирая у меня миску.

Мужчина зачерпывает кашу и подносит ложку к моему рту. Он что ли кормить меня сейчас собирается?!

- Чего ждем? Скажи «а-а-а», - говорит он совершенно спокойно, едва потрясывая ложкой у моего рта.

- Можно я сама? - решаюсь возразить.

- Не можно, - обрубают меня, невозмутимо засовывая ложку с кашей в мой рот, стоило ему приоткрыться, и мне ничего не остается, как послушно жевать еду.

Когда каша была съедена, меня напоили холодным чаем опять же из чужих рук, а после Саор заправски вытер мои губы тыльной стороной своей кисти, отчего я не знала, куда прятать взгляд.

- Ты очень мило смущаешься, Ита, - сказал он, - но нам сейчас нужно торопиться и выезжать, чтобы успеть нагнать остальных, они уехали чуть больше часа назад.

Услышав это, я опешила. Выходит, он не будил меня рано, чтобы дать мне выспаться? Сердце защимило от благодарности этому огромному мужчине, который уже второй день нянчится со мной, как с малым ребенком.

- Спасибо вам, - у меня перехватило горло, и благодарнасть вышла писклявой. - Можно я быстро умоюсь и кое-куда схожу?

- Можно, только аккуратно вставай.

И Саор взял меня за руку, слегка потягивая на себя, помогая мне встать. Поднявшись на ноги и понимая, что меня не шатает, я забрала руку из слабого мужского захвата, и меня легко отпустили.

- Пойдем, покажу, где можно умыться.