"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Машуков Тимур - Страница 1391

— Ты уверен, Видар? — ее шепот обжег кожу. — Две сразу? Не каждый маг потянет такой… фронт работ.

Снежана стояла рядом, все еще держа мою руку у своей щеки. Ее пальцы дрожали, но в огромных глазах, отражающих тусклый свет ночника, читалась не робость, а решимость. Как у лесного зверька, вышедшего на лунную поляну.

— Я… готова, Видар, — прошептала она так тихо, что слова едва долетели. — С тобой. Всегда хотела… но боялась. Теперь… не боюсь. Хочу быть твоей полностью…

Дальше слова были уже лишними. Настя опередила ее на мгновенье. Ее губы нашли мои — не в поцелуе, а в захвате. Горячие, влажные, требовательные. Язык, острый и наглый, вторгся в рот, оспаривая территорию. Ее руки рванули застежки моей рубахи. Ткань с треском расходилась. Одновременно она прижалась всем телом, чувствуя, как мгновенно отзывается моя плоть на ее вызов.

— Снежка! — Настя оторвалась на секунду, задыхаясь, ее глаза метнули искры в сторону другой девушки. — Не стой столбом! Он не развалится! Покажи ему, как ты его хочешь!!! Столько ждала, так и не тормози теперь.

Снежана вздрогнула, будто пришла в себя. Потом ее пальцы, тонкие и прохладные, коснулись моей оголенной груди. Легко, почти невесомо, как крылья мотылька. Но в этом прикосновении был такой сгусток сдерживаемого желания, что по коже побежали мурашки. Она скользнула ниже, к поясу брюк, ее движения были неуверенными, но целеустремленными. Дрожь в пальцах передалась мне.

Настя, не теряя времени, сбросила свою рубаху одним резким движением. Под ней — ничего. Грудь, высокая, упругая, с темно-розовыми, уже набухшими от возбуждения сосками, предстала передо мной. Она схватила мою голову и прижала к ним.

— Цени совершенство, милый, — прохрипела она, когда мои губы сомкнулись вокруг одного соска, а пальцы сжимали другой. Ее тело выгнулось, издав низкий стон. — Покажи мне страсть, Раздоров. Распали ее!

Ее плоть была горячей под губами, упругость груди отдавалась в зубах. Я сосал, кусал, ласкал языком, а ее руки рвали мой пояс, стаскивая брюки и белье одним рывком. Мой член, уже твердый как сталь, освободился, упруго поднявшись между нами. Настя ахнула, ее рука обхватила его, сжимая с силой, граничащей с болью.

— Вот он… Грозный, — ее смешок был хриплым. — Снежка! Видишь? Твоя награда. Не бойся ее.

Снежана, опустившаяся передо мной на колени, смотрела на мой член широко раскрытыми глазами. Страх смешивался с ошеломляющим любопытством и… жаждой. Ее пальцы, все еще дрожа, протянулись, коснулись горячей кожи. Легко, испытующе. Потом обхватили основание. Ее прикосновение было нежным, нерешительным, но от него по всему телу прокатилась волна электричества.

— Он… огромный, — прошептала она, и в ее голосе слышалось восхищение. — И… красивый.

Настя фыркнула, откидывая голову назад, когда мои пальцы нашли ее влажную, пылающую щель под юбкой.

— Красивый? — засмеялась она, задыхаясь. — Подожди, пока он войдет в тебя впервые, неженка! Тогда оценишь его «красоту»! А пока… помоги ему! Ртом!

Снежана покраснела до корней волос, но послушно наклонилась. Ее губы, мягкие и прохладные, коснулись головки. Легкий, неумелый поцелуй. Потом кончик языка скользнул по прорези. Я застонал. Ощущение было невероятным — невинность, смешанная с отчаянной смелостью. Она взяла головку в рот, осторожно, с трудом обхватывая ее губами. Движения были робкими, исследовательскими, но каждое касание ее языка, каждое сжатие губ заставляло мои мускулы напрягаться до предела. Она смотрела на меня снизу вверх, ее глаза, огромные и темные, ловили каждую мою реакцию.

Настя тем временем вырвалась из моих объятий, стаскивая с себя юбку, под которой не было трусиков. Ее лобок был гладко выбрит, открывая взгляду полные, влажные губы. Она раздвинула их пальцами, обнажая темно-розовое нутро, блестящее от соков.

— Хочешь его, Снежка? — Настя дышала тяжело, ее пальцы играли с собой, лаская клитор. — Хочешь почувствовать, как он разрывает твою невинность? Как он входит в тебя глубоко? Жестоко? — Ее слова были как хлыст, подстегивающий и меня, и Снежану. — Но сначала… он мой. Покажи ей, Видар! Покажи, как ты умеешь!

Она резко развернула меня к себе спиной, толкнув к кровати. Я упал на спину. Настя вскочила сверху, нависла надо мной. Ее глаза горели адским огнем. Без прелюдий, без нежностей, она направила мой член к своей пылающей щели и резко опустилась на него. Вниз. До самого основания.

— А-а-ах! Да! — ее крик сорвался с губ, когда я заполнил ее полностью. Она была невероятно тесной, горячей, пульсирующей. — Вот так! Вот так, родной! Отжарь меня как последнюю шлюшку!

Она начала двигаться. Быстро, яростно, как всадница, несущаяся в атаку. Ее бедра хлопали о мои, тело извивалось в экстазе. Она прижимала мои руки к матрасу, доминируя, требуя. Я отвечал ей толчками снизу, встречая каждое ее движение. Наши стоны смешивались в диком дуэте. Она наклонялась, ее грудь касалась моей груди, соски терлись о кожу. Ее губы снова нашли мои, поцелуй стал грязным, влажным, с укусами.

Снежана наблюдала, стоя на коленях рядом. Ее рука бессознательно скользила по своему животу, ниже, к влажной прохладе между ног. Ее глаза не отрывались от места нашего соединения, от того, как Настя поглощала меня, как ее тело трепетало в экстазе. На лице Снежаны читалась смесь шока, возбуждения и жгучего желания.

— Хочешь попробовать? — Настя вырвалась от моих губ, ее голос был хриплым от наслаждения. Она замедлила бешеный ритм, но не остановилась. — Иди сюда… Сзади… Покажи ему свою… невинность.

Снежана, словно в трансе, подчинилась. Она поднялась, ее движения были плавными, как в танце. Ее ночная рубашка скользнула на пол, открывая хрупкое, бледное тело, большую грудь с маленькими, нежными розовыми сосками, стройные ноги. Она подошла сзади, ее руки легли мне на грудь, губы коснулись шеи. Ее поцелуй был легким, как дуновение, но от него по спине пробежал холодок страсти. Ее тело прижалось к моему боку, я чувствовал ее дрожь, ее учащенное дыхание.

Настя, видя это, ускорилась снова, поднимая волну наслаждения в нас обоих. Она схватила руку Снежаны, направила ее вниз, к месту их соединения.

— Потрогай! — приказала Настя. — Почувствуй, как он во мне! Как он готов для тебя!

Пальцы Снежаны, дрожа, коснулись скользкой плоти, скользнули по моему стволу, погруженному в Настю, нащупали натянутый вход. Она ахнула, почувствовав пульсацию, жар.

— Теперь… твоя очередь, — прошептала Настя, замедляя движения до томных покачиваний. — Ложись… Под него. Прими его. Прими боль. Прими наслаждение.

Снежана послушно опустилась на спину рядом. Ее ноги раздвинулись, открывая взгляду девственный ландшафт — аккуратно выбритый лобок, влажные, пульсирующие губы. Ее глаза были закрыты, губы сжаты. Но тело было готово.

Настя резко поднялась с меня. Я почувствовал холод воздуха на влажном члене. Она толкнула меня к Снежане.

— Иди, Видар, — ее голос звучал хрипло и властно. — Возьми свою награду. Возьми ее невинность. Жестко. Чтобы запомнила.

Я перевернулся, оказавшись между ног Снежаны. Она открыла глаза. В них был страх, но не паника. Доверие. Жажда. Я наклонился, поцеловал ее. Нежно. Глубже, чем с Настей. Мои губы успокаивали, язык ласкал. Мои пальцы нашли ее клитор, начали нежно массировать. Она застонала, ее бедра приподнялись навстречу.

— Расслабься… — прошептал я ей в губы. — Я буду нежен… сколько смогу.

Но Настя стояла рядом, ее рука легла мне на ягодицы, подталкивая.

— Нежен? Нет! — прошипела она. — Она ждала этого! Она хочет почувствовать силу! Войди в нее! Разорви ее! Сделай эту текущую самку своей!

Ее слова, как и ее пальцы, впившиеся мне в плоть, подстегнули. Я направил член к дрожащему входу Снежаны. Головка уперлась в барьер невинности. Она вскрикнула — коротко, испуганно. Я посмотрел ей в глаза.

— Готова?

Она кивнула, закусив губу. Ее пальцы впились в мои плечи.

Я толкнул.

Один резкий, мощный толчок. Преодолевая сопротивление. Разрывая нежную плоть. Входя в горячую, невероятно тесную глубину.