Стражи миров (СИ) - Ильина Наталья Леонидовна - Страница 47

Пыхтя, Ирошка возился с тесёмками тёплых штанов, когда из-за фургона выскользнула невысокая фигурка и быстро двинулась прочь от стоянки. Мальчик успел заметить, что это была девушка, одна из четвёрки заинтересовавших его путников. Он осторожно отпустил её подальше, так, что едва мог разглядеть среди голых веток низкого кустарника и широких кочек ломкой замороженной травы, и двинулся следом. Шум каравана затих за спиной, далеко впереди мелькала чёрная тень девушки, а навстречу ей, из ниоткуда, поднялись огромные нечёткие фигуры чудовищных зверей.

Ирошка замер, присев за ближайшей кочкой, пряча пар от дыхания в ворот меховой парки. Звери окружили девушку. Восемь. Он насчитал восемь длинных тел, рассевшихся возле неё…

Дрожа от возбуждения и страха, мальчишка не отрывал глаз от залитой лунным светом равнины, пока чужое горячее дыхание не коснулось его шеи — между шапкой и воротником. Мальчика прошиб пот. Он медленно повернул голову и обмочился бы, но оказалось нечем. Один из зверей стоял над ним, вывалив язык из жуткой пасти, в которой мерцали огромные ослепительно-белые клыки. И холодными огнями горели глаза на мохнатой морде.

Зверь поднял голову и очень осмысленно посмотрел на остальных. Ирошка вздрогнул — девушка и звери направились в его сторону. Бежать, да и вообще шевелиться, мальчик не смел. Он едва мог дышать от страха…

Чара, предупрежденная Псами, с недоумением пыталась разглядеть щуплую фигурку под нависающей тушей Рурха. Каким образом мальчик смог заметить её и к тому же выследить? И вообще — откуда здесь взялся ребёнок?

Арх мягко подтолкнул Ирошку носом, и он шагнул навстречу девушке. И стае остальных Псов.

Ребёнок непрерывно шмыгал носом и смотрел на неё тёмными глазёнками из-под низко надвинутой, лохматой, невероятно засаленной шапки. Чара скинула капюшон, не обращая внимания на мороз, и присела перед мальчишкой.

— Кто же ты такой?

— Ирошка, — отозвался мальчик неожиданным баском. Словно в трубу погудел.

— И что мне с тобой делать теперь, Ирошка? — воскликнула девушка, поднимаясь. Звери заворчали, все разом, а тот, что напугал мальчика первым, звонко и недвусмысленно щёлкнул зубами возле самого его уха. Ирошка молниеносно вцепился девушке в подол длинного жилета, бухнувшись перед ней на колени.

— Не убивай! Я никому… — Голос его прервался, на щеках блеснули слёзы.

— Да ты что?! — подхватила его Чара. — Никто тебя не убьёт!

Чудовища разом отступили назад. Даже тот, что щёлкал зубами, больше не дышал ему за шиворот. Она придерживала мальчика за плечи, но смотрела на зверей. То на одного, то на другого. Они отвечали на её взгляды переливчатым ворчанием и бульканьем. Ирошка невольно раскрыл рот.

Он готов был поставить лезвие настоящего охотничьего ножа, без ручки — своё единственное сокровище — за то, что девушка и звери вели беседу. Он уже успел сообразить, что невиданные чудовища — это Псы, которых он никогда раньше не видел. А она, возможно, — приручитель? Но Псы никогда не забирались так далеко на север…

Она крепко держала его за воротник парки всю обратную дорогу. Ирошка дёрнулся всего один раз, а дальше только сопел и шмыгал носом. Вокруг костров почти все уже спали. Караван снимался рано, а место стоянки ещё следовало привести в порядок. Но те, трое, ждали свою спутницу и здорово удивились, когда она вернулась не одна. Высокая красавица пристально посмотрела на него — в её тёмных глазах плясали отсветы костра — и протянула почти восхищённо:

— Ого-о!

В голове Ирошки что-то больно щёлкнуло, словно лопнул пузырек, и пламя костра вдруг потянулось вместе с дымом к его озябшим рукам.

Худой Господин, сидевший как раз на пути, резво откатился на белобрысого громилу, а красивая воскликнула:

— Но-но! Потише!

Прошелестело чьё-то слово, и костёр присмирел, оседая.

— Где ты взяла это талантливое чудо, Чара? — спросила, улыбаясь, красавица.

— На равнине, представьте себе, — прозвучало из-за Ирошкиной спины, и его подтолкнули поближе к огню.

Здоровяк молча отхватил большой кусок копчёного мяса (так решил Ирошка, учуяв головокружительный аромат) и протянул мальчику, сторонясь пламени, пляшущего между ними. Ирошка капризничать не стал, схватил кусок и вгрызся в него.

— Чара? — нетерпеливо обратился к девушке худой Господин, усевшийся на прежнее место.

Последовал короткий рассказ, который позволил Ирошке взглянуть на себя со стороны, и он насупился, пыхтя. Красивая, которую все называли Дарель, не отводила от него задумчивого и немного насмешливого взгляда. Впрочем, на Господина она смотрела ещё насмешливей, может, это просто была её привычка?

— И в чём его таланты, кроме того, что он пробился через магию Чары? — поинтересовался Господин, тоже разглядывая мальчика.

— Маг Огня, как ты видел, маг Земли — точно, приручитель — вполне возможно… и вообще — разные другие способности. В будущем. Сколько тебе лет, дитя? — обратилась к мальчику Дарель.

— Десять вроде… — простуженно пробасил Ирошка. — А как это? Мне одному столько всего? — Он повеселел, но шмыгать носом не перестал. — Я, что ли, маг всего этого получаюсь?

— Получишься, если научишься, — строго охладила его пыл Дарель.

— А как? — Он перестал жевать и оглядел озадаченную компанию.

— В Гильдию тебе надо. Там таких учат… Кто отец у тебя? — спросил Здоровяк, с сомнением посмотрев на старую повытертую парку с высоко завёрнутыми рукавами и ужасную шапку, сползающую мальчишке на нос.

— Караванщик. Телега у нас! — гордо ответил Ирошка.

— Понятно… Пропадут твои таланты.

— Как это? — прищурился пацан.

— Не будешь учиться, останется только сила, которой не сможешь с толком воспользоваться. А жаль. Читать, считать умеешь?

— Как не уметь считать? — изумился Ирошка. — И читать могу маленько, ведь товар же возим.

— Уже неплохо, — кивнула Дарель. — А что в караване делаешь?

— Отцу помогаю. Товар у нас. Лошади на мне.

Чара и Дарель переглянулись.

— Поздно уже, Ирошка, ты завтра приходи к нам, как остановимся. Мы подумаем, как тебе помочь. Только язык не распускай, даже отцу — не хочется на тебя слово накладывать. Сможешь сам?

Мальчишка затряс головой, шапка заболталась на ней вверх-вниз. За такое обещание он готов был и вовсе язык проглотить, и за такое приключение — тоже.

Здоровяк поднялся, чтобы его проводить, несмотря на то, что Ирошка отнекивался. Зато теперь он узнал и его имя — Здоровяка звали Ликос. Он издалека приглядел телегу и лошадей парнишки да повернул назад, к центру стоянки, обходя спящих вокруг тлеющих костров людей.

— Дадим денег, как доберемся, пусть отец с ним разбирается… — сонно проворчал Огги, укладываясь.

— Всё у тебя на деньги меряется, — фыркнула Дарель. — А если папаша их просто пропьет? Да и кто поверит мальцу, что у него такие способности, если он их показать не сможет?

— А ты что, собралась его обучать прямо здесь? Тоже мне, «майстер»! — огрызнулся оскорблённый её тоном Огги.

Ликос и Чара только переглянулись. Эти перепалки продолжались бесконечно и по любому поводу. Дарель и Огастос не ладили между собой.

— Да уж поучёней тебя буду, — спокойно парировала ведьма. Что было чистой правдой — знала и умела она больше, чем Огги, и этим ещё больше его раздражала.

Чара тихонько улыбнулась в темноту. Не заметить взглядов, которые бросали друг на друга эти двое, когда думали, что их никто не видит, было просто невозможно, но что-то мешало им сойтись, вот они и шипели, как масло на сковороде.

Ей снова вспомнился Рикон. У неё совсем не было времени, чтобы узнать его поближе, но как дорого бы она дала за то, чтобы иметь возможность вести вот такие перепалки! То, что он нравится ей куда больше, чем она готова была себе признаться, когда он был рядом, Чара с болью осознала только здесь, в Арисе, когда его рядом не было. Девушка в сотый раз вспомнила тот миг, когда оттолкнула его обеими руками, качнувшегося к ней… Качнувшегося, чтобы что? Она так и не узнала, сбежав самым позорным образом. Струсила и ещё долго уговаривала себя, что он — Страж, сын лорда, старше её на целых семь лет, и вообще…