Сердце Луминара (СИ) - Рабин Ния - Страница 5

Тишина повисла густым ковром. Даже ветер-проказник затих.

— То есть, ты… мой первый? — спросила я, краснея.

— Согласно пророчеству — да.

— А многомужество… это нормально? — я потыкала пальцем в траву, избегая его взгляда.

Он рассмеялся, но в смехе слышалась горечь:

— Раньше это было обычным делом. Любовь не делится — она умножается. Но сейчас… — он махнул рукой. — Женщин единицы.

— О, — вспомнила я опять площадь.— А как же так, я видела на площади существ и они небыли старыми?

— Почти у всех рас внешность прекращает изменяться после совершеннолетия и уже лет за десять — пятнадцать до ухода на перерождение начинает стремительно стареть.

— Вот это даа, — удивилась я.

Искорка вдруг подняла голову и ткнула рогом в мою ладонь. Золотой свет окутал руку, и татуировка ответила белым сиянием.

— Видишь? — Кейлон показал на свою шею. Его символ пульсировал в унисон с моим. — Мы связаны. И нам нужны остальные.

— Значит, путь лежит через другие империи, — прошептала я, глядя на звёзды татуировки.

— Да, — он встал, отряхивая плащ. — Слеза поведёт тебя. Но начинать стоит с Приморды.

— Почему именно с неё?

— Потому что их император… — Кейлон нахмурился, подбирая слова. — Он не верит в пророчества. Чем раньше ты его убедишь, тем меньше шансов, что он испортит твои планы в зародыше.

— Обнадеживает, — я съёжилась. — А потом?

— Потом — Лумелия. Эльфы мудры, но их правитель потребует доказательств.

Он повернулся, и его крылья расправились, отбрасывая на траву узор из света и теней.

— Ты только что прибыла, а я ещё даже не показал тебе Этернию. — В его голосе внезапно зазвучали нотки азарта. — Как насчёт прогулки по облачным базарам? Или хочешь увидеть, как танцуют ветра в Час Заката? А может даже успеем на праздник в честь Бога Фенираэля, бога ветра и огня.

Я замерла, не ожидая такого поворота.

— А как же пророчество? Приморда…

— Приморда подождёт день-другой, — он подмигнул. — Даже императорам позволительно иногда нарушать планы. Тем более… — его взгляд скользнул по моей пижаме, — тебе нужно хоть что-то кроме этой милой пижамы в гардеробе.

Искорка фыркнула, будто поддерживая идею.

— Но…

— Никаких «но». — Кейлон подхватил меня за талию и усадил на спину единорога. — Сначала ты увидишь мой мир. А потом… потом мы начнём спасать его.

Глава 5

Аэрия, танец и нежность

Белоснежные шпили замка, отливавшие перламутром в лучах заката, казались лёгкими, как облака. Кейлон шёл впереди; его крылья, серебристые и переливчатые, будто сотканные из света, слегка трепетали на ветру. Я замедлила шаг, пытаясь впитать в себя весь этот нереальный мир. Стены замка не были холодными — они сияли мягким розовато-золотым свечением, словно впитавшим тепло солнца. Витражи изображали не абстрактные узоры, а живые сцены: незнакомых мне ещё, но красивых существ, танцующих в небе, реки, бегущие сквозь луга. Что-то щемящее и сладкое сжало сердце. Это место словно ждало меня.

— Нравится? — Кейлон обернулся, и в его улыбке промелькнула уже привычная игривость.

— Кажется, я сейчас поверю в сказки, — прошептала я, чувствуя, как губы сами растягиваются в улыбке.

— А ты ещё не веришь? — Он приподнял бровь, но тут же махнул рукой. — Ты, наверное, долго будешь привыкать. Расскажешь как-нибудь о своём мире?

— Да, конечно.

Двери распахнулись беззвучно, будто их толкнул ветер. Навстречу вышел ирлинг с крыльями тёмно серого цвета, которые переливались, как шёлк. Его глаза, ярко-голубые, словно небо на рассвете, сразу устремились ко мне, полные любопытства и… надежды? Он слегка склонил голову, и серебристые пряди волос упали на лоб.

— Император Кейлон, — его голос звучал тепло, как весенний ручей. — И… леди. Добро пожаловать в Аэрию.

— Кордан, это Аврора. Моя истинная пара. — в этот момент глаза Кордона широко распахнулись от удивления, а на лице промелькнуло неверие, которое быстро сменилось понимание и трепетом.— Прикажи подготовить для неё смежную со мной комнату и закажи платья — те, что сами подстраиваются под размер. Завтра докупим всё необходимое, — смущённо произнёс Кейлон. — Аврора, это Кордан, управляющий замка и мой хороший друг.

— Всё будет готово в кратчайшие сроки. А пока, может, предложить леди отдых в малой гостиной?

Малая гостиная оказалась уютным уголком, где даже воздух пах ванилью и старыми книгами. Стены, обшитые деревом с резными узорами, отражали солнечный свет, а диваны с горой подушек манили присесть. На столе, покрытом кружевной скатертью, уже дымился чайник; вокруг порхали крошечные огоньки-помощники, раскладывая печенье в форме звёзд.

После чая Кейлон проводил меня в комнату. Она оказалась зеркалом моих тайных желаний. Здесь были полки с книгами, окно с видом на сад, где цвели синие розы, и два платья, парящих у зеркала. Одно — цвета ночи, усыпанное крошечными звёздами, второе — нежно-голубое, словно утренний туман. Я решила для начала ополоснуться, прежде чем надеть платье.

Оглядевшись, я заметила две двери, сливавшиеся со стенами, и предположила, что одна из них точно ведёт в ванную комнату.

«Ох, надеюсь, тут всё устроено так же, как я привыкла. А то в некоторых романах описывают такие устройства, что не разберёшься», — подумала я, выбирая дверь слева от кровати.

Я угадала. Это была ванная комната, и, «слава всем богам миров», она напоминала земную. Небольшая душевая кабина, круглая и неглубокая чаша, а сбоку стояла ширма. Заглянув за неё, я обнаружила самого обычного «фарфорового друга». Вдоль стены располагались большое зеркало с мраморной раковиной и шкаф, в котором я нашла полотенце и халат. Всё — в бело-золотых тонах. Очень красиво.

Так как времени было в обрез, я решила быстро ополоснуться. Два золочёных вентиля, на полочке — несколько стеклянных бутылочек с рисунками, обозначающими, что одно для волос, а остальные для тела. Накинув кружевной халат, я вернулась в комнату и подошла к платьям.

Прикоснувшись к тёмно-синей ткани, я ощутила, как она обвила тело, превратившись в лёгкое платье с кружевными рукавами и мерцающими звёздами. Сидело оно просто идеально.

Кейлон ждал у выхода, его плащ переливался, как северное сияние.

— Ну что, прогуляемся? — протянул он руку.

Я не успела дотронуться до его ладони, как он резко обхватил мою талию и стремительно взмыл в небо. От испуга я вцепилась в его плечо, уткнувшись лицом в шею. За какие-то пару минут мы долетели до города и приземлились, судя по всему, на центральной площади.

Вечерний город встретил нас музыкой. Улочки, днём казавшиеся прямыми и чопорными, теперь извивались, словно в танце за счёт магических фонарей в виде светлячков, которые висели повсюду, окутывая всё романтическим сиянием.

— Ты молчала весь путь, — заметил Кейлон, когда мы поднялись на мост над рекой.

— Просто пытаюсь понять… почему вы все верите в меня?

Он повернулся, и в его глазах отразились огни Луминара — города, который уже стал частью моей судьбы.

— Потому что иногда чудеса случаются. Или… потому что нам очень нужно, просто необходимо, чтобы они случались.

Его рука коснулась моей, и я вдруг осознала: даже если я не та самая душа из пророчества… здесь, в этом месте, мне хочется ею стать.

Кейлон вёл меня по улицам Аэрии, и я не могла оторвать глаз от чудес вокруг. Магазины со сверкающими витринами, магические лавки, а над нами пролетали ирлинги, чьи крылья создавали причудливые тени на зданиях.

— Кейлон, — обратилась я к императору, — ты говорил про праздник в честь бога Фенираэля. Расскажи подробнее о богах вашего мира?

Император улыбнулся, его крылья чуть приподнялись, будто радуясь возможности поведать мне об этом.

— Конечно, Аврора. В нашем мире четыре великих божества. Первым расскажу о Фенираэле, покровителе ирлингов, как ты правильно заметила. Это бог ветра и огня. Представляют его существом с крыльями из пламени и дыма, глаза его горят угольным светом. Он символизирует перемены, энергию и очищение через огонь. Его ритуалы обычно связаны с факелами и танцами. Особенно они важны для урожая или защиты наших земель. Во время праздников мы запускаем в небо горящие фонарики, чтоб почтить его силу.