Сердце Луминара (СИ) - Рабин Ния - Страница 19

Когда я вышла из комнаты, Арданар уже ждал нас. Его зеленые глаза загорелись мягким светом, когда он увидел меня.

— Готовы? — спросил он, его голос был теплым, как первый весенний день. — Я провожу вас на ужин.

Мы последовали за ним, и вскоре оказались в небольшой, но уютной столовой. Здесь всё было наполнено духом природы: стены украшали живые лианы, которые мягко шевелились под нашими руками, а воздух был пропитан ароматом цветов. На столе стояло множество блюд: мясо, приготовленное с травами, овощные гарниры, фрукты, которые светились изнутри и напитки.

Руйбир сразу же представил нам своих друзей, которых мы наконец встретили. Это были Атори, Колм, Бенас и Семан — единственный с черными ушами среди них. Каждый из них был уникальным: кто-то с добродушной улыбкой, кто-то более серьезный, но все они внимательно следили за мной, словно стараясь понять, действительно ли я та, о ком говорят жрецы.

Арданар представил своего друга и правую руку — Эльраданура, которого сокращенно называл Эль. Он был высоким эльфом с волосами, напоминающими серебряные листья древнего дерева. Его глаза были такими же зелеными, как у императора, но выражение лица было более строгим.

— Рад знакомству, Аврора, — произнес он, склонив голову. — Наш мир теперь в твоих руках.

Я покраснела от этих слов, хотя внутри всё трепетало от осознания того, что теперь я действительно часть этого мира. За ужином разговор тек легко, полный шуток и интересных историй. Мы узнали много нового о Приморде, о том, как оборотни поддерживают свои территории, и о Лумелии, где эльфы создают целительские зелья из редких трав.

После ужина мы решили прогуляться в саду. Мы вышли в сад, который был настоящим чудом: деревья с прозрачными листьями, светящиеся грибы, порхающие светлячки.

— Смотрите внимательно, — сказал Арданар, указав на пустой клочок земли. — Магия растений не только помогает мне управлять своей территорией, но и делает её красивее.

Его руки поднялись, и земля вокруг начала немного двигаться. Тонкие корешки пробились сквозь почву, стремительно превращаясь в стебли, а затем раскрылись цветы, которые я никогда раньше не видела. Они были огромными, с лепестками, переливающимися всеми оттенками розового цвета.

— Это… невероятно, — прошептала я, не в силах отвести взгляд. — Как тебе это удается?

— Магия растений, — ответил он, его голос был мягким, но властным. — Но это лишь малая часть того, что я могу сделать. Если ты хочешь, завтра мы отправимся в священную рощу, чтобы отдать дань уважения богу Азраиндилью. Возможно, нам придется использовать твою силу, чтобы подпитать рощу и проверить, нет ли больных растений.

— Конечно, — ответила я, чувствуя, как внутри всё становится теплее.

Мы продолжили прогулку, и чем дальше мы шли, тем больше я задумывалась о последней части пророчества. «Огонь восстанет, Вода заплачет, Земля расколет, Ветер заплачет. Но если трижды сольется кровь…» Эти строки крутились в моей голове, вызывая новые вопросы. Что значит «трижды сольется кровь»? Нужно будет пустить кровь на алтарь? Или это именно то, о чем говорил Арданар — нужно будет объединиться со всеми своими истинными? А если да… то как это произойдет? Все вместе? Одновременно?

Мысли кружились в голове, но сейчас не время для таких вопросов. Поэтому просто наблюдала за тем, как Арданар легко управляет магией растений, как Кейлон рассказывает о воздушных потоках, а Руйбир — о своих охотничьих инстинктах.

— А ты когда-нибудь думала о том, что будет после встречи всех трех истинных? — внезапно спросил Арданар, его голос стал глубже.

Я замерла, не зная, что ответить.

— Не знаю, — честно призналась я. — Мне кажется, это будет… сложно. Особенно если нужно будет… — я запнулась, не находя подходящих слов.

— Если нужно будет объединиться, — закончил за меня Арданар, его зеленые глаза стали еще ярче. — Да, это может быть непросто. Особенно если учесть то, что тебе непривычно многомужество, ведь его не было в твоем мире.

Я кивнула, чувствуя, как внутри всё сжимается от предчувствия.

— Ладно, — добавил он, заметив моё смущение, — об этом потом. Сейчас важно просто наслаждаться моментом.

Мы вернулись в комнату, которую я теперь делила с Кейлоном и Руйбиром. Воздух внутри был теплым, а кровать выглядела приглашающе. Но вот проблема: я совершенно не представляла, как должна себя вести. После всего, что случилось, казалось бы, я должна была чувствовать себя увереннее, но вместо этого волнение только усиливалось.

— Ты можешь занять любую сторону кровати, — предложил Кейлон, его крылья слегка вздрогнули. — Мы не будем тебя торопить.

Руйбир кивнул, его карие глаза внимательно следили за моим лицом.

Я опустилась на край кровати, чувствуя, как внутри всё переворачивается от их слов. Это было одновременно и страшно, и волнующе. Три мужчины, три части моей души, три разных характера — и я в центре всего этого.

— Спасибо, — прошептала я, стараясь сохранить спокойствие. — Я… буду стараться привыкнуть.

— Знаешь, — начал Кейлон, его голос стал мягче, — многомужество здесь не просто обычай. Это символ единства, связь между душами. Ты не должна чувствовать себя некомфортно. Это естественный процесс.

— Да, — согласился Руйбир, присев рядом со мной. — И помни: каждый из нас любит тебя по-своему. У каждого своя сила, свой характер. Но вместе мы — единое целое.

Я почувствовала, как щеки горят от смущения. Их слова были такими искренними, что хотелось поверить каждому из них. Но всё равно внутри оставался страх — страх перед неизвестностью, перед тем, что ждет меня впереди.

— Давайте… просто ляжем спать, — предложила я, пытаясь сохранить самообладание.

В темноте комнаты я чувствовала их присутствие. Кейлон был справа, его крылья слегка касались моего плеча. Руйбир — слева, его рука аккуратно обвивала мою талию.

Первая мысль, которая пришла в голову, была странной: «Как же я раньше жила без них?» Теперь, когда они были рядом, каждый мой шаг казался более осмысленным, каждое движение — более важным.

— Спокойной ночи, мои истинные, — прошептала я, чувствуя, как внутри всё становится спокойнее.

— Спокойной ночи, Аврора, — ответил Кейлон, его голос был теплым, почти шёпотом.

— Пусть твои сны будут такими же светлыми, как этот день, — добавил Руйбир, его карие глаза блеснули в полумраке.

Я позволила себе расслабиться, чувствуя, как их присутствие успокаивает меня.

Сон никак не шёл. Мысли кружились в голове, словно осенние листья. Я думала о том, что произошло за последние дни: встреча с первым истинным, Кейлоном; потом вторая встреча — с Руйбиром, его харизма и страсть; и, наконец, Арданар, со своей зеленью глаз всех лесов Луминара.

— Что, если я не справлюсь? — спросила я тихо, обращаясь скорее к самой себе, чем к ним.

— Ты справишься, — ответил Кейлон, его голос был уверенным. — Мы все в этом уверены.

— Да, — добавил Руйбир, — даже если придётся преодолеть тысячу препятствий. Мы будем рядом.

— Вы… действительно верите в меня? — спросила я, поворачиваясь к нему.

— Конечно, — ответил он. — Ты — часть чего-то большего. Ты не просто девушка из другого мира. Ты — наша надежда.

Эти слова заставили меня задрожать. Я чувствовала, как внутри всё наполняется новой энергией. Каждый их жест, каждое слово было наполнено смыслом.

— Завтра, — продолжил Кейлон, — мы отправимся в священную рощу. Там ты сможешь лучше понять свою связь с природой. Азраиндиль всегда помогал тем, кто нуждался в его мудрости.

— Хорошо, — ответила я, стараясь сохранить спокойствие. — Я готова попробовать.

Кейлон и Руйбир снова кивнули и я, наконец уснула.

Глава 14

Священная Роща и зеленая звезда

Утро началось с мягкого света двух розовых солнц, который просачивался через окна нашей общей комнаты. Я лежала на кровати, чувствуя тепло Кейлона и Руйбира. Их присутствие было успокаивающим, словно два стража, охраняющих мой сон. Но мысли в голове не давали покоя: что ждет меня сегодня? Арданар предложил отправиться в священную рощу, место силы, где можно будет подпитать магию растений. Татуировка на моей руке всё ещё пульсировала — серебристая звезда горела ярко, как символ связи с Кейлоном, а синяя отражала нашу связь с Руйбиром. Зелёная же… она лишь слабо пульсировала, напоминая мне, что третья часть души ещё не полностью пробудилась.