"Фантастика 2025-168". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - "Гоблин - MeXXanik" - Страница 1397

Мадам Жульет в нашем крайне скомканном из-за дурацкого Эско Риекки разговоре дала понять, что со стороны Шипко подобных движений не должно быть. А кроме Шипко я не могу представить другого чекиста, который мог бы организовать моё типа фальшивое похищение. По крайней мере, изначально я принял всё случившееся именно за хитрый ход Панасыча. Такая версия казалась мне правдоподобной.

Далее… Ольга Чехова появляется с предупреждением, что верить гестапо нельзя… И своими словами она, похоже, попала в самое яблочко.

Значит, что у нас выходит? Мюллер врёт. Или не всё договаривает. Хотя… Нет. Скорее именно врёт. Он играет в свою игру — Ольга Чехова была полностью права. Мюллер обвёл меня вокруг пальца, разыграв это похищение, представив всё случившееся как работу чекистов. А я в этой игре, кажется, просто пешка. Причём пешка, которую пытаются двигать во все стороны сразу.

— Похоже, он не придёт… — раздался рядом тихий голос Марка.

Я снова посмотрел на часы.

— Думаю, ты прав. Хотя не понимаю причины, по которой могли измениться его планы, — Ответил я, стараясь говорить едва ли не шёпотом.

Марта ушла в кухню и занималась там подготовкой ужина, но не удивлюсь, если она одновременно ухитряется наблюдать за мной.

С фрау Книппер надо быть теперь ещё более осторожным. Тётя оказалась разведчицей, причём матёрой, со стажем. Да, она очень убедительно рассказывала мне о прекрасной и нежной дружбе с отцом. Прямо едва ли не родственные души. Но я папиных друзей боюсь больше чем врагов. У него такие «друзья», что охренеть можно. Поэтому история, которую преподнесла Марта, тоже — такое себе.

Нет, я не сомневаюсь, Сергей Витцке по какой-то причине доверял семейству Книппер. Но не потому что они ему симпатичны как люди. Скорее всего, просто у него нембыло других вариантов.

— Слушай… — Я посмотрел на Марка. — Мне надо уйти из дома. Свидание с барышней. Не хочу расстраивать нашу хозяйку, она опять будет переживать… Пока Марта занята, уйду по-тихому. Думаю, дядю Колю можно не ждать. Но если он вдруг появится, придумай что-нибудь. Хорошо?

— Ты переживаешь за состояние нашей хозяйки? — спросил Бернес, не отводя взгляда от моего лица.

— Да. Она крайне эмоциональна. Знаешь, немки всегда несколько флегматичные, а тут… Такое чувство, будто наша фрау Марта вовсе не в Германии родилась. Ей бы где-нибудь жить… Например, в Лондоне. Вот уж где тишь и благодать.

Глаза Марка на долю секунды стали слегка… хм… круглыми. Но реально на долю секунды. Уже в следующее мгновение он взял себя в руки.

— Да… — произнёс Бернес задумчиво. — Британский воздух, говорят, способствует покою. Ты прямо уверен, что ей подошла бы эта страна?

— Угу, — кивнул я, довольный тем, что Марк прекрасно понял суть моих немного дурацких фраз.

Просто, если честно, я вообще решил нигде и ни с кем не говорить открыто. Чёрт его знает, кто ещё трётся рядом и насколько пристально за мной наблюдают.

Главное, Марк понял, о чём я пытался ему сказать, и покроет меня перед Мартой.

Незваный гость и загадка кошелька

Я уже собирался уходить на встречу с Ольгой, как вдруг в дверь постучали. Не сильно, так, несмело, будто стесняясь.

— Кто это? — Бернес повернулся ко мне. Взгляд его стал настороженным.

— Не думаю, что тот, кого мы ждали. Он бы дверь с пинка открыл. Сиди. Всё равно ухожу, открою.

Я в несколько широких шагов оказался рядом с выходом и сразу открыл дверь.

На пороге, словно призрак, возник тощий, лет десяти, пацан. Его огромные, испуганные глаза-блюдца лихорадочно бегали, а дыхание было прерывистым, будто он только что бежал марафон. Выглядел он как жердь, в поношенной, явно не по размеру одежде. Таких пацанов на Берлинских улицах сейчас очень мало. Беспризорников практически нет. Фюрер постарался.

Он детишек с раннего возраста подтягивает в специальные организации, занимающиеся воспитанием будущих фашистов.

— Герр, доброго денёчка, — проговорил мальчишка, отдышавшись, и сразу протянул мне потрёпанный кожаный кошелёк. — Вы вот уронили, когда гуляли. Пару часов назад, с фрау. Я сразу хотел догнать, но не вышло. Отвлёкся. А потом поспрашивал, где живёт та дама, что была с вами. Сказали, здесь.

Я опустил взгляд на протянутый предмет. Серый, изрядно потёртый, с поцарапанным замочком. Мой кошелёк был чёрным. Этот — явно не мой.

— Ты ошибся, мальчик, — качнул я головой и попытался вернуть ему находку.

Но пацан упрямо держал руку вытянутой, таращась на меня своими огромными глазами. Словно заклинило его.

— Нет, герр, это ваш! Я видел, как он выпал. Вон там, — он махнул худой рукой в сторону. — Возле «Шварцвальда». Вы с фрау как раз проходили.

«Шварцвальд»… Хм… Там мы сегодня с Мартой точно не были. И тут меня осенило: пацан-то этот явно из тех берлинских босяков, что под крылом местных банд живут. Типа беспризорников, только организованных. Ах ты ж, блин… Подкидыш… Он явно послал пацана, чтобы не светиться самому. Старый трюк, но всегда безотказный.

— Вот чертовщина. Действительно мой. Сразу не признал, — сказал я, забирая кошелёк. — Спасибо тебе, дружище.

— Не за что, герр! — Пацан тут же развернулся и, едва дождавшись, пока я закрою дверь, убежал в сторону переулка, мгновенно исчезнув из поля зрения.

Я быстро закрыл дверь, промчался мимо Бернеса к окну, выглянул. На улице было пусто.

Вернулся в гостиную, посмотрел в сторону кухни. Нет. Здесь нельзя.

— Сейчас вернусь, — бросил коротко Марку, а затем на всех парах рванул в спальню.

Как только оказался в комнате, закрыл дверь и кинул кошелёк на стол. Открыл его. Мой взгляд тут же зацепился за купюры. На каждой из них, в самом уголке, был едва заметный карандашный след — маленькая, небрежно нарисованная буква.

Я вытащил их все, разложил на столе. Пальцы чуть дрожали. Н, А, С, Т, В, Р, Е, Я, Ч, О, Ч, С, Р. Мозг пытался сложить из этого хоть что-то вразумительное.

Сначала пробовал собрать буквы по алфавиту, потом по группам: гласные отдельно, согласные отдельно. Ничего не выходило. Мозг, измотанный дневными событиями, отказывался работать.

С, Т, Р, О… — мелькнуло что-то.

Сердце ёкнуло, дав надежду. Дрожащими пальцами я переставил купюры.

С-Р-О-Ч-Н-А-Я. Вот оно! Словно электрический разряд пронзил меня. Одна часть фразы сложилась. «Срочная». Отлично. Что дальше?

Остались: В, С, Т, Р, Е, Ч, А, Я. Последняя «Я» явно лишняя, подумал я, откладывая её в сторону. Потом соединил оставшиеся буквы. В, С, Т, Р, Е, Ч, А.

Ну конечно! Это же было так просто!«Срочная встреча!» — вот что написано на купюрах.

Подкидыш, красавчик. Всё предельно очевидно. Он сделал достаточно простую шифровка и отправил ее максимально простым способом. Да, если бы кошелек взял кто-то из посторонних, возможно, он бы точно так же догадался, что тут. Но мелкий пацан, появившийся возле дома фрау Марты выглядит достаточно безобидно.

Осталось понять место… «Возле „Шварцвальда“», — вспомнились слова мальчишки. Конечно! Он имел в виду не просто улицу, где я, вроде бы, гулял,(или где меня не было), а конкретный ресторан, где моего появления ждёт Подкидыш.

Глава 11

Я получаю новую информацию

— Мне нужно наведаться в один ресторан, — сказал я Бернесу, пытаясь придать голосу безразличие. Словно речь идёт о погоде, а не о чем-то важном.

Рядом была Марта, и открыто говорить в её присутствии я, естественно, не мог. Хозяйка дома появилась в гостиной ровно в тот момент, когда я спустился из своей комнаты. Словно почувствовала, что её присутствие сейчас будет лишним. Как назло, честное слово.

— Что ж, думаю, я составлю тебе компанию, — тут же отозвался Бернес. Он, конечно, был не дураком и прекрасно понимал, что мой «ресторан» — это лишь предлог. — Вдруг там требуются музыканты? Да и просто прогуляюсь, не сидеть же дома.

Я отрицательно покачал головой, продолжая при этом «держать лицо».

— Извини, Марк. Сегодня мне нужно быть одному. Это… дело личное. Касается той барышни, с которой я… ммм… загулял на днях. Сам понимаешь, в делах сердечных свидетели точно не нужны.