"Фантастика 2025-168". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - "Гоблин - MeXXanik" - Страница 1288

— Странно, — прошептала она. — Это не совсем ловушка. Скорее… ворота. Контрольная точка.

Ее глаза широко распахнулись:

— Они ожидают нас. Но не как врагов. Как… гостей.

— Что? — Краснова схватилась за оружие. — Это точно ловушка!

— Нет, — медленно произнесла Амелия. — Это приглашение. Для него, — она указала на меня. — Твоя кровь действительно ключ, но не такой, как мы думали.

Я почувствовал, как внутри зашевелилась сущность, которая долго молчала.

— Он готовил это годами, — прошептала она в моей голове. — Кривцов не просто хочет открыть портал. Он хочет, чтобы ты помог ему это сделать. Добровольно.

— Исключено, — ответил я вслух, заставив остальных вздрогнуть.

— Ярослав? — Краснова внимательно посмотрела на меня. — Что происходит?

— Сущность внутри меня проснулась, — объяснил я. — Она говорит, что Кривцов планирует нечто большее, чем просто использование моей крови как ключа. Он хочет моего сознательного участия.

— Зачем? — нахмурился Глеб. — Твоя кровь сработает независимо от твоего желания.

— Не для того, что он задумал, — медленно произнесла Амелия, отстраняясь от барьера. — Древние технологии Долгоруких требуют осознанного управления со стороны носителя крови. Насильно их можно активировать лишь частично.

Я задумался. Если это правда, то ситуация еще сложнее, чем мы предполагали.

— Мы должны продолжать, — наконец решил я. — Но будьте готовы к тому, что нас ждут. Это не будет тихое проникновение.

— Как мы пройдем через барьер? — спросил один из бойцов.

Я подошел к невидимой границе и вытянул руку:

— Так.

Моя ладонь встретила сопротивление, словно упершись в плотный воздух. Я сосредоточился, вызывая в памяти ощущение связи с кровью Долгоруких, с древними технологиями, которые были созданы моими предками. Затем резким движением провел ладонью по воздуху, словно открывая занавес.

Пространство перед нами задрожало, и в воздухе проявились тонкие линии энергии, складывающиеся в сложный узор. Он вспыхнул голубоватым светом, а затем погас, оставив после себя проход.

— Идем, — сказал я. — Но будьте предельно осторожны. Если нас ждут, то все может оказаться не тем, чем кажется.

Мы двинулись дальше, теперь еще более настороженно. Тоннель постепенно менялся — природный камень уступал место металлическим конструкциям, появились технические коммуникации, тянущиеся вдоль стен.

— Мы приближаемся к комплексу, — прошептал Глеб, сверяясь с картой. — Еще пятьсот метров до первой технической зоны.

Но что-то было не так. Чем дальше мы продвигались, тем меньше встречали препятствий. Ни охраны, ни камер наблюдения, ни дополнительных барьеров.

— Это слишком легко, — тихо сказала Краснова, озвучивая мысли всех. — Словно нам специально расчистили путь.

— Или ведут по нему, как скот на бойню, — мрачно добавил один из бойцов.

Наконец мы достигли массивной металлической двери с символикой «Гипериона». Глеб подключил свои импланты к панели управления:

— Странно. Дверь не заперта. Код доступа деактивирован.

— Отойдите, — скомандовала Краснова, поднимая оружие. — Это может быть ловушка.

Но Амелия внезапно шагнула вперед, ее тело пульсировало энергией:

— Нет. Не ловушка. За этой дверью… много энергии. Активной. Работающей.

Глеб осторожно нажал на панель, и дверь медленно отъехала в сторону, открывая просторное техническое помещение, заполненное мерцающим оборудованием. В центре возвышалась странная конструкция, напоминающая перевернутую пирамиду, подвешенную над круглой платформой.

— Это часть «Феникс-Прайм», — прошептал Глеб, его модифицированный глаз быстро сканировал пространство. — Вспомогательный модуль для накопления энергии.

— И он активен, — добавила Амелия. — Уже работает на полную мощность.

— Черт! — Краснова выругалась. — Они ускорили график. Кривцов запускает установку прямо сейчас!

Глава 23

Наследие

Последняя дверь перед центральным залом «Гипериона» оказалась незапертой — словно комплекс распахивал свои объятия специально для нас. Мои пальцы едва коснулись панели доступа, как стальная преграда отъехала в сторону с тихим гидравлическим шипением. Я невольно отдёрнул руку, будто прикоснулся к чему-то нечистому. Слишком просто, слишком удобно — очередное подтверждение того, что нас здесь ждали.

— Это ловушка, — прошептал один из бойцов рядом со мной.

Краснова стояла как изваяние. Ни один мускул на её лице не дрогнул, только глаза — холодные, расчётливые — не отрывались от зловещего проёма, словно пытались разглядеть судьбу, ожидающую нас за этой чертой.

— Очевидно, — её голос звучал ровно, почти буднично, что делало ситуацию ещё более напряжённой. — Но выбора у нас нет. Время на исходе.

Внезапно воздух наполнился электрическим треском, и хриплый голос Валуна пробился сквозь помехи в коммуникаторе:

— Три «Стабилизатора» обезврежены… — его тяжёлое дыхание смешивалось со звуками отдалённых взрывов, — но что-то происходит… чёрт возьми, остальные перешли в какой-то автономный режим… Вся энергия перенаправляется к центральному комплексу… Мы теряем…

Слова утонули в агонии умирающего сигнала. Статика превратилась в монотонный шум, похожий на шипение тысячи невидимых змей. Глеб, наш технический гений, мгновенно активировал свои импланты, отчаянно пытаясь восстановить связь. Его модифицированный глаз вспыхнул ярко-голубым светом, зрачок расширился, сканируя невидимые для нас потоки данных.

— Бесполезно, — процедил он сквозь стиснутые зубы. — Они глушат все коммуникации. Мы полностью отрезаны — никакой поддержки и никакой связи с внешним миром.

Я перевёл взгляд на Амелию, чья эфемерная фигура парила в полуметре над полом. Её полупрозрачное тело внезапно содрогнулось, словно пропустив через себя мощный электрический разряд. На мгновение она стала почти невидимой, её контуры растворились в воздухе, оставив лишь смутное мерцание энергии — как отблеск далёкой звезды в космической пустоте.

— Он активировал установку, — её голос, многослойный и нечеловеческий, казалось, доносился одновременно отовсюду и ниоткуда. — Процесс уже запущен. Я чувствую… разрывы в ткани реальности. Они расширяются.

Эти слова повисли между нами тяжёлой, осязаемой массой. Мы переглянулись, и в этих взглядах читалось всё — страх, решимость, понимание того, что мы, возможно, уже опоздали. Времени на колебания, на тщательные планы и стратегические совещания больше не оставалось. Каждая секунда промедления могла стоить нам слишком многого.

Краснова выпрямилась, её фигура словно наполнилась стальной решимостью. Она сделала короткий выдох — единственный признак того, что за этим хладнокровным фасадом скрывался живой человек.

— Тогда вперёд, — уверенно произнесла она. — Чего бы нас там ни ждало…

Я последовал за ней, ощущая, как с каждым шагом нарастает не только гул энергии, но и давящее чувство неотвратимости. Воздух вокруг становился густым и тяжёлым, словно насыщенный невидимыми частицами. Волосы на затылке поднялись от статического электричества, а внутренности скрутило предчувствием чего-то неизмеримо огромного, стоящего на пороге нашего мира.

Коридор за дверью оказался на удивление коротким и мрачным. Он вёл к высокой арке из чёрного металла, настолько тёмного, что он, казалось, поглощал окружающий свет. Поверхность арки была испещрена странными символами — изогнутыми линиями и угловатыми фигурами, которые пробудили во мне смутные воспоминания. Эти знаки напоминали древние руны рода Долгоруких.

Мы миновали этот зловещий портал и оказались в помещении столь грандиозном, что от одного его вида перехватило дыхание. Центральный зал «Гипериона» распахнулся перед нами во всём своём зловещем великолепии.

Центральный зал поражал своими масштабами — огромный купол высотой не менее тридцати метров, под которым возвышалась главная установка «Феникс-Прайм». Металлические кольца вращались вокруг кристаллического ядра, создавая гипнотический эффект. Фиолетовые энергетические разряды пронизывали воздух, заставляя волосы вставать дыбом.