"Фантастика 2025-168". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - "Гоблин - MeXXanik" - Страница 1009

— Мистер Гроуз уступил вам свое купе?

В отличие от меня, мужчина без труда открывает дверь в собственное купе.

— Любопытно, — сказал он и вошел внутрь, тихонько прикрыв за собой дверь.

«Майкл Гроуз, хитрая ты лиса, уступил мне соседство с Лонгером!» — со злой усмешкой подумала я, и, когда дверь поддалась, захлопнула ее изнутри.

К полуночи машина существенно снижает скорость, стилпоезд ползет через высокогорные и опасные участки Ханди. Гроуз говорил о семидесяти километрах, а мы движемся не выше сорока.

Вглядываюсь в широкое окно и благодаря свету фонаря с внешней стороны стилпоезда — того, что прямо над окном, — вижу рваные снежные островки, а дальше только тьма. Ночного неба совсем не видно.

Выхожу из купе, в коридоре проводника нет. Прохожу до конца вагона и в мутноватом дверном окошке вагона-ресторана вижу пассажиров первого класса: в коктейльных платьях и в вечерних костюмах, с бокалами в руках, они разговаривают и смеются. В вагоне курят все мужчины без исключения и только некоторые из женщин зажимают меж пальцев сигарету на длинном мундштуке.

— Здесь вечеринка? — спрашиваю я у проводника у дверей ресторана. Когда я к нему обратилась, тот сразу выпрямился и расправил плечи.

— Пассажиры отдыхают, мадам.

Когда я захотела войти в своих брюках и джемпере, мужчина выставил передо мной ладонь и вежливо произнес:

— После девяти часов только в платье, мадам.

Я согласно кивнула и сделала шаг назад.

— Почему мы так медленно едем? — прежде чем уйти, с некоторой тревожностью спрашиваю я у проводника.

— Из-за сложных погодных условий, мадам. Вам не о чем беспокоиться, снижение скорости — это мера дополнительной осторожности.

— Значит, стилпоезд придет с задержкой?

— Нет, — уверенно говорит проводник. — К утру стилпоезд наберет скорость. В Илсити прибудем вовремя.

Я призадумалась и опять согласно кивнула.

— Ни о чем не беспокойтесь, — опять повторил он.

Рассеянно поблагодарив мужчину, возвращаюсь в купе. Мне не удалось уснуть сразу, долго смотрю в темный потолок и думаю о той жизни, которая у меня когда-то была. Думаю о своих родителях, о друзьях и о том, что было в той жизни по-настоящему для меня важным или казалось важным… Вот так, под монотонные звуки машины и в тоскливых раздумьях я незаметно провалилась в сон.

Мне снилась моя квартира, в ней я сижу в кресле, уставившись в телевизор, а в ногах у меня мурлычет кот. Мой пушистый надменный кот с подходящей ему кличкой Важный.

Над телевизором толстые тома юридической литературы в синих и красных переплетах. Книгами я не пользуюсь уже давно, но они все еще здесь.

В этом сне ничего не происходит. Как далекое воспоминание, забытое и простое, но именно сейчас бесконечно приятное. Я бы хотела побыть в нем еще немного, но…

Просыпаюсь прежде, чем понимаю тревожность момента, что заставил распахнуть глаза. Стилпоезд с гулким скрежетом опять вибрирует, но на этот раз вибрация в разы сильнее. Поднимаю упавшие на пол часы и вглядываюсь в белый циферблат: пять пятнадцать утра.

Вибрация пошла на убыль, пока не прекратилась совсем.

С тяжелым выдохом опять падаю на подушку. Попыталась прикрыть глаза, но спать мне больше не хотелось. Скидываю ноги на холодный пол и надеваю красное коктейльное платье на случай, если правило вагона-ресторана о вечерних нарядах все еще в силе.

Выхожу в коридор и тихонько прикрываю дверь своего купе. Проводник спит в квадратном кресле, прислонив подбородок к груди. Похрапывает.

Я свободно прошла через вагон первого класса и заглянула в мутное дверное стекло: вагон-ресторан пуст. Когда опустила золотую ручку, дверь оказалась не заперта, и я вошла внутрь. Здесь свежо и темно.

Потребовалось время, чтобы найти выключатели, и, когда зажегся свет, с любопытством уставилась на безупречный порядок вокруг, будто несколько часов назад не было никакой вечеринки. Все прибрано и чисто, даже в пепельницы заглянула — в них нет окурков. Окна приоткрыты.

Я бы с удовольствием выпила чаю, но в моем распоряжении только крепкие напитки. Беру в руки тяжелую бутылку с золотистой жидкостью.

«Увы, виски чай мне не заменит», — грустно подумала я и в тот же миг за спиной скрипнула дверь. Мгновенно обернулась.

— Здесь так не положено, — сказал Лонгер. Его взгляд уткнулся в бутылку виски в моих руках.

— У вас бессонница? — с некоторой осторожностью спрашиваю я. Наблюдаю, как мужчина неспешно подходит ближе.

— Меня разбудила вибрация, — сказал Лонгер. На нем белая рубашка, пиджака нет. — А потом услышал, как вы вышли из купе. Решил составить вам компанию.

— Звучит опасно, — призналась я.

Мужчина оценивает меня долгим взглядом и вдруг говорит:

— Красный вам к лицу, мисс Стоун.

— Миссис, — сразу поправила я. Спрятаться за статусом замужней женщины сейчас мне кажется как никогда уместным.

Мужчина подходит ближе и берет из моих рук бутылку виски. Удивительно, какая сила позволила мне оставаться вот так близко с ним и не сорваться, чтобы оказаться как можно дальше от него.

Алан Лонгер наполняет для себя бокал виски из той бутылки, что взял у меня.

— Упрекнули меня в несоблюдении правил, а сами не прочь их нарушать. Не яркий ли пример лицемерия, мистер Лонгер?

Мужчина тихо рассмеялся.

— А вы не знаете, когда остановиться, — ровным голосом констатирует он. Не сводит с меня прямого взгляда.

В этом взгляде столько чувства собственного превосходства!

С необъяснимым мне удовольствием Лонгер вдруг изрек:

— Вы не леди!

Меня сразу бросило в дрожь.

— Легче на поворотах, мистер Лонгер, — взгляд мой сверкнул, но голос предательски дрогнул.

— Сколько вы стоите? — вдруг спрашивает он.

Я потрясена настолько, что челюсть хорошо упала вниз!

— Что бы ни предложил вам Хэнтон, я дам гораздо больше, — уверенно говорит он.

Во мне молниеносно поднимается гнев.

— Наглядно покажу, чего стою, мерзавец! — зло процедила я. Безрассудная и ослепленная яростью, подняла ладонь, чтобы нанести обидчику в ответ жгучую пощечину. Но рука моя застыла в воздухе, а спустя мгновение пощечину получила я. Падаю на диван и пальцами касаюсь своего лица, на котором чувствую горячую вязкую кровь.

— Мне жаль, миссис Стоун… — без тени подлинного сожаления говорит Лонгер. Он скорее недоволен досадной случайностью, что кольцо на указательном пальце оказалось перекручено камнем вниз, во внутреннюю сторону его ладони, коей он нанес мне удар.

Пока Лонгер поправляет кольцо, я со злостью смотрю на мужчину и не могу взять в толк, откуда в этом на вид слабом человеке столько силы?

Или слаба все же я?

Ох, Анна, в каких условиях тебе довелось жить…

Мои мысли прервал предложенный Лонгером бокал золотистого виски. Я никак не реагирую на этот жест и мужчина ставит бокал на стол, рядом со мной.

— Ваш гнев бесподобен, — неторопливо произнес он. Мужчина повернулся ко мне спиной, устремив свой взгляд к окну.

Мое дыхание становится тяжелым. Прямо сейчас я чувствую страх, гнев и отчаяние. Гнева больше.

Поднимаюсь с дивана, беру бокал с виски и когда мужчина обернулся ко мне, плеснула содержимое ему прямо в глаза. Лонгер завопил, прижав ладони к лицу.

— Стерва! — прорычал он. Ослепленный, шарахается из стороны в сторону. Вокруг него падают столики-подставки, пепельницы на высокой ножке и даже перевернулось кресло. Пройти через Лонгера невозможно.

Я бегу к противоположной двери, выбираюсь в вагон второго класса и тороплюсь по коридору.

Проводников нигде нет.

Уже в вагоне эконом-класса распахиваю дверь в уборную и закрываюсь там.

Отдышавшись, перевожу взгляд на зеркало. Увидела на скуле неглубокий порез; взгляд мгновенно становится более мрачным, чем был до этого.

— Этот мир нездоров! — зло выдохнула я.

Только затянулись прежние раны, как на моем теле появились новые.

Кручу кран над раковиной и смываю с лица кровоподтек.