Легенда о Белом Тигре (СИ) - Алферов Екатерина - Страница 51

— Не спится? — тихий голос Лао Вэня прервал мои размышления.

— Волнуюсь за них, — честно признался я.

Старый лекарь сел рядом со мной.

— Я тоже, — сказал он. — Но мы сделали все, что могли. Теперь остается только верить, что добро и честность восторжествуют.

— А если нет? — спросил я. — Если Чжао Мин победит нечестным путем?

Лао Вэнь долго молчал, глядя на луну.

— Тогда, — наконец сказал он, — нам придется найти другой путь. Я не отдам мою внучку человеку, недостойному ее, даже если придется покинуть деревню.

Я с уважением посмотрел на старика. В его словах чувствовалась такая решимость, что я понял — он готов пожертвовать всем ради счастья Сяо Юй.

— Что бы ни случилось, — сказал я, — я буду на вашей стороне. Если надо будет уйти — пойду с вами.

Лао Вэнь благодарно кивнул, и мы продолжили сидеть в молчании, глядя на луну, размышляя о завтрашнем дне, который мог изменить жизнь многих людей в деревне Юйлин.

Глава 22

Выбор сердца

Утро Праздника Луны выдалось ясным и безветренным, словно сами небеса благословили этот день. Я проснулся ещё до рассвета, чувствуя волнение, не меньшее, чем если бы сам участвовал в состязании. Тихо выйдя во двор, я увидел Лао Вэня, который уже медитировал под старой грушей.

— Не спится в такой день? — спросил он, не открывая глаз.

— Слишком много мыслей, — ответил я, присаживаясь рядом.

Старый лекарь открыл глаза и посмотрел на меня с мудрой улыбкой.

— В древности говорили: судьба приходит как ветер — не видишь его, но чувствуешь дыхание. Сегодня ветер судьбы коснётся многих в Юйлине.

Я кивнул, понимая глубину его слов. Для Сяо Юй и Сяо Хэ этот день мог изменить всю жизнь. Впрочем, как и для Чжао Мина, хотя совсем по-другому.

— Вы уже подготовили испытания? — спросил я.

Лао Вэнь таинственно улыбнулся.

— Испытания должны быть справедливыми, но и показательными. Они проверят не только силу тела, но и силу духа. — Он посмотрел на небо, где последние звёзды таяли в утренней синеве. — Пойдём, нам нужно подготовиться. Сегодня вся деревня будет смотреть.

К полудню деревня Юйлин преобразилась до неузнаваемости. Красные фонари свисали с крыш домов, словно спелые плоды. Ворота и двери украсили гирляндами из хризантем и веток сосны — символами долголетия. На центральной площади соорудили помост, где должны были проходить состязания, и установили большой алтарь с фигурками Нефритового Зайца — хранителя Луны. По углам площади зажгли благовония, наполняя воздух сладким ароматом сандала и жасмина. На мой вкус пахло слишком сильно но для людей было в самый раз.

Жители деревни надели свои лучшие наряды. Женщины украсили волосы заколками с лунными мотивами, мужчины повязали праздничные пояса. Дети, взволнованные и шумные, бегали между взрослыми, размахивая маленькими бумажными фонариками. Некоторые сделали их сами. Малышня подбегала ко мне хвастаться, и мои старые знакомцы Сяо-Бо и компания даже подарили мне один. Я закрепил его на заборе.

Я стоял у дома Лао Вэня, наблюдая, как Сяо Юй готовится к церемонии. Она была прекрасна в своём праздничном наряде — синем платье, расшитом серебряными нитями, с красной лентой, подчёркивающей тонкую талию. Её волосы были уложены в сложную причёску, украшенную серебряными шпильками с подвесками в форме полумесяца.

— Ты выглядишь как небесная фея, — сказал я, когда она вышла на крыльцо.

Сяо Юй смущённо улыбнулась, но в её глазах я видел тревогу.

— Бай Ли, как думаешь, всё будет хорошо? Сяо Хэ справится?

— Он сделает всё возможное, — уверенно ответил я. — Остальное в руках судьбы. И твоего деда, конечно.

Она слабо улыбнулась, теребя рукав своего наряда.

— Я видела сон прошлой ночью, — тихо сказала она. — Белый тигр стоял на вершине горы, а у подножия расцвели тысячи цветов сливы. Это хороший знак?

Я застыл на мгновение, удивлённый её словами. Белый тигр в её сне случайность или предзнаменование? Это что, мне придётся вмешаться?.. Не хотелось бы, но… Чего не сделаешь ради счастья младшей сестры?

— Думаю, да, — ответил я после паузы. — Тигр — символ защиты и силы, а цветы сливы — стойкости и чистоты. Хороший знак для нового начала.

В этот момент к нам подошёл Лао Вэнь, одетый в официальную лекарскую мантию, с древним свитком в руках.

— Пора, — сказал он. — Староста и старейшины уже собрались на площади.

Мы направились к центру деревни, где уже собралась огромная толпа. Когда мы появились, люди расступились, образуя проход. Глаза всех были устремлены на Сяо Юй, которая шла с опущенной головой, воплощение скромности и грации.

На помосте уже стояли староста Чжао и другие старейшины. Рядом с ними — Чжао Мин, разодетый как принц из древних сказаний. Его шёлковая туника, расшитая золотыми нитями, стоила, наверное, больше, чем весь годовой доход семьи Лао Вэня, а то и за пару лет… На поясе висел меч в богато украшенных ножнах — наверняка привезённый из столицы специально для этого случая.

Сяо Хэ тоже был уже там. В отличие от своего соперника, он был одет просто, но достойно — в новую тёмно-синюю куртку с серебряной вышивкой по вороту, которую, как я знал, ему одолжил кузнец Ван. Пояс украшала простая, но изящная пряжка собственной работы. Он не пытался соперничать с Чжао Мином в роскоши, но выглядел на удивление благородно в своей скромности.

Я почувствовал странное давление на затылок. Мне показалось, что кто-то на меня смотрит, я огляделся, но не заметил никого в толпе. Показалось?

Когда Лао Вэнь поднялся на помост, разговоры стихли. Старый лекарь развернул свиток и заговорил громким, ясным голосом, неожиданно сильным для его возраста:

— Жители Юйлина! В этот благословенный Праздник Луны мы возрождаем древнюю традицию — «Состязание трёх добродетелей». Двое достойных мужчин будут соревноваться за право просить руки моей внучки, Сяо Юй. Их ждут испытания силы, мудрости и добродетели. Пусть победит достойнейший!

Толпа одобрительно загудела. Я внимательно наблюдал за реакцией соперников. Чжао Мин стоял с высокомерной усмешкой, всем своим видом показывая уверенность в победе. Сяо Хэ был серьёзен и сосредоточен, но в его глазах горела твёрдая решимость.

— Первое испытание — испытание силы! — объявил Лао Вэнь. — Каждый участник должен продемонстрировать своё мастерство и силу тела. Чжао Мин, сын нашего уважаемого старосты, выступит первым.

Чжао Мин шагнул вперёд, поклонился старейшинам и выхватил свой меч. Клинок сверкнул на солнце, вызвав восхищённые вздохи в толпе. И не зря — меч был великолепен, с лезвием, отполированным до зеркального блеска, и рукоятью, инкрустированной драгоценными камнями.

Сын старосты начал демонстрировать своё мастерство. Он выполнял сложные приёмы, которым его, несомненно, обучали лучшие учителя, нанятые его отцом. Меч в его руках двигался с удивительной скоростью и точностью, описывая в воздухе сложные фигуры. Завершил он свою демонстрацию эффектным ударом, разрубив подброшенную помощником дощечку на лету.

Толпа разразилась аплодисментами. Даже я был впечатлён — Чжао Мин действительно хорошо владел мечом. Он поклонился, с самодовольной улыбкой принимая восторженную реакцию деревенских.

— Теперь свою силу продемонстрирует Сяо Хэ, подмастерье кузнеца Вана, — объявил Лао Вэнь.

Сяо Хэ шагнул вперёд, и я заметил, как встревоженно сжались кулаки Сяо Юй. Она боялась, что он не сможет сравниться с блестящим выступлением Чжао Мина. Но я знал, что кузнец подготовил нечто особенное.

К всеобщему удивлению, Сяо Хэ не стал доставать оружие. Вместо этого он попросил вынести на помост маленькую переносную наковальню, молот, щипцы и жаровню с горящими углями, в которой уже грелся небольшой кусок металла. Понимание и тихие одобрительные возгласы прокатились по толпе — кузнец собирался показать своё истинное мастерство.

— Я не воин, — просто сказал Сяо Хэ, обращаясь к старейшинам и деревенским жителям. — Моя сила не в владении мечом, а в умении создавать вещи. Позвольте мне показать это.