Невеста темного генерала. В объятиях дракона (СИ) - Морт Элин - Страница 14

Изящная карета, запряженная великолепными вороными лошадьми, остановилась у парадного входа. Я невольно шагнула ближе к стеклу, с любопытством пытаясь разглядеть, кто прибыл. Из кареты вышел высокий молодой человек в строгом, идеально подогнанном темном камзоле.

Не узнать его было невозможно.

Ричард Валмор, единственный сын герцога и тот самый дракон, который едва не погиб от руки Кайдена.

От неожиданности я прижалась лбом к стеклу, вглядываясь в лицо Ричарда внимательнее. Даже на расстоянии было заметно, что он еще не полностью оправился после тяжелой битвы. Его движения выглядели немного скованными, плечи сутулились, словно он все еще ощущал боль, а бледное, осунувшееся лицо явно говорило о том, через какие испытания ему пришлось пройти.

Но больше всего меня зацепило то, что таилось в его глазах — в них была скрытая ярость и гордость, презрение и глубокий, неукротимый вызов всему миру, будто он был готов дать отпор любому, кто посмеет встать на его пути.

Внутри меня проснулось любопытство, смешанное с тревогой. Я не могла остаться на месте и, собравшись с мыслями, вышла из комнаты, стараясь держаться ближе к стенам и не издавать ни звука, направляясь к парадной лестнице.

Коридоры особняка были пустынными и тихими, и мои шаги казались громкими в этой давящей тишине, хотя я старалась ступать максимально бесшумно. Сердце стучало громко и тревожно, но желание понять, что происходит, было сильнее всякого страха быть пойманной.

Остановившись у резной колонны, скрывающей меня от глаз тех, кто мог оказаться внизу, я выглянула и замерла, затаив дыхание.

В холле стоял герцог Валмор, его взгляд строго упирался в лицо сына. В воздухе словно повисла тяжелая, ощутимая напряженность, от которой дышать стало трудно.

— Наконец-то ты вернулся, — произнес герцог бесстрастным голосом, скрестив руки за спиной. — Я уже начал думать, что ты предпочел бы умереть, лишь бы не появляться здесь снова.

Ричард не вздрогнул от явного презрения в голосе отца. Он гордо выпрямился и дерзко встретил его взгляд, слегка усмехнувшись. В этой улыбке не было ничего приятного — лишь ледяной вызов.

— Боюсь, отец, тебя ждет разочарование, — ответил он с едва скрываемым раздражением и сарказмом. — У меня слишком много незаконченных дел, чтобы позволить себе роскошь умереть раньше срока. Особенно, когда я прекрасно понимаю, кому именно это доставило бы удовольствие.

Герцог сжал губы в тонкую линию, его лицо стало почти каменным.

— Ты всегда был слишком дерзок для своего положения, Ричард, — процедил он, делая шаг навстречу сыну. В его голосе прозвучали нотки угрозы и предупреждения одновременно. — Твоя самонадеянность чуть не стоила тебе жизни. Ты так ничему и не научился?

Ричард насмешливо ухмыльнулся, не двигаясь с места и не отводя взгляда, словно специально вызывая отца на открытое противостояние.

— Не ты ли приказал мне ее проявить? Я научился гораздо большему, чем ты думаешь, отец, — бросил он, слегка наклоняясь вперед, словно намеренно провоцируя. — Самый важный урок, который я усвоил, это никогда больше не бояться твоих угроз и твоих интриг. Даже смерть кажется не такой страшной после того, через что я прошел по твоей милости.

Герцог вскинул голову, и в его глазах сверкнула такая ярость и опасность, что я невольно затаила дыхание, чувствуя, как по спине пробегает холодок ужаса.

— Будь осторожен в своих словах, мальчишка, — проговорил Валмор низко и угрожающе, делая еще один шаг к Ричарду. — Ты все еще мой наследник, но я могу изменить это решение. Лишить тебя имени.

— Делай, что считаешь нужным, — бросил Ричард презрительно, не дрогнув ни на мгновение. — Только помни, что теперь я больше не твоя марионетка. Тебе не удастся меня запугать.

Повисла тяжелая, напряженная тишина, и я ясно поняла, насколько глубоким и непримиримым стал разрыв между ними. Воздух вокруг словно электризовался взаимной ненавистью и готовностью сорваться в открытый конфликт в любой момент.

Я невольно подалась вперед, пытаясь лучше рассмотреть их лица, когда вдруг герцог повернул голову в мою сторону. Его взгляд впился в меня, словно он с самого начала прекрасно знал, что я стою здесь и наблюдаю за их встречей.

— Эмилия! — его громкий голос эхом разнесся по пустынному холлу, заставив меня вздрогнуть и похолодеть от ужаса.

Ричард с явным интересом проследил за взглядом отца, и теперь оба стояли, пристально глядя на меня. Я почувствовала, как лицо вспыхнуло краской смущения и страха, а сердце замерло в груди, словно отказываясь биться.

Лихорадочно пытаясь придумать оправдание, я прекрасно понимала, что это абсолютно бессмысленно — они оба отлично знали, что я все слышала и видела.

Теперь мне оставалось только одно — смиренно принять последствия своего неразумного любопытства, хотя внутри меня все дрожало от тревоги и беспокойства о том, чем именно закончится эта встреча.

Глава 20

Я застыла на лестнице, чувствуя, как пристальные взгляды герцога и Ричарда буквально пригвоздили меня к месту. Неприятная тишина заполнила весь холл, пока оба ждали моей реакции, чтобы продолжить выяснение отношений.

Герцог первым нарушил молчание, обращаясь ко мне с насмешливой иронией в голосе:

— Что ж, раз Эмилия так любезно присоединилась к нам, думаю, вы вполне сможете разобраться со своими взаимными претензиями сами. У меня есть дела поважнее, чем выслушивать ваши жалобы друг на друга. Решите ваши проблемы, если они у вас остались, я не намерен терпеть склоки в моем доме. Как и нападения на моих гостей, — закончил он, обращаясь уже к Ричарду.

Мне не нравился скрытый смысл этих слов.

Бросив на меня строгий и ледяной взгляд, герцог развернулся и стремительно покинул холл. Эхо его тяжелых шагов стихло, оставляя нас с Ричардом наедине в тягостной, почти осязаемой тишине.

Когда услышала, как далекая дверь захлопнулась за герцогом, я спустилась вниз и остановилась напротив Ричарда, стараясь выглядеть спокойной и уверенной, хотя сердце колотилось так, что казалось, он это слышит.

Ричард смотрел на меня без злобы, но с отчетливым равнодушием. Его лицо было осунувшимся и бледным, а губы плотно сжаты, словно он пытался удержать внутри себя все эмоции и раздражение от встречи с отцом.

— Пойдем, — наконец произнесла я, пытаясь смягчить ситуацию и предложить хоть какую-то поддержку. — Ты выглядишь усталым. Я могу проводить тебя до твоих покоев.

Ричард нахмурился, удивленно подняв на меня глаза, но возражать не стал. Вместо этого он кивнул и направился вверх, с трудом опираясь на перила лестницы. Я решительно подошла ближе, предлагая ему свою помощь и плечо.

— Справлюсь сам, — негромко сказал он, слегка отстраняясь, но тут же качнулся, едва не потеряв равновесие.

— Конечно, справишься, — ответила я, игнорируя его протесты и настойчиво подставляя плечо. — Но нет ничего плохого в том, чтобы принять помощь, когда она тебе необходима.

— После всего, что я тебе сделал?

— Не ты. Твой отец. Мы оба пострадали, теперь я хорошо знаю это.

Он с неохотой позволил поддержать себя, и мы двинулись вверх по лестнице. Некоторое время мы шли в молчании, но чем ближе мы подходили к моим покоям, тем яснее я начинала понимать, какую именно игру затеял герцог. Я замедлила шаг, заметив, как Ричард остановился, глядя на знакомую резную дверь с плохо скрываемой горечью.

— Так вот куда он тебя поселил, — произнес он с мрачной иронией в голосе. — Мои бывшие покои. Что ж, очередная издевка дорогого отца.

Я почувствовала укол вины, встретив его взгляд. Мне стало неловко, и я начала оправдываться:

— Я не знала… если бы знала, попросила бы другое место…

Ричард горько усмехнулся, устало покачав головой, прерывая мои слова:

— Не нужно оправдываться, Эмилия. Ты тут ни при чем. И если честно, я рад, что окажусь отсюда подальше. Уверен, что мои новые покои куда больше соответствуют моему положению в глазах отца.