Развестись и попасть - это я умею. Путь львицы (СИ) - Моргана Фата - Страница 37

– Добрый вечер, Аэ, – подойдя, он протянул руку, намереваясь, видно, поцеловать мои пальчики. – Давно не виделись.

– А, господин Лаурэант, – с улыбкой поздоровалась я, руку из принципа не подавая. – К кому это вы обращаетесь? Разве вам не пристало называть меня теперь госпожа Аэлрией?

– Прошу прощения, – чуть закатил глаза Лаурэант. – Как вам будет угодно.

– Рада видеть вас в добром здравии, – продолжала я. – Как вы? Справляетесь с нашей разлукой?

– Как видите, – холодно сказал эльф. – Я в полном порядке. Пожалуй, мой цвет лица даже улучшился и сон стал крепче. Видите ли, когда из дома уползает ядовитая змея, жить в нем сразу становится куда спокойнее.

– Ой, как вовремя я уехала от вас, – состроила я из себя дурочку. – Вам стоит дать нагоняй слугам, чтобы они не пускали на порог живность с улицы. Со змеей и мне было бы неприятно жить. Впрочем, вас змея вряд ли бы даже заметила. Я слышала, что они распознают тепло, а в вас его столько же, сколько в сугробе.

– Кстати, о змеях, – хмыкнул эльф. – Гадюка пропала сразу после вашего отъезда. Вы не забрали ее, часом, с собой?

– О чем вы, право слово? – хихикнула я. – У вас очень богатая фантазия.

Лаурэант нахмурился.

– Вы не имели права забирать мои личные вещи, – чуть ли не прошипел он, что та змея. – Верните и я, так и быть, перестану досаждать вам.

– Хорошо, все верну, – пожала я плечами. – Все равно уже все прочитала, больше не интересно.

Эльф стремительно побледнел. Видно, он не ожидал, что его знакомая Аэлрия сохранит письма, а не сожжет их на месте. И он вообще не ожидал, что его жена-скандалистка будет ядовито пререкаться с ним вместо того, чтобы закатить скандал сразу после того, как он сравнит ее со змеей.

– Слухи не врут, – сказал он озадаченно. – Две недели изоляции в своей комнате сделали из вас будто другую эльфийку. Занятно.

– Что, теперь жалеете, что сами меня не заперли? – поддела его я. – Или что не убили еще дома, как одну милую рыжую вампиршу?

Лаурэант стремительно побледнел, его щеки пошли белыми пятнами. Он глянул на Истара с опаской. Тот оскалился в обманчиво доброй улыбке, показав зубы.

– Помните меня, сэр? – спросил он. – Я вот вас прекрасно помню. Не ходите-ка вы один по ночам, сэр. Нет слаще пищи для вампира, чем кровь злейшего врага.

– Я не убивал ее, – неожиданно гордо и серьезно отрезал Лаурэант. – Я фигурировал по делу об её убийстве как свидетель, но не убивал. Да и какой мне был смысл это делать?

А потом он видно вспомнил про письмо и тут же заткнулся.

– И моего возлюбленного, совершеннолетие которого я ждала несколько лет, вы тоже не убивали? – усмехнулась я. – Да-да, конечно, сэр. Все это были роковые случайности, произошедшие рядом с вами. Наши горести, послужившие вам на благо.

– Я понимаю, как это выглядит, – скрестил руки на груди Лаурэант, откровенно начиная злиться, – но это не я. Проведите расследование прежде, чем кидаться беспочвенными обвинениями.

– Хорошо-хорошо, – подняла руки я. – Прекрасно. Я вас поняла, больше не буду. Письма вам вернуть?

– Нет, – гордо отмахнулся Лаурэант. – Оставьте себе на память, мне они ни к чему. Я не хочу вспоминать женщину, которая пила кровь из меня на протяжении пяти лет.

Он неожиданно со смешком хлопнул себя по красивому белому лбу.

– А, до меня наконец дошло, почему вы сбежали с этим безродным ничтожеством, – усмехнулся он. – Просто нашли в нем родственную душу? Он ведь тоже – кровопийца.

– Да, а что такого? – ловко парировала его нападку я. – Или вас задевает, что вы оказались абсолютно во всем хуже парня с улицы? Ох, простите. Я не хотела задеть вашу гордость, но дело тут не в моем плохом вкусе. Просто я предпочитаю горячие угли могильному холоду. С ним в одной постели я, по крайней мере, не чувствую себя, словно с покойником в гробу.

У Лаурэанта даже плечи задрожали от напряжения и гнева.

– Ах ты… – трясясь, начал он. – Ты… любительница всяких ублюдков…

– Ну я хотя бы не уродливое дитя инцеста, – отмахнулась я, припомнив одно из оскорблений, которые применяли к снежным эльфам местные.

Лаурэант вскипел… но неожиданно успокоился. Поняв, видно, что меня вывести из себя нереально, он повернулся к Истару.

– Раз он такой хороший, – сказал он со знанием дела, – то почему его горло закрыто воротником? Право слово, леди Аэлрия, вы всех дурите только ради того, чтобы позлить меня в который раз. Вы и сама брезгуете этим ублюдком, хоть и разодели его в дорогущее платье.

Неожиданно шустро для столь степенного эльфа, Лаурэант схватился за брошь на воротнике Истара и с силой ее дернул. Пуговицы с лунным камнем горохом посыпались на пол. Глаза Истара тут же вспыхнули красным. Всем стало видно, что шея у него запечатана по всем правилам, да еще и украшена кучей засосов.

Эх, моя работа. Припомнив, как он постанывал в процессе, я даже рукой на себя помахала – жарко стало.

Не ожидав такого и испугавшись горящих глаз, Лаурэант сделал два шага назад… и попал в ловушку. Малышка Лилия мастерски поставила ему подножку, и этот придурок, не удержавшись, шлепнулся на задницу. Пытаясь устоять на ногах, он схватился за скатерть стоящего рядом стола с напитками, и весь алкоголь осыпался на него вперемежку с осколками тонкого стекла.

– Он… он толкнул меня! – в панике, пытаясь спасти свою репутацию, указал пальцем на Истара эльф.

– Ага, сейчас, – фыркнула Сэй. – Мы все видели. Вы, господин посол, первый к нему полезли, а потом поджали хвост как последний трус и запутались в своих же ногах.

– Я тоже видела. – раздалось из толпы.

– И я, и я, – крикнула еще одна из глазевших в нашу сторону матрон.

Что до Истара, он в два шага приблизился к Лаурэанту. Тот трусливо сжался, думая, что сейчас его ударят. Но вампир просто шлепнул его по руке и, отобрав брошь, приколол ее вместо шеи на сердце. А потом…

А потом он протянул мне руку.

– Госпожа, – попросил он. – Мне надоело это терпеть. Он пришел и оскорблял вас, не скрываясь, перед вашими подругами. Испортил мою одежду. Да еще и сорвал с шеи ваш драгоценный подарок. Дайте шпагу, умоляю. Я отстою вашу честь как подобает.

Вокруг нас тут же принялись толпиться эльфы. Еще бы, такое зрелище – дуэль на королевском приеме! Гвоздь программы можно сказать!

– Пускай Аэрия сама дерется, – выплюнул Лаурэант. – Я не буду скрещивать клинки с кем-то столь грязным, как ты.

– Ой, – я прикрыла рот рукой. – Сэр Лаурэант, вы так хотите опозориться? Вы ведь за пять лет меня ни разу так и не победили.

И, о ужас, я в своем вранье попала не просто в точку, но и в самое больное его место.

Лаурэант вскочил, выхватывая длинный узкий меч из ножен, и кинулся на меня. Я еле успела отстегнуть застежку на пышной юбке и извлечь из-под нее шпагу, что откровенно мешалась, но была нужна для дела. Истар оружие поймал и принял на шпагу удар меча, ограждая меня от Лаурэанта.

Кто бы мог подумать, что быть защищенной так приятно.

Бой закончился неожиданно быстро. Не скакали они друг за другом, как в фильмах, не звенели мечами, не танцевали. Истар сработал грубо, но действенно. Острием шпаги поддел эфес меча Лаурэанта и больно кольнул его в ладонь. Разумеется, эльф тут же выпустил клинок, и тот, отлетев назад, застыл на полу у ног шарахнувшейся толпы. А Истар напоследок с силой съездил гаду кованым сапогом в живот, отчего посол отлетел и опрокинул со стола остатки напитков прямо на себя.

Я полюбовалась нашей работой.

Эльф был весь грязным и расцарапанным, и, что самое важное, в драку полез именно он. Видно, и сам Лаурэант это понимал. Он вскочил, вытер выступившую на уголке губ кровь. Посмотрел на нас с Истаром злющей, бешеной псиной.

– Я это вам так не оставлю! – выплюнул он.

– Довольно!

Эльфы расступились, склонив головы, пропуская ее величество королеву. Мы с Истаром тоже отступили, даже Лаурэант стушевался.

– Я достаточно увидела, – сказала Мелуария. – Сэр Лаурэант.