Адептка темного генерала. В лапах дракона (СИ) - Морт Элин - Страница 19

С опаской коснувшись царапины пальцем, я тут же ощутила неприятный, жгучий укол, словно вместо простого пореза там оказался свежий ожог.

— Что за ерунда… — вырвалось у меня невольно, и тревога в груди стала еще сильнее.

Перед глазами начали медленно всплывать вчерашние события: темные узкие проходы хранилища, моя торопливая беготня между полками с артефактами. Тогда я точно натыкалась на все подряд, хотя больше всего — на Марка.

Память все же подкинула воспоминание, как я случайно зацепилась плечом за что-то холодное и острое на верхней полке, почти у самой двери, смахнув на пол кинжал. Тогда я не раздумывая схватила его и, даже не успев толком рассмотреть, швырнула обратно на полку. Тогда это показалось мне мелочью, но сейчас внутри все сжалось от беспокойства.

Понимая, что лучше обработать странную ранку, я застегнула блузку и вышла в коридор. Обычно в лечебном крыле в это время было пусто, и я рассчитывала спокойно взять мазь, никому не попадаясь на глаза. Однако едва приоткрыла дверь, как поняла, что сегодня мне не повезло: внутри горел тусклый свет свечи, а значит, кто-то еще не спал.

Стоило переступить порог, как из-за ширмы появился незнакомый адепт — высокий, худощавый парень со светло-русыми волосами и внимательными, слегка удивленными глазами.

— Ты чего здесь так поздно? — спросил он спокойно, с легким оттенком любопытства, явно не ожидая увидеть посетителей ночью.

— Извини, я думала, здесь никого нет, — попыталась я неловко улыбнуться, стараясь выглядеть непринужденной. — Мне просто нужна мазь для ран, я не хотела мешать.

Парень слегка нахмурился, внимательно осматривая меня с головы до ног, словно проверял, цела ли я в принципе.

— Я тебя раньше не видел. Ты новенькая?

— Можно сказать и так, — уклончиво ответила я. Сейчас меньше всего хотелось рассказывать свою биографию первому встречному адепту.

Он сделал шаг ко мне, склонив голову набок и продолжая внимательно изучать мое лицо:

— Я Оливер, целитель второго курса. И раз уж я тут оказался, давай сразу посмотрю твою рану.

Я рефлекторно отступила на шаг назад, прикрывая рукой поврежденное плечо.

— Там ничего серьезного. Просто зацепилась за ветку, пустяк, — уверенно соврала я, чувствуя себя при этом не лучшей актрисой. — Дай мне просто мазь, пожалуйста, и я сразу уйду.

Он снова нахмурился, явно сомневаясь в моих словах, но, кажется, решил не спорить:

— Хорошо, как скажешь. Но если через два дня не пройдет, приходи, посмотрим внимательнее. Договорились?

— Конечно, — поспешно согласилась я, забирая протянутую баночку и чувствуя, как мои щеки слегка вспыхнули от смущения. — Спасибо.

Покидая лечебное крыло, я ощущала на спине его пристальный и немного подозрительный взгляд, но оборачиваться не стала. Главное — быстрее оказаться в своей комнате и забыть эту странную ночь как можно скорее.

Поспешно вернувшись к себе, я заперла дверь и, усевшись на кровать, открыла мазь. Ее травянистый, терпкий запах сразу заполнил комнату. Я осторожно нанесла состав на царапину, стиснув зубы, когда боль на мгновение вновь пронзила плечо. Наложив чистую повязку, я позволила себе выдохнуть с облегчением.

Сон пришел не сразу, а когда это все-таки случилось, он оказался мутным и тревожным, наполненным незнакомыми образами и шепотом чужих голосов. Я словно стояла посреди густой, плотной темноты, в которой что-то невидимое медленно двигалось, пробиралось ближе, пытаясь дотянуться до меня. Я не могла разглядеть лиц и не узнавала мест — только смутно угадывала отголоски историй о войне, которые слышала, но сама не переживала. Эти тени были чужими и пугающими, шепот звучал на непонятном языке, и от него становилось холодно даже во сне. Казалось, что нечто старое и забытое пытается добраться до меня.

Проснулась я внезапно, едва успев зажать рот ладонью, чтобы не закричать. Некоторое время я неподвижно сидела на кровати, вглядываясь в серую тьму комнаты, и прислушивалась к тихому поскрипыванию старого здания академии. Сердце постепенно замедляло бешеный бег, а образы сна — эти жуткие тени, шепчущие странные, бессмысленные слова — постепенно растворялись, оставляя после себя лишь легкую дымку тревоги.

Повязка на руке ощущалась непривычно теплой и почему-то влажной, но когда я осторожно потрогала ее, почти не ощутила боли. Вот и славно, значит, мазь Оливера работает. А то уж решила, что и правда умом тронулась.

К утру ранка действительно перестала выглядеть зловеще и превратилась в обычную, почти незаметную царапину, каких я за свою жизнь насобирала целую коллекцию. Я даже почувствовала легкое раздражение на саму себя, что вчера устроила такую панику из-за мелочи. Видимо, нервы от постоянных приключений окончательно сдали, и моя буйная фантазия решила подкинуть мне новых поводов для беспокойства.

Поднявшись с кровати, я подошла к окну и распахнула шторы, впуская в комнату прохладный утренний воздух. Академия уже просыпалась, по дорожкам, стараясь не опоздать на завтрак, спешили сонные адепты. Вся ночная тревога на фоне такой обыденности и привычной рутины казалась теперь абсурдной и глупой.

— Просто забудь и не накручивай себя, — строго сказала я отражению в стекле, и оно согласно кивнуло в ответ, словно полностью поддерживая мое решение.

Глава 25

После очередного бесконечно изматывающего дня единственным моим желанием была тишина. Густая, уютная, без вопросов, нравоучений и бесконечных размышлений о моих неудачах. Оставаться в комнате оказалось совершенно невозможно — собственные мысли заполнили там каждый уголок, не давая спокойно дышать. Почти в отчаянии я отправилась в небольшой сад позади академии, надеясь хотя бы на несколько минут спокойствия и долгожданного одиночества.

Закат окутал сад золотисто-розовым свечением, щедро рассыпая теплые оттенки по кронам деревьев и запутанным дорожкам. Воздух наполнял тонкий, почти сладкий аромат сирени и прохладной вечерней свежести. Сделав глубокий вдох, я почувствовала, как напряжение понемногу отпускает плечи.

Ноги сами привели меня к небольшой деревянной беседке, уютно спрятанной за пышными зарослями сирени. С облегчением я опустилась на скамью, откинула голову назад и позволила себе прикрыть глаза. Долгожданная тишина, однако, длилась совсем недолго.

— Не слишком ли поздно для одиноких прогулок, фон Равен? — раздался знакомый голос с легкой ноткой издевки.

Я вздрогнула и тут же распахнула глаза. Прямо напротив меня, небрежно облокотившись на колонну, стоял Ричард Валмор. В лучах закатного солнца его обычно холодные и самоуверенные черты лица выглядели на удивление приветливо, словно кто-то специально решил сыграть со мной жестокую шутку.

— Ты что, следишь за мной? — спросила я, мгновенно насторожившись и выпрямившись на скамейке.

Ричард усмехнулся и картинно закатил глаза:

— Не переоценивай свое значение, Эмилия. Просто случайно заметил, как ты стремительно покидаешь общежитие с таким выражением лица, будто решила сбежать из Академии под покровом ночи. Решил проверить, вдруг тебе понадобится помощь с багажом.

Я нахмурилась, с трудом удерживаясь от язвительного ответа. Его манера общения заставляла меня чувствовать себя так, будто он все время проверяет, насколько далеко можно зайти.

— Благодарю за заботу, но в этом нет необходимости. Мне нужно было всего лишь немного одиночества, — холодно ответила я, подчеркивая дистанцию.

Однако вместо того, чтобы удалиться, Ричард неожиданно сел рядом, слегка повернувшись ко мне и пристально посмотрев в глаза.

— Я слышал, что Рейвенхарт устраивает тебе настоящее испытание на прочность, — произнес он спокойнее, чем обычно. В его голосе даже мелькнула легкая нотка искренности, но я все равно не могла расслабиться.

— Да, он строг, — осторожно согласилась я, стараясь не выдавать лишних эмоций. — Но мне это необходимо.

Ричард задумчиво кивнул, будто оценивая мой ответ, и произнес чуть тише: