Повелительница грома для короля орков (СИ) - Спарк Лео - Страница 1

Лео Спарк

Повелительница грома для короля орков

Глава 1

Тамара сидела в небольшом кафе со стеклянными прозрачными стенами, периодически поглядывая на улицу сквозь них, и пила кофе, который больше походил на бодрящую пощёчину, чем на напиток. На запястье у неё светились смарт-часы. Она знала - у неё ровно двадцать семь минут и сорок три секунды до конца обеденного перерыва. И никто, кроме этих умных часов, не понимал, насколько это святое время.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Работа давно её утомила. Казалось, что каждое утро Тамара приходит не в офис, а в тюрьму с кондиционером. Поэтому в кафе она делала вид, что обедает, а на самом деле активно занималась мысленной гимнастикой - старалась думать обо всём, кроме отчётов и скучных совещаний.

Например — о коте соседа. Этот полосатый шарик размером с арбуз уже едва помещался на подоконник, но упрямо продолжал туда запрыгивать. Тамара считала: если прибавить к коту ещё килограмма три, тот окончательно откажется от идеи ходить и станет просто... мебелью. Или ковриком. Или новой разновидностью пуфика.

Затем её мозг переключился на попугаев других соседей. Эти зелёные ораторы не умолкали ни днём, ни ночью. Причём репертуар у них был, мягко говоря, странный:

— «Ты дурак!» — чирикал один голосом, подозрительно похожим на соседа.

— «Купи картошку! Картошку-у-у!» — тянул второй.

Иногда они устраивали дуэты: «Ты дурак! Купи картошку!» — и смех за стенкой становился неизбежен.

Смех смехом, но Тамара мечтала о тишине. Вот почему ей так нравились занятия альпинизмом. Пусть пока что лазать приходилось не по горам, а по пластиковым стенкам в спортзале, зато там не было ни начальника, ни попугаев, ни отчетов. Только магнезия на руках, верёвки и приятное чувство, что ты хотя бы иногда поднимаешься в этой жизни вверх, а не падаешь вниз.

Она как раз собиралась откусить кусочек чизкейка и придумать, какой бы пик ей хотелось покорить, как услышала странные звуки.

Сначала — гул. Низкий, вибрирующий, будто кто-то огромный включил на максимум басы в колонках размером с дом. Потом — крики. Люди выбегали из машин, размахивая руками, словно пытались улететь. Автомобили, словно сговорившись, начали врезаться друг в друга. Металлический концерт с фейерверком из искр и звуком, от которого у Тамары сердце ушло в пятки.

И тут мимо её окна-стены пролетела машина. Настоящая, серебристая, блестящая, как метеор. Она пронеслась в полуметре от Тамары, переворачиваясь в воздухе. Секунду в стеклянных стенах кафе отразились её фары — яркие, как прожекторы сцены, — и потом автомобиль рухнул дальше по улице.

Раздался грохот, стекло брызнуло фонтаном, железо сложилось гармошкой. Газетный киоск превратился в бумажный салют — газеты взлетели в небо, кружа в воздухе, словно пёстрые бабочки. Один лист с кричащим заголовком «Сенсация!» прилип к стеклу прямо напротив лица Тамары.

Она моргнула, посмотрела на часы.

Они показали: двадцать пять минут и десять секунд до конца обеда.

— Ну вот, — сказала она, — только чизкейк собралась поесть.

Глава 2

Тамара открыла рот, чтобы откусить долгожданный кусочек чизкейка. И тут её челюсть так и осталась висеть в воздухе, потому что по улице промчалась странная делегация.

Огромные, зелёные, накачанные фигуры. Мчались, как несокрушимые терминаторы. Они сносили всё: киоски, машины, рекламные щиты и даже надутого единорога у магазина игрушек. Люди кричали, визжали, кто-то снимал это на телефон, а кто-то, наоборот, кричал в него: «Мама, я тебя люблю!».

Тамару пробрало странное чувство. Словно эти зелёные качки смотрели не просто вперёд, а прямо на неё. Будто вся эта сцена ― с развалинами, воплями и летающими газетами ― была ради её, Тамары, обеденного перерыва.

— Нет-нет-нет, — сказала она самой себе и аккуратно отодвинула тарелку с чизкейком. — В уборную. Сейчас. Вроде бы туда орки не заглядывают.

Но судьба, как обычно, решила подшутить. До туалета Тамара не дошла: стеклянные стены кафе разлетелись с треском, и внутрь, одним прыжком, ворвалась целая орава зелёных мускулистых громил.

— Мамочки! — пискнула Тамара и рванула к заветной двери с надписью «WC».

Но не успела. Огромная зелёная рука схватила её под локоть, аккуратно, но без права апелляции, и закинула к себе на плечо, как мешок с картошкой.

— Орки! — выдохнула она. — Но... они же только в кино! Или... нет?

Орки, не обращая внимания на визги посетителей и разбитые витрины, гурьбой рванули из кафе. Их было много — десятки. И все они помчались прямиком к высотке напротив.

Тамара болталась на спине орка, как неудачный рюкзак. Она била ногами, дергала руками, пыталась укусить его за спину, но получалось у неё только бессильно подпрыгивать на каждом его шаге.

И вот орк разогнался, подпрыгнул — и ухватился за стену небоскрёба. Высотка этажей на сто, минимум.

— Вы что, серьёзно? — только и смогла простонать Тамара.

Орк начал карабкаться. Ловко, будто тренировался всю жизнь именно на кондиционерах и окнах. Он прыгал с выступа на выступ, перебрасывал Тамару с одного плеча на другое, чтобы удобнее хвататься за карниз. А позади вся толпа зелёных повторяла его маршрут.

Скоро кафе, улица и недоеденный чизкейк остались далеко внизу, превратившись в яркие точки. Тамара завизжала:

— Вау! О такой высоте я мечтала. Домечталась, – восхищенно воскликнула в полёте, но всё-таки добавила что-то о том, что ей комфортнее на земле, ну, и на своих двух само собой.

Но орк был глух к её возгласам. Он ловко вскарабкался на самую крышу и наконец поставил Тамару на пол.

Девушка огляделась. Крыша сотого этажа, вокруг толпа орков, а впереди — их главный, огромный, с топором больше самой Тамары.

Он поднял руки и что-то закричал на орочьем. Звучало это, как будто кто-то одновременно кашлял, ругался и зачитывал инструкцию к стиральной машине.

Тамара подняла палец:

— Простите, а переводчик не прилагается?

Никто её не слушал.

Главный орк вытащил из-за пояса громадный топор. Металл блеснул, и, когда громила резко поднял оружие вверх, с лезвия ударил луч света. Толстый, яркий, переливающийся всеми цветами радуги, словно кто-то решил совместить северное сияние с новогодней гирляндой.

Небо вздрогнуло. В облаках заискрило, и сверху опустился второй луч — как ответ. Он соединился с орочьим прямо над крышей, и в этом месте воздух завихрился, загудел и открылся портал: круглый, сияющий, как гигантский мыльный пузырь, только явно не для детей.

Орки, один за другим, запрыгивали в портал. Будто в бассейн с невидимой водой.

Тамара сделала шаг назад.

— А я? Я вообще-то на работу хотела! – врёт, не краснея. - У меня... чизкейк там остался!

Но её носитель снова подхватил её на плечо и, не спрашивая мнения, сделал рывок вперёд.

— Не-е-е-е-е-е-т! — протянула Тамара, когда они вместе с орком прыгнули прямо в сияющий портал.

И мир вокруг разлетелся цветными искрами.

Глава 3

Темнота. Настоящая, густая, как кофе без молока. Тамара моргнула, но ничего не изменилось — перед глазами была сплошная чёрная завеса. Только топот множества ног и тяжёлое сопение огромных грудных клеток раздавались со всех сторон.

— Отлично, — пробормотала она. — Я всегда мечтала провести свой вечер в кромешной темноте, болтаясь на орочьем плече, как фирменная сумочка.

Её всё ещё несли. И не просто несли, а с такой лёгкостью, что любой бодибилдер заплакал бы от зависти. Тамара представила, как этот орк приходит в обычный спортзал, и тренер такой: «Ну, попробуй с гантелькой!» — а орк уже держит на плече девушку, да ещё и бежит марафон.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Вдруг впереди сверху прорезался слабый свет. Сначала тоненький, как дырка в шторе, потом всё ярче и ярче. Орки ускорились, и Тамара поняла: они бегут вверх.