Тьма и Свет - Пол Томпсон - Страница 41

— Голос? — удивился Слесарь.

— А кто же еще? — ответил Наводчик. Он засунул большие пальцы под подтяжки. — Если я прав, то мы встретим очень замечательное существо. Того, кто заставит все остальные чудеса Лунитари показаться дешевыми карнавальными трюками.

Обелиск вырос из тонкой красной линии в мощную башню высотой в пятьсот футов. Он имел диковинный полосатый вид, обусловленный тонкими черными полосами, которые чередовались с красным камнем его стен. Чем ближе подходили исследователи, тем выше казалась величественная башня, устремленная в небо.

Лесоруб нарушил долгое молчание. Он сказал:

— Вы заметили, как растения склоняются к башне? — Это было правдой. Все они, даже колючие иглобрюхи, были наклонены так, что были обращены к большому обелиску.

— Как лилии, повернутые к солнцу, — предположила Китиара.

Они остановились в пятидесяти ярдах от основания обелиска. В отличие от грубой каменной кладки деревни древесных людей, грани из красного мрамора были красиво отделаны и имели квадратную форму. Черные полосы между мраморными плитами были чем-то вроде строительного раствора. На уровне земли, лицом к исследователям, находился открытый вход — выемка в гладком камне. Внутри была только темнота. Через равные промежутки в стенах обелиска были проделаны длинные узкие окна.

— Что нам теперь делать? — спросил Слесарь очень тонким голосом.

«Подойдите ближе!»

Стурм и Китиара отступили назад, потянувшись за своим оружием.

— Кто это сказал? — позвал Стурм.

«Я — Хранитель Новых Жизней» — произнес успокаивающий басовитый голос внутри их голов.

— Где ты? — спросила Китиара.

«В здании перед вами. Подойдите ближе».

— Мы останемся здесь, спасибо, — сказал Лесоруб.

«Ах, вы боитесь. Неужели смертная плоть так дорога вам, что вы пренебрегаете возможностью полюбоваться редким и прекрасным зрелищем, а именно мной? В том, что люди будут бояться, я не сомневался, но от вас, гномов, я ожидал большего».

— Не так давно мы видели смерть коллеги, так что вы извините нас, если мы будем немного осторожны, — сказал Манёвр.

«Вам нужны доказательства моей доброй воли? Вот».

В тусклом дверном проеме зашевелилась маленькая фигура. Она появилась на свет, остановилась и помахала рукой. Она была похожа на Заику.

— Шестеренки и зубчатые колеса! — крикнул Слесарь, бросаясь вперед. Конечно, он потащил за собой Каната. Лесоруб и Манёвр спотыкались за ними, Погодник блуждал в тумане, а Наводчик хихикал у него под боком.

— Подождите, — крикнул Стурм. — Это может быть иллюзия!

Но это была не иллюзия. Гномы обступили Стурма, вопя от безудержного восторга. В дверях появились Вабик и Всполох, и прыгнули на кучу счастливых гномов. Сердечно поздоровавшись, Заика освободился от толпы и направился к Стурму и Китиаре. Он крепко пожал руку Стурму и выразил беспокойство по поводу перевязанного плеча Китиары.

— Это ты, — сказала она, ущипнув его за ухо.

— Да, и я в полном порядке, спасибо. Мы ждали вас несколько дней.

— Что случилось с твоим заиканием? — спросил Стурм. Подозрение заставило его говорить прямо.

— Ах, это! Оно исчезло, знаешь, пуф! Хранитель говорит, что это из-за выравнивающего эффекта магических сил, присутствующих на Лунитари. — Заика заглянул за спины людей. — Где Румпель?

Стурм положил руку на плечо гнома.

— Боюсь, у нас серьезные новости, друг мой.

— Серьезные? Что...?

«Твои страхи развеялись?» — вмешался голос.

— На данный момент, — сказала Китиара. — Можем ли мы вернуть наш летающий корабль, пожалуйста?

«Не будьте так поспешны! Нас еще не представили должным образом. Пожалуйста, входите, хорошо?»

— Объясню позже, — быстро сказал Заика. Он взял за руки Китиару и Стурма и повел их к двери. — С тех пор как вы ушли на поиски руды, у нас было самое потрясающее приключение, — доложил он. — Хранитель обращался с нами чудесно.

— Кто этот Хранитель? Где он? — спросила Китиара.

— Пойдемте и посмотрите сами.

Заика отпустил их руки. Стурм и Китиара шагнули через глубокую дверь в полумрак величественного обелиска.

Солнечный свет проникал из щелевидных окон, расположенных выше в обелиске. В центре пола, освещенный солнечным светом, стоял летающий корабль «Повелитель облаков». Эфирная воздушная подушка уменьшилась до половины своего прежнего размера, превратившись в мягкий комок в многочисленных складках свободной сетки. Крылья были отсоединены от корпуса, несомненно, для того, чтобы корабль мог пройти через дверь в обелиске. Кожаные крылья были аккуратно сложены и лежали на красном мраморном полу рядом с кораблем. Щелчки в темноте за «Повелителем облаков» свидетельствовали о присутствии Миконов.

Взгляды воинов неизбежно были прикованы к возвышающейся пустоте внутренних помещений. Когда Стурм и Китиара подняли глаза, они увидели ряд выступов и горизонтальных колонн, вделанных в толстые стены. Примерно в пятидесяти футах над полом возвышался обитатель обелиска — Хранитель.

Дракон. Там, где на него падали солнечные лучи, его чешуя сияла зеленоватым золотом.

Драконов на Кринне не видели уже много веков — так давно, что их существование было предметом яростных споров среди историков, священнослужителей и природных философов. Стурм с детства верил, что драконы существовали, но, встретившись лицом к лицу с живым примером, он испытал такой страх, что думал, что упадёт в обморок.

Будь мужчиной, рыцарем! наставлял он себя. Люди и раньше сталкивались с драконами. Хума делал это. И хотя голова Стурма шла кругом от этого новейшего и величайшего откровения, он твердо стоял на ногах.

Китиара тоже была ошеломлена. Ее глаза были огромными и белели в тусклом свете. Однако она пришла в себя быстрее, чем Стурм, и сказала:

— Ты тот самый Хранитель, который говорил с нами?

«Да ».

— Или ты предпочитаешь разговорный язык? — спросил дракон. Его голос был не таким громогласным, как ожидал Стурм; учитывая его размеры (тридцать пять футов от носа до хвоста) и расстояние до него, он был довольно мягким.

— Лучше всего говорить. Так я буду уверена в том, что слышу, — ответила Китиара.

— Как пожелаешь. Мне нравится говорить, и я так долго не мог ни с кем поговорить. Муравьи, видите ли, лучше всего реагируют на телепатию. — Дракон покачал широкой угловатой головой с шумом звенящей латуни. Он поднял лапы с уступа и, взмахнув крыльями, опустился на нижний насест. Ветерок пронесся над изумленными исследователями. — Где мои манеры? Я Купеликс Трисфендамир, Хранитель Новых Жизней и обитатель этого обелиска. — При появлении дракона гномы отступили за спины людей. Теперь они рассредоточились и начали засыпать его вопросами.

— Хранитель какой новой жизни?

— Сколько ты весишь?

— Как ты сюда попал?

— Как давно ты здесь?

— Есть ли у тебя изюм?

Дракона забавлял этот поток, но он отмахнулся от гномов взмахом одной огромной передней лапы.

— Вы Китиара Ут-Матар и Стурм Светлый Меч, не так ли? — спросил он. Двое тупо кивнули. — Ваш маленький друг, Заика, очень высоко отзывается о вас обоих. Очевидно, вы впечатлили его многими выдающимися качествами.

— Очевидно? — сухо ответила Китиара.

— У меня есть только свидетельства впечатлений Заики. Как бы то ни было, я очень рад, что вы здесь. Я следил за вашим продвижением по следу, который проложили Миконы... — Купеликс наклонил свою блестящую голову и посмотрел на Стурма пристальным взглядом кинжальных глаз. — Да, сэр рыцарь, след был намеренным.

— Ты читаешь мысли, — неловко сказал Стурм.

— Не глубоко. Только когда мысль так ясно вертится на языке.

Заика представил дракону своих коллег. Купеликс обменивался остроумным подшучиванием с каждым из них, пока не настала очередь Наводчика.

— Ты бронзовый дракон? — спросил гном.

— Латунный, если хотите знать. Но хватит об этих пустяках! Вы проделали долгий путь и много трудились, чтобы вернуть свой летающий корабль. Теперь, когда вы снова нашли его и друг друга, насладитесь моментом отдыха за мой счет.