Тьма и Свет - Пол Томпсон - Страница 4

– А если мы не сможем! – спросил Стурм.

– Тогда через пять лет все собравшиеся здесь сегодня вечером вернутся в гостиницу «Последний приют». Несмотря ни на что. Давайте сделаем это священной клятвой. Кто готов поклясться?

 – Я приму эту клятву, – Китиара отодвинула свой стул и положила правую руку в центр стола. Ее глаза остановились на Танисе. – Пять лет.

– Пять лет. – Танис опустил свою руку на её.

– Клянусь честью и именем дома Светлого Меча, – торжественно произнес Стурм, – что вернусь через пять лет. – Он положил свою руку на руку Таниса.

– Я тоже, – сказал Карамон. Его широкая ладонь скрывала даже руку Стурма.

– Если я буду жив, то буду здесь, – сказал Рейстлин со странной мелодичностью в голосе. – Он добавил свое легкое прикосновение к брату.

– И я тоже! Я буду здесь ждать всех вас! – с этими словами Тассельхоф взобрался на столешницу. Его крошечная рука лежала рядом с рукой Рейстлина, и обе они поместились на широкой ладони Карамона.

– Куча проклятой чепухи – проворчал Флинт. – Откуда мне знать, что я буду делать через пять лет? Может быть, это гораздо важнее, чем сидеть в гостинице и ждать стаю бродячих негодяев.

– Ну же, Флинт. Мы все принимаем присягу, – сказал Кендер.

– Хм. – Старый дворф наклонился и положил свои старые и изношенные от работы руки вокруг остальных. – Реоркс будет с вами, пока мы снова не встретимся – сказал он. Его голос дрогнул, и друзья поняли, что он просто сентиментальный старый мошенник.

Они оставили Флинта за столом. Близнецы удалились. Танис, Китиара и Стурм подошли к подножию лестницы. Тассельхоф последовал за ними.

– Спокойной ночи, – сказал Стурм, взглянув на Таниса.

– Но не до свидания. – Они пожали друг другу руки. – Кит, моя лошадь стоит на конюшне у кузнеца.

– Вот и хорошо. Мой зверь тоже там. Скоро восход солнца? – Стурм кивнул и огляделся в поисках Таса. – ТАС? – он крикнул. – А куда он делся? Я хотел попрощаться с ним.

– Я думаю, он вернулся наверх. – Танис указал на гостиницу наверху. Стурм кивнул и зашагал прочь, в прохладную ночь. Танис и Китиара остались наедине с кузнечиками, которые пели из-за огромных деревьев.

– Прогуляешься со мной? – спросил Танис.

– Куда хочешь? – ответила Китиара.

Они отошли на дюжину шагов от гостиницы, прежде чем Китиара воспользовалась возможностью просунуть свою руку под руку Таниса.

– А это ещё что?

– Что тебе стоит остаться со мной сегодня. Может быть, пройдет лет пять, прежде чем мы снова увидимся.

– Я не могу, – Танис остановился и высвободил руку.

– А? А почему бы и нет? Не так давно было время, когда ты не мог находиться без меня.

 – Да, в промежутках между тем, как ты проводил время далеко, сражаясь за того, кто заплатит тебе.

– Я не стыжусь того, что делаю. – Китиара вздернула подбородок.

– Я не жду, что ты будешь. Дело в том, что я все больше и больше убеждаюсь в том, что мы с тобой принадлежим к двум разным мирам, Кит. Миры, которые никогда не смогут надеяться на примирение.

– Так что же ты хочешь сказать?

– У меня был день рождения, пока тебя не было. Ты хоть знаешь, сколько мне лет? Девяносто семь. Девяносто семь лет, Кит! Если бы я был человеком, я был бы иссохшим стариком. Или мертв.

– Ты не иссохшийся и не старик. – Она оценивающе посмотрела на его гибкую фигуру.

– В том-то и дело! Моя эльфийская кровь продлит мою жизнь намного больше, чем обычно бывает у людей. – Танис подошел ближе и взял ее за руки. – А ты, Кит, состаришься и умрешь.

– Позволь мне беспокоиться об этом! – Китиара рассмеялась.

– Ты не будешь... Я знаю тебя, Кит. Ты сжигаешь свою молодость, как двухконечная свеча в бурю. Как ты думаешь, что я чувствую, зная, что тебя могут убить в битве за какого-нибудь мелкого военачальника, в то время как я буду жить дальше и дальше без тебя? Это должно закончиться, Кит. Сегодня вечером. Здесь и сейчас.

Хотя было темно, и белая луна, Солинари, была скрыта ветвями валлина, Танис увидел боль в выражении лица Китиары. Она была там всего лишь мгновение. Кит справилась с этим и заставила себя высокомерно улыбнуться.

– Может быть, это и к лучшему, – сказала она. – Мне никогда не нравилось быть связанной. Моя бедная глупая мать была такой же – она никогда не могла обойтись без мужа, который говорил бы ей, что к чему. Это не в моем стиле. Я пошла в своего отца. Горю на ветру, да? Да будет так! Я должна поблагодарить тебя, Танталас полуэльф, за то, что ты открыл мне истину.

Он прервал ее тираду поцелуем. Это был нежный, братский поцелуй в щеку. Китиара сверкнула глазами.

– Это не то, чего я хочу, Кит, – сказал Танис с большой печалью.

– Так и должно быть.

Она дала ему пощечину. Так как она была воином, пощечина Китиары не была легким ударом. Танис пошатнулся и поднес руку к лицу. В уголке его рта показалась тонкая полоска крови.

– Оставь свои красивые жесты, – выплюнула она. – Прибереги их для следующей любовницы, если найдешь! Кто же это будет, Танис? Чистокровная эльфийская дева? Но нет, эльфы будут презирать тебя как полукровку. Тебе нужна женская версия самой себя, чтобы любить.

Она удалилась, оставив Таниса в недоумении.

– Ты никогда ее не найдешь! – крикнула Китиара из темноты. – Ни за что!

Сверчки затихли под крики Китиары. В свое время они снова начали петь. Танис стоял один в ночи, не находя утешения в их песне.

[1]Изгиб, кривизна чего-нибудь

[2] Здесь и далее оригинальное название расы «dwarf» будет переводиться «дворф».

Глава 2. ВЫСОКИЙ ГРЕБЕНЬ

Небо еще не потеряло своего фиолетового оттенка, когда Стурм добрался до кузницы. Тириен, кузнец, держал свое заведение на валлиновом дереве. Извилистый пандус к лавке Тириена был вдвойне широк и прочно укреплен для лошадей. Тириен, раскрасневшийся от того, что склонился над горном, с тяжелыми мускулистыми руками и плечами оттого, что держал в руках молот кузнеца, был уже на ногах, когда появился рыцарь.

– Стурм! – прогремел он. – Входи, парень. Я просто выпрямляю некоторые гвозди.

Помощник Тириена, мальчик по имени Мерко, вытащил из печи раскаленную докрасна заготовку с помощью щипцов. Он положил согнутый гвоздь в углубление на наковальне Тириена, и мускулистый кузнец дважды ударил по нему. Мерко бросил прямой гвоздь в ведро с водой. Послышалось змеиное шипение, и поднялась струйка пара.

– Мне нужна моя лошадь, Тириен, – сказал Стурм.

– Хорошо. Мерко, приведи животное господина Светлого Меча.

Глаза мальчика расширились. Кольца сажи вокруг них делали его похожим на испуганную сову.

– Тот гнедой мерин?

– Да, и побыстрее! – сказал Тириен. Повернувшись к Стурму, он продолжил: – я поменял подковы, как ты и просил. Хорошая лошадь.

Стурм расплатился по счету, пока Мерко вел Толлфокса, его коня, на нижнюю платформу. Всего несколько недель назад Стурм купил Толлфокса у одного из племен Квекири и ешё не закончил его обучение. Он взвалил на плечи спальный мешок и тюк, а затем спустился по трапу, где Мерко привязал его скакуна.

Молот Тириена снова зазвенел, вонзая искривленное железо в прямые, как стрелы, шипы подков.

Стурм распределил свой багаж по бокам и крупу Толлфокса.

Он наполнил свою бутылку водой и услышал:

– Ты опоздал.

Китиара сгорбилась в углу под карнизом ливреи. Она была по уши закутана в красную попону.

– А я то что? – спросил Стурм. – Солнце только встает. А когда ты сюда приехала?

– Несколько часов назад. Я спала здесь – сказала она, сбрасывая одеяло. Под ним на Китиаре все еще была та же одежда, что и прошлой ночью. Она вытянула руки и размяла связки на затекшей спине.

– Почему, во имя всех богов, ты спал здесь? – спросил Стурм. – Неужели ты думал, что я забуду и уеду без тебя?

– Да нет, конечно, благородный друг. Мне показалось, что это хорошее место для сна, вот и все. Кроме того, Пире нужно было починить подкову.