Последний дракон Востока. В нитях любви - Кван Катрина - Страница 5

– Моя госпожа поручила мне множество дел. Я действительно должна идти.

– Уверен, у тебя найдется время на них позже.

Один из его подчиненных прикоснулся к плечу капитана, словно к дорогому трофею.

– Ты хоть знаешь, кто перед тобой? Капитан Тянь получил свой чин из рук самого императора.

Шум начал привлекать внимание окружающих, но никто не спешил прийти девушке на помощь. Зеваки лишь застыли разинув рты. Любопытные и приглушенные перешептывания донеслись до моих ушей, и от одного лишь упоминания императора у меня мурашки побежали по спине.

Император Жун[19] – имя с весьма символичным значением. Никто не решался произносить его вслух, и не только потому, что простолюдины не смели осквернять это имя своими грубыми голосами.

Когда я был мальчишкой, А-Ма рассказывала мне истории об императоре, когда я не мог заснуть. Говорили, что он принес пресную воду народу Севера, изгнал диких зверей во тьму и правил землями тысячи лет. Конечно, полнейшая нелепица, но в качестве сказки на ночь звучало впечатляюще. К тому времени, как А-Ма доходила до того момента, где императора якобы короновало само солнце, я обычно уже крепко спал. Он был больше мифом, чем человеком, и, возможно, именно поэтому мне стало не по себе после слов солдата. Никто не видел императора уже долгие годы. Я слышал, что он уединился в одном из своих многочисленных дворцов, разбросанных по Северному Царству Сюэ. Частый слух, гулявший по чайному дому, гласил, что император переезжает из одной резиденции в другую по прихоти, чтобы держать врагов в напряжении. И капитан Тянь не только видел нашего неуловимого императора, но и лично встречался с ним? В это было слишком трудно поверить.

Девушка тяжело вздохнула, явно раздраженная. Ее попытка обойти капитана и его людей ничем не увенчалась.

– Господин, мне действительно нужно… – начала она.

– Не упрямься. Пойдем, составь мне компанию.

Я больше не мог слушать этот бред. Мне нужно было возвращаться домой, но и оставить это просто так я тоже не мог. Быстро подойдя к девушке, я встал между ней и воином.

– Вот ты где, – сказал я, придавая голосу легкую нервозность. – Госпожа уже заждалась. Ты действительно собираешься заставлять ее ждать?

Девушка моргнула, ошеломленная.

– Кто вы…

– Быстрее, нам нужно идти.

Я уже собирался уйти, когда тяжелая рука схватила меня за шиворот.

– Эй! – рявкнул капитан. – Ищешь проблем?

Я сжал челюсти и спокойно посмотрел на него.

– Никаких проблем, друг мой. Мы с сестрицей как раз собирались уходить.

Он фыркнул, раздув ноздри, словно жеребец.

– Почему ты не в доспехах? Где твой меч и щит, мальчишка?

– Они мне ни к чему. Меня не призвали.

– Тогда тебя заберут в следующем наборе. Мы отправляемся на Юг к концу недели.

– Вы неправильно меня поняли, господин. У меня есть освобождение.

Губы капитана скривились в презрительной ухмылке.

– Что за вздор? Служить императору – священный долг каждого мужчины.

– Я понимаю, но…

– Калека? – холодно перебил он.

Я сжал кулаки, ногти больно впились в ладони.

– Нет.

– Немощен?

– Нет.

– Монах?

Капитан сделал шаг вперед, нависая надо мной. От него несло чесноком и прокисшим молоком.

– Или, может, ты просто трус?

Злость вспыхнула под кожей.

– Я не монах, – ответил я.

А затем ударил его прямо в лицо.

Капитан пошатнулся, схватившись за челюсть от неожиданности. Оступившись, он нелепо замахал руками, словно новорожденный козленок, и с глухим звуком рухнул на землю.

– Да как ты сме…

Мы сбежали слишком быстро, чтобы он успел договорить. Солдаты остались позади, а мы с девушкой не останавливались, пока не свернули за угол и не скрылись из виду. Она поклонилась мне, ее щеки слегка порозовели.

– Спасибо, гэгэ. Этот человек никак не хотел меня оставить.

– Не стоит благодарности, – отозвался я с легким смешком. – Думаю, тебе лучше поспешить.

– Да, конечно.

Мы быстро поклонились друг другу напоследок, после чего разошлись в разные стороны.

– Куда ты умчался с утра пораньше? – раздался голос матери из другой комнаты.

Я стоял на кухне, разогревая остатки вчерашнего конджи, который оставил томиться на слабом огне на ночь. Он был таким же клейким, как и безвкусным, но хотя бы сытным. Сегодня я не смог побаловать А-Ма перепелиными яйцами – покупка у доктора Ци полностью опустошила мои карманы. Впрочем, я и не жаловался. Есть на завтрак вчерашний ужин – невелика плата, если это лекарство и правда способно помочь избавиться от изнуряющего кашля.

– Всего лишь на рынок, – легко солгал я, стараясь не выдать себя голосом. Последнее, чего мне хотелось, – заставить ее волноваться. – Думал взять нам окуня на ужин, но оказалось, что свежий улов привезут только завтра. Вот и решил подождать.

– Правильное решение, – отзывается она. – Нет смысла платить за недельного окуня.

Она уселась за один из пустующих столиков чайного дома, подложив под себя плоскую подушку, и разлила нам чай. Ее черные волосы, ставшие редкими, сальными и давно нуждавшиеся в мытье, были собраны в небрежный пучок. Я бы отвел ее в общественные бани[20], если бы у нее хватило сил дойти со мной туда и обратно.

Я сосредоточенно занимался делом, стоя у кухонного стола спиной к матери. Как можно тише быстренько вытряхнул одну чешуйку из флакона, позволив ей упасть на дно каменной ступки. Она была завораживающей – больше похожей на драгоценный камень, чем на лекарственный ингредиент. Даже жаль, что такую красоту придется растереть в пыль. Но, вздохнув, я все же взял пестик и начал молоть чешуйку, затаив дыхание, пока внутри ступки не вспыхнули крошечные ослепительные искры. Чудеса.

– Сай? – позвала мать. – Тебе помочь?

У меня не осталось времени восхищаться сверкающей зеленой пылью. Я поспешно высыпал все в ее чашу с конджи, тщательно размешал и посыпал блюдо зеленым луком, чтобы скрыть любые изменения цвета. Присев напротив, я поставил перед матерью еду.

– Приятного аппетита, – сказал я. – Съешь все до последней ложки.

– Ты же знаешь, что в последнее время у меня нет аппетита.

Она поднесла ложку ко рту и отхлебнула немного. А потом еще. И еще, и еще. Даже не заметив, как вдруг опустошила всю чашку. Эффект не заставил себя ждать.

Ее бледные щеки налились розовым румянцем. Глубокие темные круги под глазами исчезли бесследно. Волосы приобрели густоту и блеск. Мамины дрожащие руки наконец перестали трястись, спина выпрямилась, а мышцы и кости наполнились силой. Всего за несколько минут она словно помолодела лет на двадцать.

– Я же учила тебя, что пялиться невежливо, – поддразнила А-Ма.

Я моргнул, приходя в себя.

– Как ты себя чувствуешь?

– Хочется еще. Можно добавки?

– Возьми мою порцию, – ответил я, стараясь удержать сердцебиение в норме и пододвигая к ней тарелку. От осознания успеха внутри разлетелись искры, словно вспыхнувший фейерверк. Неужели? Неужели и правда сработало?

Радовался я недолго, ведь вскоре сдвижные двери чайного дома внезапно распахнулись с такой силой, что стены задрожали, а немногочисленные каллиграфические свитки на стенах перекосились. Внутрь вошли пятеро тяжеловооруженных людей – те самые, с кем мне не повезло столкнуться меньше часа назад на рынке.

– Ты! – рявкнул ближайший ко мне.

Я узнал его по свежему багровому синяку, который оставил мой кулак на его челюсти. Это был капитан Тянь. Он обвинительно ткнул в меня пальцем, а злобный оскал обнажил кривые передние зубы.

– Именем его императорского величества, ты арестован.

Мать ахнула и тут же вскочила на ноги.

– Арестован? За что же?

– За уклонение от призыва и нападение на капитана при исполнении.

– Что за вздор?! Мой сын никогда бы не сделал ничего подобного!