Госпожа Снежных Буранов (СИ) - Солерн Влади - Страница 6

― Ты бы хоть в дом зашла, ― ворчит в волосах Гена. ― Под хвост поддувает. Давай, или вперед, или назад, моя шкура, чай, не казенная.

― Ты нежить, Генка. Какое поддувает под хвост? ― осторожно проникаю в холл, с прищуром изучая заинтересовавший предмет обстановки.

― И ты не перестаешь мне об моей нежитисти напоминать, бессовестная! ― зверек высунул нос, дернул усами. ― Так, не нравится мне твоя напряженная физиономия. Что тебя насторожило?

Кое-что всё-таки настораживало во всей обстановке. Кругом паутина, хотя насекомые, её создающие, присутствовать не должны, ибо это живые организмы, а живых организмов, кроме меня, здесь нет по определению, если только организмы не нежить, как мой новый друг. Но это опять-таки лирика и отступление, паутина есть и пыль кругом есть, а на перилах лестницы её нет, они вообще на вид чистые. По моему разумению, лестница вообще должна быть затянута сплошь паутиной и грязью, но это не так.

Боевик во мне ощетинился, перед лицом вспыхнул сетевой энерго-щит.

― Нехороший знак, ― бормочет крыс, прячась опять под волосами.

― Нехороший знак, друг мой, что я чую твой страх, которого априори быть не может, но об этом мы потом поговорим. Расскажи-ка мне, что ты знаешь насчет этого дома? Кстати, поисковик уже должен был вернуться обратно. Хм.

Крыс сопит, будто раздумывая, что конкретно мне рассказать, в это же время ко мне возвращается поисковик, ещё одна дикая странность: сеть активирована и разорвана.

― Та-а-ак, ― тяну мрачно, разглядывая прожженные участки. ― А вот ну очень нехороший знак.

За спиной с лязгом захлопывается дверь, вздрагиваю, резко оборачиваясь таким образом, чтобы видеть краем глаза и лестницу. На ухо перепугано пищит крыс, закрываю ему двумя пальцами пасть.

― Тихо! Визжишь как девчонка.

Задумчиво вскидываю голову к тонущей в сумраке помещения небольшой балюстраде под стенания крыса: «Сель, давай уйдем от сюда. Ну, Сель. Селя-я-я…»

― Хорошо, идем.

Крыс радостно машет хвостом и готов рвать когти.

― Но вернемся завтра поутру. Времени у нас всё равно предостаточно.

Гена душераздирающе стонет.

Без проблем вырвавшись на ледяной воздух, хмуро уточнила, перебегая узкую улицу:

― Ничего не хочешь мне сказать?

― Что, например?

Толкнула плечом дверь «нашего дома», в сравнении с тем, непонятным объектом, ну очень уютного и теплого, не зря он мне сразу приглянулся.

― Например, что за нечисть обитает у нас по соседству? Не верю, что ты не знаешь.

Крыс притворился глухим и немым, спрыгнул с плеча юркой белой стрелой и сиганул в сторону кухни. Тяжко вздохнула, расстегивая куртку. Ладно, сама вызнаю. А пока, дома есть чем заняться. И в первую очередь, сплести и поставить на дом и весь периметр мощную защиту. Это первоочередная задача. Вторая — наконец допросить крыса с пристрастием. Правда, чую, не скажет он ни черта, как ни пытай, только если сам захочет. Ну, и последнее: навести чистоту, в каких полевых условиях я раньше ни обитала, только жить в грязи подходит разве что свиньям.

План намечен, готовимся к исполнению.

Глава 10

Раздевшись в спальне, накинула поверх рубашки мужской дублет. Все-таки в крутке ходить не очень удобно, да и не спасает верхняя одежда от не природной промозглости. Переплела волосы и вернулась обратно в холл. Именно это место ощущалось для меня сердцем этого дома.

Усевшись в центре, окутала себя защитными непроницаемыми чарами, размяла пальцы, очистила сознание и нырнула в глубинные энергии. Первым делом отыскала крысеныша, чей ореол в магическом зрении светился всеми оттенками мертвой энергии.

Генка за обе щеки умиротворенно уплетал остатки завтрака. Маленькие ушки крысака настороженно дернулись, усы встопорщились, белая шерстка наэлектризовалась, по ней то и дело пробегали голубовато-фиолетовые разряды силы. Покрутив головой, звереныш нервно пискнул и, бросив обратно в кастрюлю комок каши, за что обязательно потом получит по носу, спрыгнул на пол, понесся в мою сторону.

Послав крысаку ментальное предупреждение, чтобы даже не вздумал сунуть даже кончик хвоста в мои чары, принялась плести защиту для дома. Вещь очень энергозатратная, после этого буду восстанавливаться чуть больше суток без учета накопителей, с ними к утру уже буду огурцом. Плохо, конечно, но, насколько я поняла, без этого никак, уверена, по соседству царствует ещё одна нежить, причем разумная, а с учетом того, что Генка про неустановленную особь говорить не желает, мысли приходят на ум совсем уж не радостные, приходится страховаться. Лучше так, чем самой нежитью стать, меня такая участь не прельщает, даже если разумной. Спасибо, обойдусь.

Закончила ночью, предварительно проверив каждый узел, вынырнула в «верхний» мир. Тело неприятно затекло и кололо иголочками, в нем царила такая слабость, что я едва могла ворочать языком. Защита мерцала и рассеивалась. Когда она окончательно спала, меня повело, дрожащей ладонью оперлась о холодный кафель. А напротив сидел недовольный крыс. Проследив, как истаял последний дымок маны, он с ну очень возмущенным видом подскочил ближе.

― Ты бы хоть предупредила, девчонка бессовестная, я же чуть не поседел от страха, думал… ― зверек осекся и наморщил мордочку, нервно дергался розовый хвостик.

― Что думал? ― бормочу, поднимаясь с трудом и шатаясь. Крыс подскочил еще ближе, заметался у ног, не зная, чем мне мочь. ― Не мельтеши, и так тошно, ― сглотнула тугой комок в горле.

― Эх, жаль, у меня лапки, а так я бы тебя дотащил до кроватки.

― Ты так говоришь, будто у тебя когда-то были не лапки, а руки, ― усмехнулась вяло и поплелась в спальню, опираясь о стены и мотая головой, отгоняя темные мушки.

Крыс промолчал, перебирая лапами.

― Ге-е-е-н, чего молчишь? Неужели ты был когда-то человеком?

― Человеком не был, однозначно, ― юркает за мной в спальню и запрыгивает на постель, подпрыгивая, когда я плюхаюсь всем весом рядом. Стягиваю ботинки.

― А кем был?

Крыс задумчиво молчит. Ясно. Не скажет. Мысленно махнула рукой. Ну его. Ну их всех. Устала. Нехотя запихиваю в себя пару сухих ломтей хлеба с вяленым мясом, толком не жуя, запиваю водой из фляжки, дрожащей рукой активирую два накопителя, с наслаждением впитывая силу, и выключаюсь, даже не успев долететь до подушки.

Краем сознания, именно тем, что всегда находится в стадии активности у боевиков, улавливаю бурчание крыса, он топчется у меня на груди, точно кот, царапая дублет коготками, и устраивается поудобнее.

― Вот надо было доводить тебе себя до такого состояния? Магичка ненормальная. Фанатик. Но защиту склепала годную, ― слышится гордость, и следом — тяжелый: ― Драконом я когда-то был, Селька. С другого мира сюда залетел много столетий назад и помер бесславно, став крысой. Как-то так, девонька. Как-то так.

Анализировать полученные данные не выходит, к тому времени благополучно сплю без сновидений, с каждой минутой глубже проваливаясь в беспамятство, и вот тогда приходит знакомый дракон, с развевающимися белоснежными волосами и черными бездонными грустными глазами.

Утро наступает для меня неожиданно, причем просыпаюсь от неестественно яркого света. Тру лицо в полудреме и фокусирую взгляд на источник, точнее на окно, а там прям световое шоу из ало-красных оттенков. С губ срывается изумленный возглас с ругательством, подрываюсь и мчу к окну, игнорируя возмущенный писк цепляющегося за дублет крысеныша, дергаю в сторону тюль и обескураженно вылупливаюсь на происходящее безумие за окном.

― Святая магия, ― ахаю недоверчиво, протираю глаза и вновь ошеломленно таращусь на пейзаж, которого вообще быть не может. ― Гена-а-а, ты видишь то же, что и я?

Нет, ну, мало ли, у меня крыша от всех происходящих событий отъехала.

― Угу.

― А это вообще нормально?

― Ну… Как тебе сказать…