Госпожа Снежных Буранов (СИ) - Солерн Влади - Страница 29

Ронар усмехнулся про себя: слышала бы его речь сама Мирэн — рухнула в обморок, и нюхательные искры не помогли. Средняя принцесса до ужаса боялась оборотней, уж не знал маг причины, наверняка придумала себе невесть что и сама же испугалась. Вот заодно и вылечили бы мохнато-болезнь средней принцессы, так сказать, клин клином. Однако Вайлену не понравился план друга, он нехорошо прищурился:

― Я тебя сейчас выдам за одну из принцесс! Договоришься у меня.

Маг фыркнул, небрежно поправляя запонки на рукавах сорочки.

― Я бы с радостью, да только ты сам знаешь о моей нерушимой помолвке, так что, прости, я — не вариант.

― В моих силах разрушить твою нерушимую помолвку!

― Ну, и зачем?

― Чтобы язык малость укоротить. Больно ты у меня свободнословный.

Ронар со смешком вскинул руки, а Вайлен задумался.

― А знаешь, идея-то не дурна. В Хомании уже несколько столетий как невинность невесты совершенно не важна, с того момента, как возникла магическая возможность определения отцовства ещё в утробе матери. Я подумаю над этим. Вернемся к нашим баранам, то есть, бастардам.

Аттвуд с полуулыбкой склонил голову к плечу.

― Знаешь, я не верю, что ты совершенно ничего не нарыл. Слишком хорошо тебя знаю, Великий темный архимаг, ― выделил язвительно. ― Кайся, что нарыл. Удалось вытрясти из Велисы хоть что-нибудь?

― Как и сказал, пока порадовать особо нечем.

― Но что-то всё-таки есть, ― тянет король, внимательно изучая непринужденное лицо друга, зрачки короля расширяются. ― Да чтоб тебя, Ронар. Ты знаешь имя бастарда! Вижу, знаешь!

Аттвуд кисло вздохнул.

― Ничего от тебя не скроешь, ― он, между прочим, и не старался, а Вайлен едва не подпрыгивал от нетерпения.

― Велиса раскололась?! Кто он?! Кто бастард, Аттвуд?! ― король потянулся через стол и на эмоциях встряхнул друга за лацканы облегченного пальто.

Аттвуд аккуратно убрал руки монарха.

― Не так уж и раскололась. Скажу так: для начала мне нужно лично убедиться в подтверждении догадки. Думаю, через две недели я смогу представить тебе бастарда.

Послышался скрип монаршей эмали. Вайлен возвел глаза к потолку, поиграл желваками и сел на место.

― Это мальчик? ― требовательно.

― Две недели, Вайлен. Бастард жил спокойно более двадцати лет, и династия Хоманских не рухнула, и за две недели дом не рухнет.

― Да что ты говоришь? Враги короны не дремлют. Что тебе дадут две недели, Ронар?

Аттвуд отвел взгляд.

― Может быть, ничего, а может быть, слишком многое.

― Ты понимаешь, что просишь?

― Понимаю, ― Аттвуд встал. ― Прошу простить, мой король. Дела поджимают.

― Наглец, бессовестно пользующийся дружбой и благосклонностью короля!

― Не отрицаю, ― манерный поклон. ― Вайлен, тебе нечего опасаться. Две недели.

…Ронар переместился к дверям своих лабораторий прямо из королевского кабинета, оставив правителя в разрозненных чувствах и досадуя про себя о бестолковости потраченного времени. Король повернулся к окну, взгляд потеплел на градус.

― Значит, племянница. Ну-ну. Это может быть интересно.

Глава 42

Селин

Чем мы ему обязаны, наместник не соизволили сказать и вообще никак не отреагировал на заданный вопрос. Ни слова. Совсем.

Некоторое время с наместником изучали друг друга, точнее, это я изучала неожиданного гостя, а он скорее просто стоял столбом и даже не моргал. Самое интересное — моя защита никак не реагировала на незваного вторженца, будто наместник явился сюда по приглашению или являлся частью меня, что совершенно не правда. Санто по-прежнему таился на кухне, боясь высунуть наружу нос, а крыс странно подрагивал на плече, словно чему-то сопротивляясь. Пауза затягивалась. Око не выдержал первым. Не менее странно всхлипнув, он сорвался с моего плеча и помчался к соляному белому столбику, горланя:

― Хозяин! Хвала небу, вы очухались! ― прыгнул с разгону на грудь даже не дрогнувшему Гелиану, точно полагая, что тот должен его подхватить, и шмякнулся белой кучкой на пол. ― Хозяин? Что с вами?

Хмыкнула, постукивая пальцами по предплечью.

― Вот ты и спалился, мой дорогой. Санто!

― Да? ― высунулся малыш, с опаской покосившись на Гелиана.

― Поставь кастрюлю с водой. Чай будем пить.

― У нас есть чай? ― непомерно удивился Санто, скрываясь обратно в кухне. Нормального чая не было, естественно, но имелись в моём запасе опять-таки на черный день кое-какие травки.

Подхватив хлопающего глазами крыса за хвост, отчего тот возмущенно пискнул, подсадила на плечо, вскидывая голову к лицу наместника. Честно говоря, молчаливый, напоминающий начиненную тряпками куклу Гелиан немного пугал незнанием, что от него и его визита ожидать, да и вообще, как трактовать его пробуждение.

― Гелька, ― дрожал крыс. ― Что это с ним?

― А мне почём знать? ― удивилась, поводя напротив лица дракона ладонью. Никакой реакции.

― Из нас двоих ты магичка, боевой маг, на минуточку.

― Ну, не некрос же!

― Ошалеть, большая разница.

― Большая, сам знаешь, ― ходила вокруг застывшего блондина. Тот же запыленный, некогда белый, сейчас серый китель с позументами, белые атласные брюки с красной полосой-стрелкой, черные сапоги и перчатки.

― А ты его оживила, сто процентов, больше некому! Так оживи ещё раз! Что он здесь торчать будет памятником?!

― Тише! ― снова оказалась напротив бледного лица и потянула руку к щеке, за что тотчас получила по конечности шлепком хвоста.

― Сдурела? Не трожь. Отравишься ещё. Я же тебе говорил о страшной обретенной силе наместника, куда лезешь?

― А как мне его тогда оживлять, по-твоему?

― Магия тебе на что?

― Магии и без того крошки! Так что отвянь. Иди, Санто помоги, мешаешь только своим писком. Скачи в спальню, найдешь в моей сумке небольшой холщовый мешочек, принеси его Санто.

― Я тебе конь, что ли, чтобы скакать?! ― возмутился крыс, щелкнув клычками у уха.

― Око! Не беси.

Крыс скрипнул челюстями и спрыгнул на пол, бормоча:

― Дожился, из дракона в крыса, из крыса — в коня-носильщика принеси-подай, курьер, ебут твою мать.

Задумчиво покосившись на мелькнувший в повороте коридора крысиный хвост, повернулась к дракону и всё же протянула к его щеке руку, скользнула по теплым чешуйкам, посылая легкий разряд магии, действуя по внутреннему наитию, приподнялась на носочках, подув:

― Проснись. Проснись, Гелиан Драголит.

Несколько секунд ничего не происходило, промелькнул недовольно сопящий крыс с мешочком в зубах, и тут… Гелиан пошатнулся, тихонько застонав. Непомерно удивившись, подхватила дракона под руку.

― Леди? ― хриплый голос дракона прокатился по позвоночнику.

Вздохнула.

― Что-то типа того, идемте, некро-лорд-дракон, чай пить будем, ― и потащила несопротивляющегося, хлопающего ресницами мужчину на кухню.

Ошалеть — не встать, кому расскажут, что я сидела в окружении нежити и пила, откровенно сказать, отвратительный на вкус отвар из питай-травы и дуршицы, точно не поверят. Санто уткнулся носом в кружку и старался не отсвечивать, поглядывая на дракона с опаской, а он ему вроде как дядя. Крыс о чём-то одухотворенно вздыхал, а я разглядывала Гелиана, и что очень интересно, мертвечиной, в отличие от Санто и Око, от него вообще не несло, от него совсем ничем не пахло, будто бы не дракон, а на самом деле тряпичная кукла.

Откашлявшись, позвала Драголита:

― Лорд-наместник? Лорд? ― потеребила легонько за край рукава. ― Вы меня слышите, понимаете?

Дракон медленно повернул ко мне голову, черные неживые глаза уткнулись в меня. Вопросительно подняла брови. Дракон потянул чашку ко рту, хлебнул и вдруг перекосился, будто бы у него защемило лицевые нервы. Дракон бесшумно приоткрыл рот, чашка вывалилась из пальцев, ударилась о столешницу, расплескивая на неё жидкость. Око вскрикнул:

― Хозяин?!

А хозяин ни с того ни с сего рухнул спиной на пол и застыл в неестественной позе. Мы ошеломленно переглянулись, крыс прыгнул к дракону на грудь, бестолково по нему мечась.