Под пеплом вулкана. Остров драконов (СИ) - Вар Юлия - Страница 8

– Аларих… Нет… Ардалих.

Таш хмыкнула. В её манерах и речи проступала непоколебимая надменность, хоть женщина, по-видимому, много лет прислуживала во дворце.

– Заявите, что Аларих – император, и наживете себе много врагов.

– Я же исправилась. Все эти имена на одно лицо.

– Уж поверьте, «именам» вы, невесты, тоже на одно лицо. – После язвительного укола женщина немного смягчилась и понизила голос, будто любопытствует на запретную тему. – Вы прилетели из бесплодных земель? Как там сейчас?

– Ужасно. Всюду хворь. Где она туманом застилает города, там люди не успевают хоронить мёртвых. Целые поместья лишаются своих хозяев и становятся добычей для мародёров. Надежды нет, все уповают на Реома. – Еле слышно Тесса добавила: – Будь он проклят.

Речь произвела эффект, Таш поджала побледневшие губы:

– Когда я покидала континент, приморские города процветали.

– Жаль, не застала их такими…

«Конечно, и в лучшие дни я бы их не увидела, но хотя бы новости из тех городов были бы не только прискорбными».

– Ладно, давайте подберем сопли и сделаем то, что должно. – Таш раздвинула каменные двери в купальню, внутри которой уже находилась Флоара. – Как закончите, переоденем вас… И принесу книгу о традициях, только не трепите о моей доброте.

Тесса огляделась. Из углов мраморных стен выпирали бронзовые статуи обнаженных по пояс женщин, склонившихся к центру с опрокинутыми в руках кувшинами. Оттуда струйками текла чистая вода и собиралась в большом изящно литом чугунном резервуаре, устроенном на раскаленных углях. Горячий пар поднимался с поверхности воды, рассеиваясь в пространстве.

– Принцы жуткие, – сказала девочка. – Я не готова к… Просто не готова. Это моя старшая сестра была обещана принцам. Была, но сбежала со странствующим певцом. Великая любовь – засудачили… А у него глупые куплетики и гнилые зубы!

– Не злись на сестру. Должно быть, её на самом деле поразила великая любовь, если она променяла достаток на скитания. – Тесса улыбнулась, протягивая Флоаре корзинку с душистым мылом. – Мне бы хотелось иметь сестру, общее детство.

– Ой, она меня задирала и отбирала мои рукоделия, когда ленилась. А ещё звала зефиркой, а я ненавижу зефир. И папа с мамой её больше жалели.

Флоара стыдливо отвела взгляд, постеснявшись, что много взвалила на новую знакомую, а потом добавила:

– На острове всё чужое и огромное. Зато красивое, и я могу стать женой принца. Только бы не Зейриха! Он злой.

Девушки нежились в горячей воде и по щепотке открывали друг другу свои тревоги, пока говорить стало не о чем. Ручейками капли скатывались по стенам, оставляя влажные дорожки. Флоара пробовала разные мыла. Гладкие кирпичики выскальзывали из её рук, и она гоняла их ступней по полу. Тесса же думала о последних словах Валеха и о приключениях, ворвавшихся в её жизнь. Умом девушка понимала, что теперь надо следовать правилам острова, а не лить слёзы и сокрушаться о несбыточном. Однако утрата мечты о миссии перед магами не отпускала. Тесса мыслями возвращалась к прошлому, и переворот в судьбе начинал казаться трагической ошибкой, будто она обязана найти путь домой. Но зачем? Дар спит, а без него она на родине не нужна.

Накупавшись, девушки вышли в бельевую и были встречены недовольным ворчанием Таш:

– Нерасторопницы. Голодные?

Женщина хлопотала над башнями из цветных тканей. Ей помогали другие прислужницы. Одни колотили палками постиранные вещи, а другие складывали уже высохшее и чистое бельё.

Таш была одновременно строга и по-матерински заботлива. Тесса легко бы могла привязаться к женщине, напоминающей госпожу Ивиту и Беритоса одновременно. Первая всегда приходила на помощь с поучительными сентенциями, скучными, но порою полезными. Второй же снабжал воспитанницу более практичными мудростями: «Не плюй в небо», «Не руби сук, на котором сидишь», «Не в свои сани не садись» и его любимая: «Не учи учёного».

Прислужницы вертели девушек, словно больших кукол, измеряли рост, плечи и талию. Вскоре их переодели, и мучения воздались сторицей. На какое-то время красивые платья выкупили место в умах невест, они забыли и про голод, и про то, что вокруг чуждое неизведанное царство.

– Покрутитесь, не откажите себе в радости. Наряды – подарок императорской семьи для участия в отборе.

– Разве это приличное одеяние? – спросила Флоара, застенчиво прикрывая полуобнаженные плечи.

– Эрах – жаркая страна. Местные женщины не привыкли чувствовать себя рыбой в кляре. Точно, еда. Я принесу вам её в комнаты.

Сначала прислужницы устроили Флоару, а потом Тессу в покоях чуть поодаль.

– С рассветом придёт старшая Кия, она помогает невестам с отбором, – проговорила девушка со скрытым лицом и захлопнула громкую дубовую дверь.

Простор тут же заставил Тессу ощутить одиночество. Из ниоткуда не выскочат фантомы, а Беритос не ворвется с поучениями. Предоставленная сама себе, с непривычки она не знала, что делать.

Через решетчатое окно, увитое зелёным плющом, проходил вечерний розовый свет и окрашивал в теплые тона изящную мебель. Больше всего девушку заинтересовали сундук, куда она сложила своё скромное имущество, и письменный стол, на котором рядом с чернильницей лежала стопка чистых папирусов и восковые таблички для черновых записей.

Наконец-то она сможет писать, не боясь, что восковые таблички испортятся и придётся ждать недели, когда домоуправец привезет новые из города!

Тесса измерила комнату шагами и выглянула в окно. Живот застонал от голода. Где же Таш? Время тянулось, как мед… Ах, вкусный и сладкий мед.

Старшая прислужница появилась с подносом в руках. Вошла громко и неожиданно, перепугав девушку, поставила поднос на кровать. Тесса подбежала к еде, словно голодная кошка, и подхватила её, чтобы перенести на стол.

– Здесь так не едят, – Таш посмотрела, как на дикарку.

– А как?

– Лёжа.

Она уложила Тессу в правильную позу.

– Неудобно, – ворочалась девушка.

– Привыкните… Не облизывайте пальцы… Вас ударить по рукам?.. Да, это вино, разбавленное водой. Пейте, будете спать как младенец.

– А я не хочу сегодня спать, – запротестовала Тесса, утомленная бойким уроком по этикету.

– Вам надо хорошенько выспаться, чтобы завтра на смотре ваше личико сияло, – слова нежные, интонация грубая. Женщина достала небольшую, но толстую книжечку в бархатном переплёте. – Ритуалы отбора почитайте перед сном. Может, не опозоритесь.

«Язва. Но всё же заботливая», – подумала девушка и подняла кубок в шутливом тосте.

– За твою доброту!

Таш посмотрела исподлобья и, забрав поднос, ушла. Подложив под себя подушки, Тесса расположилась на кровати поудобнее. Голову слегка потряхивало, веки смыкались. Девушка потянулась к книге, но рука остановилась на полпути. Вино оказалось сильнее воли, вогнало в сладкую дремоту.

Сон прервал звонкий голосок Флоары. Девочка взволнованно щебетала о чем-то, но затуманенный разум не сразу разобрал слова. На ночном небе висела серебристая луна и освещала комнату не хуже масляной лампы.

– Можно я переночую у тебя? – спросила внезапная гостья, сев на корточки у кровати. – В моей комнате поселился нечистый дух!

– Почему ты так решила? – Тесса потянулась и зевнула.

– Он скребётся в сундуке…

– Быть может, зверь?

– Я боюсь открывать ящик, не знаю.

– Оставайся. Ночью злые духи могущественнее, чем днём. Если в твоей комнате и правда не зверёк. А утром проверим сундук.

– Староста сказал, что ты ведьма… – Девочка заползла под одеяло. – Но ты добрая.

Тесса сделала вид, что пропустила мимо ушей слова Флоары. На самом деле в ней кипело раздражение, которое поднималось каждый раз, как кто-то недалекий предпочтет благородное «маг» неблагозвучному «ведьма». Горизонты у мага, даже слабого, всегда шире, чем у ведьмы или колдуна, поклоняющегося одной силе.

– Твой нечистый дух оказался кстати. – Сказала Тесса, раскрывая перед собой книгу. – Таш дала. Здесь собраны все значимые традиции от рождения и до смерти эрахейца. Начнем с отбора. Остальное прочитаю как-нибудь потом.