Познакомься с дочкой, дракон! (СИ) - Кузнецова Александра - Страница 72

Но Рейнар был бы на свободе! Это он во всем виноват, почему тогда больно мне?

Закрыв глаза, я с трудом подавила горькие слёзы и, стиснув зубы, заставила себя отвернуться.

— Проводите меня к Лукасу, пожалуйста, — тихо сказала я, пытаясь удержать голос ровным.

Доктор молча кивнул и осторожно повёл меня к лестнице, ведущей на второй этаж. Мы прошли по длинному светлому коридору, где царила тишина, нарушаемая лишь нашими шагами и глухим эхом из зала внизу.

У последней двери справа доктор остановился и тихо сказал:

— Вот здесь, госпожа. Только прошу вас, не утомляйте его. Он очень слаб и, если честно, я не уверен, что после такой раны он сможет вернуться в строй.

Я сглотнула, чувствуя, как ком встаёт в горле, и молча вошла внутрь.

Лукас лежал на белоснежных простынях, грудь его была туго забинтована, а лицо выглядело настолько бледным и измученным, что моё сердце болезненно сжалось. Я опустилась на стул рядом с кроватью, не решаясь даже дышать громко, чтобы не потревожить его.

Но стоило мне приблизиться, как ресницы Лукаса дрогнули, и он с усилием открыл глаза. Его взгляд на мгновение был мутным и непонимающим, а затем медленно прояснился. Увидев меня, он чуть улыбнулся уголком губ:

— Вы целы… хорошо

Я улыбнулась сквозь выступившие слёзы и осторожно взяла его за руку:

— Лукас, как ты себя чувствуешь?

— Аарон? Лия? Олейна?

Я кивнула, сжимая его пальцы чуть крепче:

— Да, Лукас, всё хорошо. Аарон цел, Лия со мной и сейчас рисует с Олейной. Благодаря тебе все мы живы и в безопасности.

Лукас заметно расслабился и снова слабо улыбнулся:

— Славно… — он запнулся и слегка поморщился. — Хочу апельсины и шоколад.

Я тихо рассмеялась, не в силах сдержать слёз облегчения:

— Обещаю, принесу тебе целую корзину.

Лукас внимательно посмотрел на меня, словно проверяя, что нас никто не подслушивает, и чуть понизил голос:

— Я спрятал показания против Киры… под половицей в моей комнате, возле окна, там скрипит. Надо дать Хранителю традиций.

Я удивленно вздохнула:

— Не волнуйся, я их возьму. Может стоит передать их Аарону, а не графу Скорну, вдруг…

— Хранителю традиций… только

Лукас устало прикрыл глаза, но его лицо уже не было таким болезненным. Кажется он наконец позволил себе расслабиться и набираться сил.

— Хорошо, я все сделаю.

Я тихо поднялась со стула, осторожно отпустила его руку и вышла из комнаты, стараясь не тревожить его сна. На сердце стало немного легче.

Я вернулась во дворец и проскользнула в крыло прислуги. Сюда редко заходили посторонние, а в разгар дня коридоры и вовсе пустовали. На дверях были таблички с именами, так что комнату Лукаса я нашла без труда — самую скромную, почти аскетичную, расположенную в конце узкого коридора.

Внутри царил идеальный порядок. Простая кровать, небольшой шкаф со сменной одеждой, узкий столик и пара стульев — больше ничего. Лишь на полке лежали несколько потрёпанных книг по истории.

Осторожно ступая по скрипучему деревянному полу, я подошла к окну и проверила половицу у стены. Одна из досок чуть прогнулась под моим нажимом и с тихим скрипом приподнялась.

Внутри лежали сложенные листы бумаги, исписанные ровным, чётким почерком. Я быстро пробежала взглядом по строкам с удивлением обнаружив, что Кира причастна не только к нападению пчел.

Она подстроила кражу колье у одной девушки и подбросила другой, подсыпала слабительное в утренний чай, подсыпала чернила в порошок, испортив платья конкуренток.

Ей приписывали распространение слуха, что одна их невест больна розовой ветрянкой, отчего комнату со всеми невестами закрыли на карантин и подвергли досмотру.

И это только та малость, что я успела прочитать. Что ж, теперь у меня появился отличный повод появиться на совете и передать доказательства графу Скорну при всех.

Я спрятала бумаги под жакет и поспешила в тронный зал.

Я с опаской приблизилась к высоким, массивным дверям тронного зала. Перед входом, выпрямившись в струнку, стояли стражники в начищенных доспехах, руки на эфесах мечей, лица суровые и непроницаемые.

Я ожидала от них вопросов или преграждающих путь копий. Но стражники не шелохнулись, лишь чуть склонили головы, выражая уважение.

Никто не собирался мешать мне войти. Это было так непривычно и… приятно.

Я подошла ближе, коснулась тяжёлой двери, но замерла, прислушавшись. Изнутри доносился строгий, звенящий яростью голос Аарона. От его тембра внутри что-то резонировало, я едва удержалась, чтобы не распахнуть двери и не броситься ему на шею.

— Это не обсуждается, — резко произнёс Аарон, явно теряя терпение.

— Ты слишком категоричен, сын мой, — раздался чуть усталый, но всё ещё властный голос короля Грегори. — Я понимаю твоё беспокойство, но не можем же мы…

— А ты слишком мягок! — огрызнулся Аарон, — Нельзя постоянно избегать конфликтов, из-за этого мы выглядим слабыми. Враги думают, что нами можно управлять.

— Ваше величество, принц прав, — спокойно вмешался голос графа Скорна, чуть насмешливый и очень уверенный. — Однако, нужно соблюдать правила. Иначе наш жесткий ответ будет похож на эмоциональную агрессию. Мы же этого не хотим?

— Не хотим, — выдохнул Аарон.

— Сейчас мы должны показать, что не смотря на предательство Рейнара, все под контролем. Все идет по плану.

— Если вы еще хоть слово скажете про отбор, я отправлю вас работать на конный двор, — громко сказал Аарон, а затем все стихли.

Я услышала его твердые шаги, затем дверь перед моим носом распахнулась.

Аарон застыл на мгновение, увидев меня на пороге. Его напряжённое лицо тут же смягчилось, а в глазах мелькнуло облегчение и нежность.

— Даря… — тихо произнёс он, шагнув ко мне и без всяких колебаний крепко прижимая к себе.

Я уткнулась лицом в его плечо, чувствуя, как расслабляюсь и таю в его руках.

— Ты как? — прошептал он, чуть отстраняясь, чтобы заглянуть мне глаза. — Отдохнула?

Я улыбнулась сквозь слёзы, смущённо кивая:

— Да, со мной всё хорошо. А ты? — я коснулась пальцами его плеча, в ответ Аарон чуть поморщился.

— Мелочи. Драконы быстро восстанавливаются, помнишь?

Я смущённо улыбнулась, чувствуя, как щёки снова заливает румянец. Мы замолчали, не сводя друг с друга взгляда. Молчание было наполнено словами, которые мы так и не успели сказать.

В зале раздалось покашливание графа Скорна. Хранитель традиций напоминал о том, что мы здесь не одни. И вообще идет совет.

Аарон спокойно, почти демонстративно, взял меня под руку и повернулся к вельможам. Его голос прозвучал твёрдо, не терпя возражений:

— Я провожу свою невесту в комнату и вернусь. Прошу извинить меня на минуту.

Слово «невеста» отозвалось в груди, заставив вздрогнуть. Глаза вдруг предательски защипало, но я быстро взяла себя в руки. Мягко высвободила руку из его ладони и чуть отступила, поднимая на него серьёзный взгляд:

— Вообще-то я пришла, чтобы присутствовать на совете.

Аарон удивлённо вскинул брови.

— Даря?

Король, сидевший за столом перед троном, по случаю выдвинутом ближе, удивлённо переглянулся с графом Скорном. В зале повисла растерянная тишина, лишь некоторые вельможи тихо перешёптывались.

— Кроме того, — продолжила я, стараясь не обращать внимания на охватившее всех замешательство, — у меня есть кое-что важное для графа Скорна.

Хранитель традиций кашлянул, с интересом глядя на меня поверх своих небольших круглых очков.

Грегори коротко кивнул:

— Ну что ж… раз Даря настаивает, мы будем рады её присутствию.

Один из вельмож поднялся со своего места и быстро поставил к столу ещё один стул, жестом приглашая меня пройти.

Я чуть выдохнула, оправила платье и спокойно села за стол, как оказалось по пакую руку Аарона.

— Что ж, давайте сначала закончим обсуждение и перейдем к следующему пункту.