Познакомься с дочкой, дракон! (СИ) - Кузнецова Александра - Страница 26

— Я от дочери ни на шаг.

Граф опустил голову, видно смирился, и поплелся куда сказали. Я гордо прошла следом, чувствуя, что это приятно — когда тебя слушаются. Присев напротив, я откинула косу за спину и сказала.

— Что вы хотите знать, граф?

— Как вы узнали, что ночной лебедь — это не Хельга и не Мелисса.

— Очень просто. Девушка была одета в роскошное платье и маску. Платье сидело четко по фигуре и я точно вам скажу, что это не Хельга, которая выше и шире, но и не Мелисса. У Мелиссы внушительный бюст и крутые бедра. У меня встречный вопрос, граф, кто знал, что вместо обычного бала будет маскарад.

Граф, который до этого слушал меня с подобием скуки на лице, встрепенулся.

— А что такое?

— Костюм лебедя, как и несколько других нарядов, которые я заприметила в тот вечер, были изготовлены задолго до отбора. Слишком тонкая работа, которую не выполнить за один вечер.

Хранитель традиций поджал губы, хмыкая. Похоже, он хотел, чтобы я раскрыла ему все свои карты, но ничего не собирался рассказывать взамен.

— Думаю, у вас есть книга или какой-то протокол с планом отбора.

Граф вздрогнул, а я востержестовала. В точку!

— Раз кто-то смог подкупить члена комиссии на отборе, почему бы и не подкупить и тех, у кого есть доступ… к папке.

И снова в точку. Граф кашлянул:

— Откуда вам известно о подкупе и о папке?!

Я откинулась на спинку стула и улыбнулась.

— Граф Скорн, о подкупе слухи пошли еще поутру, про папку я догадалась сама. А я ведь просто дочь тавернщика, как вы выразились. Думаю, для дочери аристократа ее существование — очевидность. Во дворце точно есть крысы. Я думаю, что разгадала еще одну пакость ночного лебедя.

Хранитель традиций подался вперед, ожидая, что я вот-вот расскажу все, но я снова улыбнулась.

— С удовольствием поделюсь с вами своими соображениями, но у меня к вам есть просьба, граф.

Хранитель традиций нахмурился и сложил руки на груди. Похоже он понял, что со мной стоит считаться.

— Говорите, леди Даря.

— Завтра вы будете стоять на этой сцене, — я махнула в сторону окна, выходящего в сад, — и называть имена девушек, которые покидают отбор. Будте любезны, проявите тактичность и не называйте причин. По состоянию здоровья будет достаточно.

— Но леди Даря, — граф захлебнулся возмущением, — это традиция! Положено знать, отчего мы отказали той или иной девице. Потеря невинности это же позор…

И тут граф умолк и опустил глаза. Я тоже замерла и с удивлением почувствовала, что стрела пролетела мимо. Мнение окружающих больше не задевало меня, как раньше. Приятное чувство свободы.

— Девственность — это тоже состояние здоровья, подумайте об этом хорошенько.

Граф нахмурился, я будто слышала стук мыслей внутри его черепной коробки. Он пытался решить, что важнее. Традиции или поимка нарушителя.

Граф нахмурился, но, к моему удивлению, кивнул.

— Хорошо, Даря. Продолжайте.

Я скрестила руки на груди, стараясь игнорировать его снисходительный тон.

— Проверьте библиотеки в гостевых домах девушек, — сказала я. — Там откуда-то появились книги по ботанике. Наверняка найдутся тома и по медицине, и по борьбе с грызунами, и по другим хозяйственным «случайностям».

— Не понимаю, к чему вы клоните, — прищурился граф, его брови слегка дрогнули.

Я вздохнула, устало потирая виски. Может быть граф Скорн хорошо разбирался в традициях, но явно не в интригах, особенно женских. Наверное поэтому Аарон направил беднягу ко мне. Но у меня тоже нет особых знаний, только природное чутье.

— Знаете, граф, когда я начинала заниматься цветами, в городской библиотеке не нашлось ни одной книги про декоративные растения. Два стеллажа про овощи и ничего про цветы. Пришлось заказывать книги из столицы. А тут в гостевом доме сразу несколько справочников. И оранжерея с ассортиментом ядовитых растений.

Я выложила перед графом потрепанную страницу, которую забрала у Виолетты.

— Полюбуйтесь.

И пока граф с удивлением читал слегка расплывшиеся буквы, я продолжила.

— Ночной лебедь пользуется атмосферой конкуренции и недоверия, и вместо того, чтобы действовать самой, просто помогает соперницам устранять друг друга.

Граф кашлянул, пытаясь скрыть смущение. Похоже надменному аристократу придется признать, что простолюдинка не обязательно дурочка.

— Где вы этому научились? Разбираться в людях, интригах. Вы вроде дочь тавернщика.

— Да, — улыбнулась я, — с детства слушала разговоры людей за столиками, подмечала как меняется осанка человека, когда он начинает привирать или наоборот бояться. Интонации голоса, выражение лиц.

— Зачем такие знания девчонке с тряпкой да подносом? — удивился граф.

Я тихо рассмеялась.

— Основы выживания. К кому подходить опасно, кому подлить, кому напиток подороже, кто положит на поднос лишнюю монету, кто попробует уйти не заплатив. Я видела ночного лебедя и она уверена в себе. Если не хотите видеть эту особу королевой, то лишите ее помощников и измените ход отбора.

— Лить помощников? Как? Не заменю же я весь персонал?! — воскликнул он, взмахнув руками. — Это невозможно!

— Тогда поменяйте их обязанности, — ответила я спокойно. — Это спутает ей карты.

— А с испытаниями отбора что же? — раздражённо бросил граф.

— Это уже ваш вопрос, — я пожала плечами. — Вы как хранитель традиций должны знать лучше. Я в отбор вмешиваться больше не собираюсь.

Граф смерил меня тяжёлым взглядом, словно взвешивал мои слова. В этот момент Лия, допив своё какао, устало потянулась, давая понять, что чтение ей наскучило. Олейна заботливо убрала чашку, а граф, слегка кивнув, встал. Я молча проводила его до двери.

Лия соскользнула с кровати, не обращая внимания на уходящего графа, и направилась к столу, где стояли вазы с цветами. Она взглянула на одну из композиций, сморщила носик и с укоризной покачала головой.

— Мам, ты обещала со мной перебрать букеты, — напомнила она, упирая руки в бока.

— Сначала двери запирать, теперь букеты коверкать? — тут же принялась ворчать Олейна.

Лия, нисколько не смутилась:

— Да их кто-то до нас уже наковеркал. Смотри, разве могут в одном букете сочетаться... — она наклонилась к вазе и с серьёзным видом продолжила: — ... красные розы, жёлтые нарциссы и... что это за штука? — Она указала на длинный стебель с белыми пушистыми шариками. — Это что, лук?

Я подошла ближе и только покачала головой, глядя на хаотичное сочетание цветов.

— Не лук, малышка, это цмин. Но ты права, сочетание неудачное.

— И вот это, — добавила Лия, указывая на иссохший стебель с мелкими фиолетовыми соцветиями. — Что это?

— Вербена, — пояснила я, внимательно изучая вазы, — не самого лучшего сорта.

Лия схватила одну из ваз, аккуратно, но решительно поставила её на пол и, подбоченившись, посмотрела на меня:

— Ты знаешь, как улучшить?

— Знаю, — улыбнулась я и обратилась к Олейне, — можно я позаимствую этот подрос?

Олейна обреченно переставила чашки обратно на столик, протянула мне поднос и ворча пошла к двери:

— Я зайду за вами к ужину.

— А Аарон будет ужинать с нами?

Вопрос вырвался из груди сам собой, я даже не успела подумать. Какая в сущности разница, будет или нет. Все равно мы пойдем за стол, но внутри будто что-то подтачивало. Ныло. Требовало встречи с драконом.

— Не знаю, леди Даря, не знаю…

Я только вздохнула. И пока мы раскладывали на подносе цветы, я невольно перенеслась воспоминаниями на теплую крышу.

— Ну, расскажи еще! — смеется Аарон.

— Это неприлично! — возражаю я, но его смех, такой бархатистый, заразный разливается в груди.

Я вздыхаю и начинаю рассказ.

— Заходит как-то раз к нам знакомый бакалейщик. Просит к определенному дню испечь ему пирог, а в пирог положить кольцо. Предложение так собрался даме сделать.