Познакомься с дочкой, дракон! (СИ) - Кузнецова Александра - Страница 18

Тихонько поднявшись, я подошла к зеркалу и взглянула на своё отражение. Обычная девушка с золотистыми волосами, которые сегодня торчали так, будто я вплела в косу старую мочалку. На щеке алый след от подушки, веснушки на носу.

Лицо простушки, совсем не герцогини, и уж тем более не невесты дракона. И фигура уже не та, бедра широковаты — всё совершенно неизящно. Было досадно, что Аарон встретится со мной, когда на фоне столько юных красавиц. С другой стороны, все кончено, и так ясно. Какая разница, как я выгляжу? Разница была.

— Может, приодеться как следует? — пробормотала я.

Шкаф, который все еще распирало от обилия пышных платьев, был заперт на ключ. Но ключ торчал в двери. Может все же посмотреть, что там? Вдруг найдется приличный наряд?

Я аккуратно повернула ключ в замке, и дверцы распахнулись, взорвавшись кружевами. Меня отбросило назад, я запнулась о ковер, повалила ширму и грохнулась в медную ванную с грязной мыльной водой.

От неожиданности я закричала. Лия моментально вскочила на ноги, а в дверь раздался отчаянный стук.

— Леди Даря! Леди Даря?! Все хорошо? — послышался взволнованный голос Олейны.

Прежде чем я нашла слова, чтобы ответить, Лия подбежала к двери и сделала то, что я сто раз говорила не делать — открыла без разрешения. Олейна со стайкой служанок влетели в комнату и ахнули.

— Доброе утро, — вздохнула я.

— Мама упала в таз, — смеялась Лия.

— А вот если бы вы не заперли дверь, — перешла на занудный тон Олейна, — Ванной бы здесь уже не стояло.

Олейна еще раз осмотрела меня, потом перевела взгляд на шкаф, и её лицо приняло терпеливое, но укоризненное выражение.

— Сейчас приведем вас в порядок.

Сдерживая сбившееся дыхание, я, наконец, решилась спросить:

— Аарон прилетел? — в голосе невольно проскользнуло волнение.

— Прилетел и желает вас видеть к обеду.

— К обеду?! — возмутилась я, выбираясь при помощи служанок из мокрого плена, — К обеду?! Он вообще в курсе, что его ждет дочь?

В отношении себя я могла простить и холодность, и пренебрежение, но что касалось Лии… любой намек на обиду моей дочери превращал меня в разъяренную мегеру.

— А что вы хотели, — тут же вступилась за него Олейна, — идет отбор! После завтрака будет первый отсев.

— Мог бы и без завтрака потерпеть, — фыркнула я, позволяя служанкой себя раздеть и расплести косу. Я была так зла, что позволила им уже делать со мной, что они хотят.

— Кстати, о завтраке, — Олейна хлопнула в ладоши, — Вы его проспали. Но голодными не останетесь.

Ожидавшие за дверью слуги вошли и принесли подносы с едой. Лия тут же перестала скакать на постели и принялась с интересом изучать блюда на расписных тарелках.

Я вздохнула, пытаясь успокоиться. В этот момент из окна послышалась игра труб. Глашатаи нараспев приглашали девиц явиться в парк. Похоже, отсев модно было посмотреть из окна. Я не удержалась и выглянула, в поисках Аарона. А еще было интересно, накажут ли девушку в костюме лебедя за то, что она устроила на балу?

По садовым дорожкам к главной сцене начали стекаться невесты. Кто-то выглядел почти как вчера, нарядно, свежо. Некоторые девушки и вовсе шли как на парад, с гордо поднятой головой и сияющими глазами, будто уже победили в отборе.

Облик других невест был весьма потрепанный, будто они вовсе не спали, а явились после бала: помятые платья, усталые взгляды, растрепанные прически.

Одна девушка медленно ковыляла, хромая и опираясь на подругу, другая шла, придерживая распухшую от укусов руку — её кисть отекла так, что рукав платья пришлось разрезать. Несмотря на всё это, она всё равно шла, упрямо сжимая губы.

Я вздохнула, в душе сочувствуя каждой. Пока невесты ожидали результатов первого отсева, между них шустро сновали слуги, предлагая дымящиеся бокалы — похоже, травяные отвары или целебные настойки. Кто-то с опаской отказывался, вспоминая вечерние события, а кто-то принимал, жадно выпивая тёплый напиток.

Сцена, где вчера выступали артисты, сегодня выглядела иначе: её декорировали строгими знаками драконьего рода, и свет отражался от стягов и драпировок тёмно-бордового цвета, словно подчеркивая официальность и важность момента.

А еще из окна было видно, как к сцене с обратной стороны приближаются три фигуры. Я замерла. Король, граф Скорн и Аарон!

Грегори отчаянно спорил с хранителем традиций, а вот Аарон шел молча. Разговора я конечно расслышать не могла, и вообще мое внимание было полностью сосредоточено на драконе.

Он шёл, как замороженный, безразличный к происходящему. В черном камзоле Аарон выглядел мрачно, словно пришел не на отбор, а на похороны. Кажется, он стал старше не на шесть лет, а на все двадцать. Исчезла легкость, а на лице не было и тени улыбки. Только его высокий силуэт и крепкая осанка не изменились и все так же заставляли меня невольно любоваться.

Олейна, подойдя ко мне, с лёгким вздохом присоединилась к наблюдению за отсевом.

— Граф Скорн с самого утра не в себе, — тихо прокомментировала она. — Король требует, чтобы половину девиц отправили по домам, и велел графу Скорну найти для этого основания. А граф отказывается высылать невест только потому, что они перепугались и устроили переполох.

Я снова взглянула на Аарона, не удержавшись, и спросила:

— А что Аарон?

— Как всегда, — пожала плечами Олейна. — Делает вид, что ему все равно.

Аарон и король скрылись где-то в тени, а граф Скорн обреченно поднялся на сцену. Его строгая фигура идеально вписывалась в торжественные декорации.

Граф дождался, пока шум в толпе девушек утихнет, откашлялся и медленно поднял к губам золотой рупор.

— Согласно регламенту отбора, — начал он скрипучим голосом, — на вчерашнем балу было целых два испытания одно явное и одно скрытое.

Среди девушек прошелся удивленный шепоток; они настороженно переглянулись. Граф сделал паузу, дожидаясь полной тишины, и продолжил.

— Открытое испытание — это ваш образ на маскараде, его идея и сущность, — объяснил он с видом учителя, обратившись ко всем, словно проверяя, понимают ли они. — К сожалению, это испытание было сорвано. Из-за досадного инцидента дамы не смогли показать себя и свои наряды должным образом. Поэтому отсев по этому показателю не состоится.

В толпе пронесся шепот облегчения, некоторые девушки выдохнули так, словно с их плеч упал груз. Граф Скорн поджал губы, будто бы эта легкость его несколько разочаровала.

— Однако, — прервал он их облегчение, — второе, скрытое испытание, состоялось в полной мере. Итак, за время маскарада было зарегистрировано тридцать четыре случая применения запрещенной на отборе магии.

Слова графа будто раскатились эхом по площади, и выражения лиц девушек мгновенно сменились тревогой. Граф открыл длинный свиток, окинул его взглядом и, прищурившись, начал зачитывать в сухой, монотонной манере, прерываемой лишь шелестом бумаги.

— Именем короля и во исполнение правил отбора невест, озвучиваю: за применение чар в виде приворота исключается дама Эдена из Брилсдена, — граф поднял взгляд и уставился на толпу, выискивая девушку. Эдена ахнула и, вскинув руки, побледнела.

Граф вздохнул и принялся зачитывать далее.

— За аналогичные нарушения также исключаются…

Пока хранитель традиций зачитывал имена, а стражники выводили провинившихся девиц, я обернулась к Олейне.

— Магия? В стенах дворца?

— А что вас так удивляет, леди Даря, — пожала плечами служанка, — кто во что горазд. Уж какой отец не раскошелится на мешочек с приворотом для такого дела.

— Аарон говорил, что магия на драконов не действует.

Олейна фыркнула, поправила кудри, выбившиеся из под чепца.

— Не была б я так уверена…

Тем временем граф Скорн перешел к следующему пункту своего списка.

— Дамы Линдона и Лизавека из Дейрвилля удаляются с отбора за применения чар соблазнения. Линдона, девушка с золотистыми локонами и пышными формами, которая вчера приставала к нам на пикнике, возмущенно вскрикнула и демонстративно упала в обморок.