Жуткая история. Кот - Горькая Ксения - Страница 99

Расскажи мне.

Он нахмурился, отводя глаза, и только потом произнес:

– Ты командующий, – в его глазах был неприкрытый ужас. – Ты станешь командующим.

– Минсу, о чем ты говоришь? Командующий кем?

– Армией мертвых. Они хотят забрать тебя… – он сокрушенно склонил голову, пытаясь успокоиться.

Хёну оторопело смотрел на его сгорбленный силуэт. Что за абсурд?..

– Но как же… Они ведь следовали за Каем? Даже Тэхо думал… – сердцебиение ускорялось, реагируя на стремительно нарастающее чувство тревоги.

– Следовали. Они бы захватили его, чтобы потом передать тебе. Потому что…

Внезапно картинка сложилась. Только вот рисунок, представший перед Хёну, вызывал единственное непреодолимое желание: пустить себе пулю в лоб.

Перебив Минсу, он затравленно произнес:

– Потому что… потому что Кай – подчиненный мной бакэнэко. Послушный инструмент для создания новых солдат. И его задача: по моему приказу делать то, что он сделал с Ван.

Хёну сам не мог поверить, что произносил это, но искаженные образы, возникающие перед глазами, разорвали бы его на части, не проговаривай он это вслух. Минсу не подтверждал его слова, только жестко смотрел в упор, но он и без подтверждения видел, что прав.

– В конечном итоге – им был нужен тот, кто держит поводок, – взгляд Минсу опустился и начал рассеянно скользить из стороны в сторону, он был глубоко в своих мыслях.

Поводок. Это слово для Хёну звучало, как пощечина.

– Но п… – он поперхнулся и закашлялся, но все же продолжил, – …почему я?

– Из-за твоих сил. Тэхо не зря беспокоился с самого начала. Ты можешь внушать курс действий духам – именно это ты сделал сейчас со мной, не так ли? – Хёну в ответ на это только сокрушенно кивнул. – Черт, у меня были подозрения, но я искренне надеялся, что тебе хватит ума не использовать это, – он потер переносицу. – Что ж. Ты так же можешь брать под контроль нежить. Совсем скоро ты сможешь управлять всей ордой, и привычный порядок вещей изменится навсегда.

Дрожащая рука все еще крепко держала ладонь Минсу, хватаясь за него как за соломинку.

– Я смогу заставить их не нападать? Скоро – это?..

– Сможешь приказать им все что угодно, после того как обратишься. Они сделают из тебя своего лидера. Мертвого лидера.

По телу прошел холодок. Осколки стекла на полу стали расплываться перед глазами.

– Я стану… таким же, как они? – как он ни старался – панику в голосе скрыть не удалось.

Минсу изможденно прислонился спиной к стеллажу.

– Не таким же. Чем-то другим. Но твоя душа исказится до неузнаваемости, а ты сам будешь мертв.

Вот как. Иронично. Главный противник, которого он все это время так упорно искал, тот, кто стоял за всем этим, оказался куда ближе, чем он думал.

«Каково быть главным злодеем в этой истории, Хёну?»

Бесцветным разбитым голосом он произнес:

– А Кай?

– Кай будет служить тебе, – Минсу пожал плечами, – столько, сколько выдержит.

Выдержит… значит, до своей окончательной смерти?

Сзади раздался шорох, и Хёну дернулся, собираясь развернуться на звук, но холодная рука легла на его затылок, фиксируя голову. Минсу смотрел за его спину с явным облегчением.

– Давай без глупостей, Хёну.

Строгий голос, как и рука, покрытая твердой чешуей, принадлежали Тэхо. Хёну застыл, глядя на Минсу. В его второй руке, которая до этого момента находилась вне поля видимости, был телефон. На экране под именем Зиана секунды отсчитывали продолжительность звонка. Судя по времени, он слышал абсолютно все.

– Извини. Но, использовав на меня внушение, ты очень сильно перегнул палку.

Плечи Хёну подавленно опустились. Желудок неприятно скрутило. Да. Ведь он сделал именно то, из-за чего таких, как он, боялись, – заставил использовать чужую силу против воли. Опять.

– Знаю, – Хёну опустил голову и едва слышно произнес: – Прости. Я не нашел другого выхода.

– Всегда есть альтернатива принуждению. Поднимайся, – Тэхо звучал разочарованно, но твердо.

Он подтолкнул Хёну к рабочему столу, а сам встал за его спиной.

– Ладони на столешницу, голову опусти.

– Я ничего больше не сделаю, обещаю… – Хёну пробормотал, но все же подчинился, упираясь в стол руками и низко склонив голову.

– Боюсь, кредит доверия к тебе исчерпан, Хёну, – какое-то время за спиной была возня, будто они что-то искали, затем раздался треск разрываемой ткани, – смотри прямо, – Тэхо крепко завязал ему глаза полоской светлой плотной ткани, а потом мягко взял за плечи и подвел к стеллажу, привязывая его руки к холодной металлической опоре за спиной. – Знаю, что ты не хочешь никому навредить, однако это не дает никаких гарантий, что ты не наворотишь дел из благих побуждений.

Голова Хёну поникла. Сложно было поспорить с его словами.

– Я столько раз говорил тебе, что ты не должен справляться с этим один, но ты все равно шарахался от круга как от чумы. И куда это тебя привело? – Тэхо очень хорошо себя контролировал, но иногда, буквально на мгновение, в его речи проскакивали нетипичные резкие интонации, и Хёну догадался – на самом деле под этим фасадом спокойствия скрывалась праведная ярость.

Он молчал, сжавшись в комок, не уверенный, что может повернуться к ним или шевелиться вообще.

– Как давно ты узнал, что можешь внушать духам? Почему не рассказал мне?

– Я не думал, что это важно, – едва слышный ответ.

– Вранье. Ты знал, что это важно. Кто-то еще знал про внушение? Кай?

– Нет! Нет, он…

– Снова врешь, – Тэхо тяжело вздохнул, – Объясни мне, Хёну, потому что я правда не понимаю. Ты думаешь, я враг тебе и Каю или что?

– Нет… – Хёну пытался справиться с давящим чувством вины, когда вдруг осознал, что на смену стыду приходит с трудом сдерживаемое раздражение, – мы тратим время на вопросы, которые сейчас абсолютно ничего не решат.

– Неужели? И что же нам стоит делать вместо этого, по-твоему? – голос Тэхо, в котором сквозили стальные нотки, раздался совсем близко – должно быть, он стоял прямо напротив.

Как можно безразличней, убедив даже себя самого, Хёну ровно и веско произнес:

– Ты же слышал, что сказал Минсу. Вам стоит отвести меня на балкон второго этажа и скинуть вниз, к орде. Они пришли за мной.

Повисла гробовая тишина. Можно сколько угодно обманывать себя, но, если подумать как следует, это единственный вариант, при котором у остальных есть хоть какие-то шансы уцелеть.

Было ли Хёну страшно? До дрожи. Но он стоял и упорно делал вид, что готов пойти на смерть. Он сможет. Легко.

– Скажи, ты бы прыгнул туда сам? – Тэхо нарушил тягостное молчание.

– Да.

– Вот теперь ты говоришь правду. А ты бы отдал такой приказ Каю?

Молчание. Представлять это… было жутко. Нет. Никогда.

– Теперь ты понимаешь? Вы для меня семья. Я не хочу поступать так, – в голосе Тэхо была горечь.

– Тебе не придется применять насилие. Я сделаю это добровольно.

Тэхо грустно усмехнулся:

– Если бы Кай был согласен пожертвовать собой, ты бы позволил ему это сделать?

Если бы он принял такое решение? Хёну должен был уважать его выбор.

– …Да.

– Ты можешь обманывать себя, но меня обмануть не получится, Хёну. Это неправда.

Ощущение, что они впустую теряют время, становилось все явственнее.

– Черт возьми, Тэхо, к чему эти бестолковые мысленные опыты с детектором лжи? Ты лидер, тебе приходится принимать тяжелые решения. Это просто очередное подобное решение. Жизни всех, кто остался на третьем и четвертом этажах, в обмен на мою. О чем тут вообще можно думать?

– Всегда есть, о чем подумать, Хёну. У нас нет никакой информации. Даже будь результат гарантирован, отдавать чью-то жизнь в качестве откупа – неправильно. Это до омерзения несправедливо, – он чеканил слова, но в его голосе плескалась горечь. – Хоть ты и считаешь меня посторонним – я все равно хочу заботиться о тебе. Поэтому пока у нас остается время, я буду пытаться найти другой способ.