Жуткая история. Кот - Горькая Ксения - Страница 80

– И в какой роли тебе хочется быть? – Хёну даже не нужно было поднимать взгляд – он всей кожей чувствовал, что Кай не мигая смотрит на него.

– Думаю, мне нравится, когда мы меняемся. А что… заводит тебя? – Хёну все же поднял смущенный взгляд и отпил из кружки, потому что в горле пересохло.

– Ты.

Хёну поперхнулся чаем и закашлялся, а потом возмущенно стрельнул взглядом в Кая. В выразительных глазах напротив играла легкая улыбка, скорее всего, относящаяся его к реакции, потому что в тоне голоса не было и намека на шутку. Ему достаточно было короткого слова, чтобы заставить тело Хёну реагировать. Впечатляюще.

Не собираясь показывать, насколько ему понравился ответ, тот, ерничая, произнес:

– Что-нибудь еще?

– Да. Мне нравится, когда во время секса не теряют голову. Когда прикосновения направлены на то, чтобы доставить партнеру удовольствие, а не просто бездумно воспроизводятся на автомате. Когда во время проник…

– Окей, я понял, пока достаточно, – Хёну поспешил остановить его, так как он явно собирался продолжить, добивая окончательно. Боже…

Но вместо того чтобы замолчать, Кай сразу задал следующий вопрос, буквально лишивший его дара речи:

– Хани, ты думал о том, в какой позиции ты хочешь заниматься сексом?

– П-позиции?.. – голос предательски дрогнул.

– Да. Ты хочешь быть сверху или снизу?

Воу. Вот такого вопроса он точно не ожидал услышать. Если говорить откровенно:

– Я даже не думал, что у меня есть выбор, – он произнес тихо.

– Почему?

– Не думал, что ты позволишь мне…

Кай вдруг изменился в лице.

– Почему тебе кажется, что я могу тебе позволять или не позволять?

Хёну притих.

Потому, что Кай старше. Опытнее. Сильнее. Крупнее. Он не произнес этого вслух, только рассеянно хлопал ресницами, но Кай, казалось, сам догадался.

– Послушай меня очень внимательно, хорошо? – он подвинулся ближе и крепче сжал его ладонь. Хёну послушно кивнул. – Сделай над собой усилие и раздели то, в какой роли человек занимается сексом, и все остальное. Это вообще никак не связанные вещи. Твоя позиция в сексе должна зависеть только от твоих предпочтений, от ощущений, которые тебе нравится и хочется получать в процессе. У этого нет никакой обвязки, нет никаких правил, по которым ты должен выбирать свою роль. – Кай дал время обдумать его слова и ласково погладил Хёну по скуле. – Должно быть, сейчас ты еще не знаешь, но, когда мы попробуем делать это по-разному, и у тебя появится представление, – ты всегда сможешь рассказать мне, что тебе нравится, а что нет, а я, в свою очередь, поделюсь своими ощущениями, и мы совместными усилиями скорректируем процесс. Понимаешь?

Хёну, может, и понимал, но до конца поверить в то, что он предлагает, пока не мог, так что просто медленно и аккуратно кивнул.

– Хорошо. И пожалуйста, не думай, что я определяю, как все будет. Если мы в отношениях – значит мы в диалоге.

– Я понял, кажется, – ответил Хёну неуверенно.

– Все в порядке, ничего, если ты полностью осознаешь позже. Просто зафиксируй это, – он допил чай и поставил кружку на барную стойку. – А теперь, учитывая все вышесказанное, я немного изменю вопрос: с какой позиции ты хочешь начать?

Фантазия Хёну всегда была подвижной и живой, но то, что она вытворяла сейчас, переходило всякие границы. Перед его глазами всплыли две четкие и излишне правдоподобные картинки. На одной он, оседлав Кая и упираясь руками в его пресс, смотрел на напряженные пальцы, с силой сжимающие бедра. На другой – они поменялись местами: Кай сидел на нем, его руки и грудь были напряжены, голова запрокинута, а рот распахнут в беззвучном стоне. Пожалуй, если он увидит второе вживую, – он, скорее всего, не выживет.

Волнение было таким сильным, что его потряхивало. Он не был самонадеянным – понимал, что все, на что он способен прямо сейчас, – это довериться Каю и позволить вести себя.

– Я думаю… – Хёну прочистил горло и сделал глубокий вдох, – думаю, я хотел бы попробовать… снизу.

Кай сощурился:

– Ты же сейчас не пытаешься подстроиться?

– Нет. Нет, я… – воздух внезапно кончился, и Хёну сделал два больших глотка чая прежде, чем продолжить, – Я очень волнуюсь и… Я хочу сегодня положиться на тебя. Полностью.

Кай на секунду опустил глаза, а когда взглянул снова, Хёну ясно увидел в его глазах нежную, очень сильную привязанность. Он осторожно коснулся руки.

– Ты точно уверен, что готов попробовать сделать это… прямо сейчас?

Прислушавшись к себе, Хёну с удивлением обнаружил, что чувство, с которым он думал об идее их секса еще совсем недавно, изменилось до неузнаваемости. Раньше оно ощущалось как прыжок веры в пропасть: когда преодолеваешь удушающий страх лишь на мгновение, чтобы прыгнуть, а дальше теряешь контроль над ситуацией и просто летишь в бездну. Но сейчас все выглядело совсем иначе. Он не прыгал в пропасть, он делал шаг навстречу Каю. Пугающая неизвестность тоже приоткрыла завесу, показывая, как именно все может быть между ними и почему. Конечно, волнение все равно клубилось внутри, но это было скорее предвкушение, чем опасение.

– Я уверен, – твердо сказал Хёну, не отводя взгляд.

Кай несколько мгновений изучал его лицо.

– Хорошо.

Они по очереди приняли душ и переоделись в домашнее. Когда Хёну вышел из ванной в широкой футболке и спортивных штанах и остановился в дверях, не зная, что делать дальше, Кай заканчивал застилать постель. Их взгляды встретились, открыто демонстрируя зеркальные чувства: влечение, волнение, нежность и боязнь сделать что-то не так.

Кай шагнул к нему и поймал его руку:

– Помни, что мы можем остановиться в любой момент. Если я вдруг не послушаюсь – примени внушение.

– Но что, если ты сам захочешь остановиться? – Хёну несмело провел ладонью по скуле.

– Будем надеяться, я буду в состоянии это сказать, – он, усмехнувшись, пожал плечами, а потом подошел вплотную и мягко поцеловал.

Хёну ответил сразу же – коснуться его губ хотелось уже давно, но стоило ему податься вперед, чтобы углубить поцелуй, как Кай отстранился и шагнул к дивану, увлекая его за собой. Он сел и похлопал по мягкому одеялу рядом, но у Хёну внезапно появилась идея получше. Легонько толкнув его в плечо и заставив немного отклониться назад, Хёну оперся одним коленом на диван и, перекинув вторую ногу через бедра Кая, уселся на его колени, лицом к лицу.

– Мне казалось, ты смущен, – проворковал Кай, укладывая ладони на спину и постепенно спускаясь к пояснице. – Что-то не похоже.

– Не делай вид, будто тебе не нравится, – руки Хёну скользнули по его плечам и замерли на шее.

– Я в восторге, – он наклонил голову и поцеловал ладонь Хёну с внутренней стороны.

– Я попробую использовать силу, ладно? Немного.

– Конечно.

Нужно было создать петлю сейчас, пока он еще был относительно спокоен, чтобы не потерять контроль, когда они перейдут к более… откровенным взаимодействиям. Прикрыв глаза, Хёну сконцентрировался на ощущении бархатной кожи под ладонями и совсем невесомо коснулся его энергии. Яркая, терпкая – сейчас она была похожа на концентрат. Она словно становилась насыщенней день ото дня, что они проводили вместе. Могла ли она меняться из-за его чувств?

Рот наполнился слюной. Это обещало быть так чертовски вкусно, что удержать себя в руках было практически невозможно. Он даже не поглощал ее – как будто только вдохнул аромат, а на языке уже сам собой появился неповторимый дразнящий вкус, как превью того, что он получит, если отпустит контроль. Кажется, просто ему не будет.

Он решил сначала чуть отдать, а потом забрать немного, и направил свою энергию через руки к кончикам пальцев. Кай блаженно прикрыл глаза. Осталась сложная часть. Он предельно осторожно снял блок, перекрывающий энергию Кая, и она, горячая и густая как сироп, потекла по рукам. Его глаза тускло засветились голубым.

Они одновременно судорожно выдохнули от удовольствия. Хёну с трудом удержал себя от того, чтобы забрать чуть больше.