Хранители Ардеа. Зелье для двоих (СИ) - Василевская Анна - Страница 17

Беспокоить его столь поздним вечером не хотелось, но другого варианта не было, не ночевать же на улице. Переговорив с господином Шоткинсом и подписав все нужные бумаги, Вивиан наконец-то получила ключи от лавки бабушки и отправилась осматривать свое новое имущество.

Лавка травницы представляла собой двухэтажное здание, расположенное недалеко от края городка. На первом этаже располагался магазин, помещение для сушки трав, мастерская для приготовления ингредиентов и некоторых зелий, там же была кладовка и санузел. Котел для приготовления сложных зелий стоял на широком крытом крыльце. Второй этаж был небольшой - всего пара спален. Везде царил уютный порядок, как будто лавка не стояла запертой целый месяц.

Вивиан оставила вещи в спальне, настроила почтовый артефакт на случай срочной почты и спустилась осмотреть помещения на первом этаже. Готовые зелья и ингредиенты в колбах и коробочках стояли на полках, травы сушились в пучках и навевали своим ароматом детские воспоминания, стопками стояли тетради с рецептами зелий. Все было на своих местах - у бабушки всегда царил порядок в лавке. В мастерской Вивиан нашла письмо от бабушки.

“Любимая моя внучка. Раз ты читаешь мое письмо, то меня уж нет в живых. Я не хотела срывать тебя с учебы, чтобы ты приехала попрощаться, потому что знаю, как важно для тебя учиться и постигать твою науку. Не кручинься обо мне лишний раз. Я не ухожу насовсем. Моя душа теперь в лугах, среди трав и цветов. Я гуляю вместе с ветром, вдыхаю ароматы трав и любуюсь звездами. Пока я тебе нужна, я буду рядом. Ты всегда можешь прийти и поговорить со мной, если соскучишься. Жаль, что ты не захотела стать травницей, и я не передала никому свой дар, но уж такой теперь мир - старое забывается и особо никому не нужно, а с новым ты сумеешь управиться. Надеюсь, ты научилась быть счастливой. Я всегда буду любить тебя. Бабушка.”

Вивиан заплакала, бабушка всегда заботилась о ней больше, чем о себе. Как бы она хотела еще раз увидеть ее, взять за руку, поговорить о старой магии и травах. Вив просидела в мастерской несколько часов, то плача, то улыбаясь воспоминаниям, трогала травы, рассматривала зелья. Постепенно горе, железными тисками схватившее за сердце, ослабло, и Вивиан поняла, что рада вернуться домой, в Заречье, в эту лавку. Как жаль, что она перестала сюда приезжать.

Когда она устала сидеть на одном месте, то решила заняться уборкой. Месяц лавка стояла без хозяйки, и пыль лежала ровным слоем на всех поверхностях. Переодевшись в свою старую одежду, которую нашла в своей спальне, Вивиан занялась мытьем всего вокруг. Так как на полках стояло множество баночек, то протирание пыли заняло несколько часов. За это время Вив проголодалась и решила поискать что-то съедобное. Лавки давно уже закрылись, на улице стояла тихая ночь, но спать совсем не хотелось - она отоспалась в поезде.

Вивиан прошла по лавке, трогая разные бутыльки с ингредиентами, нюхая травы, которые сушились то там, то здесь, рассматривая готовые зелья в банках. На одной из полок стояли тетради с рецептами. Она взяла первую и начала листать, читая названия зелий: Зелье от простуды, Мазь от ломоты в костях, Зелье от ушной простудной боли.

И она вспомнила, как больше десяти лет назад они вместе с бабушкой варили его.

***

11 лет назад

На улице тогда всю неделю стояла дождливая погода. Вивиан только-только стукнуло четырнадцать. Несколько дней назад они с Адрианом выбрались погулять по окрестностям. Он предлагал ей одеться потеплее, но Вивиан хотелось выгулять новую зеленую рубашку, которую ей сшила бабушка, поэтому куртку она оставила дома. Когда хлынул ливень, Адриан отдал ей свою кожаную, и они побежали домой. В итоге Вив чувствовала себя прекрасно, даже не заработав насморка. А ее слишком добрый друг свалился с тяжелой простудой и болью в ушах.

С раннего утра она скучала на крытом крыльце бабушкиной лавки, наблюдая за тем, как падают капли в жестяное корыто во дворе, и думала о том, чтобы навестить Адриана. Однако он так не любил выглядеть жалким в ее глазах, что наверняка будет ворчать и прогонять ее прочь.

Бабушка появилась на крыльце и принесла травы и тетрадь с рецептами. Затем зажгла огонь под котелком, стоящим там же.

— Будем лечить твоего кавалера.

— Мы будем варить зелье? Настоящее? — подскочила к ней Вивиан.

Старушка важно кивнула.

— Когда зелье варишь, каждую травинку, каждый порошок надобно с чувством добавлять.

— Как это — с чувством, бабушка? — спросила Вив.

— А вот так. С разным чувством, смотри. — Бабушка ткнула пальцем в тетрадь. — «В кипящую воду добавить три листа мелиссы с благодарностью». Знаешь ты, что такое — благодарность?

Бабушка разглядывала ее внимательно.

— Ну вроде…

— Тогда делай.

Вивиан взяла листочки мелиссы и, проговорив про себя «спасибо», бросила их в котелок. Они забавно завертелись в кипятке, как будто играли в догонялки друг с другом, но больше ничего не произошло.

— Эх ты, торопыга, — вздохнула бабушка. — Не получилось ничего.

Она взялась за прихватку и вынесла котелок во двор, чтобы вылить воду. Затем налила свежей воды из ведра и вернула его на огонь.

— Тебе нужно пропустить это чувство через себя, как будто ты прямо сейчас его испытываешь, — объясняла бабушка, пока вода закипала. — Вспомни ситуацию или человека, когда благодарность была особенно яркой, и поймай ее в своем сердце, а потом опусти сухие листья вместе с этим чувством прямо в котел.

Вивиан представила Адриана, который лежит сейчас в кровати и мучается от болезни. Вспомнила, как он отдал ей свою куртку, хотя вовсе не должен был этого делать, и она осталась здорова.

Вода в котелке уже закипела, и Вив опустила в нее листья мелиссы, думая о друге, который пострадал за нее. Вода засветилась золотым.

— Ух ты! — удивилась Вивиан. — Это как?

— Это значит, правильно эмоцию добавила, — одобрительно кивнула бабушка. — Давай следующее будем смотреть: «Два соцветия лечебной ромашки и тепло солнца после дождя».

— А разве тепло солнца может быть чувством или эмоцией? — растерялась Вив.

— Отчего же нет, ты же чувствуешь что-то, когда попадаешь под дождь и подмерзаешь, а затем выходит солнце и оно согревает тебя своим теплом?

— Пожалуй.

Вивиан взяла пару шариков ромашки. И вспомнила радугу на этой неделе, еще до болезни Адриана, и как они выбежали с ним после дождя и стали прыгать по лужам босиком. Прохлада после ливня еще ощущалась, но солнце согревало так нежно и ласково, что хотелось купаться в его лучах.

Она опустила ромашку в котелок, и жидкость в нем продолжила сиять ровным светом, как солнышко в ее воспоминаниях. Бабушка кивнула, подтверждая ее успех.

— И последнее: «Веточка зверобоя и Предвкушение приключения», — прочитала бабушка.

Вивиан задумалась, какие же приключения есть в ее жизни? О! Это же походы с Адрианом на развалины старого храма за городом. Он долго отказывался ее туда вести, считая, что девчонкам там не место. Но этим летом она его уломала: обиделась на него и целую неделю не разговаривала. Поначалу он даже радовался, что она молчит, шутил над ней безнаказанно, но в итоге сдался. Сказал быть готовой после завтрака и слушаться его беспрекословно. Вивиан постаралась вспомнить это чувство, которое переполняло ее, — смесь страха и радости. Даже руки у нее дрожали всю дорогу, а в груди замирало от предвкушения.

Она опустила веточку зверобоя в котелок, удерживая это воспоминание, а зелье продолжило сиять.

Бабушка довольно помешивала его еще какое-то время, а затем перелила в небольшую бутылочку.

— Ты меня сегодня очень порадовала. Это, конечно, простое зелье, да и чувства понятные многим. Но не всегда у тебя будет получаться с первого раза. Порой силы чувств будет не хватать. Вроде и нашла ты правильное воспоминание, пропустила его через себя, да гаснет зелье, и все тут. — Бабушка вздохнула, вспоминая о чем-то своем. — Ничего уж не поделать, магия травничества уходит из этого мира, капля за каплей, а значит, приходится нам, людям, больше своих чувств вкладывать, чтобы все получилось как надо.