Служба исполнения желаний - Марон - Страница 3

Он что, хочет рассмешить ее этим? У Ынчжи не хватило слов, чтобы сформулировать ответ, поэтому она помолилась про себя: «Господи, надеюсь, его борода во время ужина попадет ему в рот. Пусть зубная паста прилипнет к его шевелюре, когда он будет чистить зубы».

– Готово! А ну-ка вставай, посмотрим.

Услышав слова татуировщика, Ынчжи мигом попыталась встать, но это оказалось труднее, чем ожидалось. Она неподвижно лежала всю процедуру, поэтому тело затекло. Подойдя к зеркалу рядом с кушеткой, Ынчжи, сама того не осознавая, раскрыла рот. Кожа стала розовой, скорее всего, из-за раздражения, вызванного иглой тату-машинки. Прославившийся своей холодной красотой Зеро отчего-то выглядел застенчиво на талии Ынчжи. Девушка, словно околдованная, протянула руку, чтобы погладить певца по лицу.

Кончиками пальцев она ощущала его гладкую щеку на своей коже прямо под ребром. Идеальное сочетание.

Пушок на лице Ынчжи задрожал, а щеки покраснели. Она тут же забрала назад проклятие, которое минуту назад наложила на татуировщика.

– Чем пахнет, говоришь? Ах, точно, инжир. Мне очень нравится.

Ынчжи глубоко вдохнула запах белоснежной пены от шампуня. Персонал салона красоты уже на дух не переносил этот аромат шампуня и средства для химической завивки, но Ынчжи он очень нравился. Можно ненавидеть то, что пахнет волшебно, да еще и очищает волосы?

– Как же здорово! Голова целый день раскалывалась, а сейчас так хорошо стало… Ох, глаза слипаются…

Это уже третий человек за сегодняшний день, который засыпает на кресле, пока Ынчжи моет голову. Клиентке было на вид лет пятьдесят. Она явно была не в настроении, когда вошла в салон. С головы до пят она была одета роскошно, а на шее и в ушах красовались дорогущие украшения, вот только лицо ее совершенно не сияло. Женщина изо всех сил старалась скрыть усталость и недовольство, чтобы окружающие не заметили ее подавленного состояния.

Ынчжи обеспокоило то, сколько всего было навешано на шее клиентки. Если бы та сняла несколько массивных украшений, то это значительно облегчило бы ее состояние, но девушка не решилась ничего сказать. Ынчжи молча помыла женщине голову. В итоге напряженные мышцы лица расслабились, и даже сверкавшие украшения, казалось, тоже уснули. Золотой блеск медленно поднимался и опускался в такт сонному дыханию тела, создавая атмосферу умиротворения и даже изящества.

– Прошу прощения…

Ынчжи закончила мыть голову и тихо побеспокоила женщину. Но ни она, ни ее ожерелья не отозвались, они погрузились в глубокий сон.

– Мы закончили, можете подниматься.

Когда Ынчжи коснулась плеча гостьи, та с удивлением распахнула глаза, на которых толстым слоем лежали тени с подводкой. Одновременно с ней проснулись и ожерелья, вновь заблестев в полную силу.

– Я, кажется, задремала. Как же приятно освежает!

Ынчжи обернула полотенцем голову клиентки и помогла встать. Женщина потянулась, и в этот момент в наушниках Ынчжи раздался тихий голос, призывавший ее поторопиться.

– Ынчжи, номер один, номер один!

На своем рабочем месте, в парикмахерской в Чхондам-доне[3], Ынчжи была обязана носить наушник-рацию, потому что стилисты, старшие сотрудники и менеджеры постоянно передавали через него друг другу инструкции. У них была разработана специальная система кодов: Номер один – «Поторопись!», номер два – «Не спеши», номер три – «Надо поговорить», номер четыре – «Идем на перерыв» и т. д. Посетительница задремала, и мытье головы затянулось, именно поэтому стилист снова попросил ускориться:

– Ты что, опять усыпила ее?

Ынчжи усадила женщину в кресло, но стилист ткнул коллегу в бок. Ее волшебные прикосновения всякий раз погружали гостей салона в сон, пока она мыла им голову. Девушка была настоящим профи в своем деле. Массаж головы дарил неописуемое облегчение, поэтому посетители часто отключались. Парикмахеры, осведомленные об этом таланте Ынчжи, доверяли ей тех, кто требовал особого внимания, но как только процедура затягивалась, спешили выразить свое недовольство.

– Где вы берете этот шампунь? По-моему, он замечательный. Чувствую всегда такое облегчение и свежесть!

– О, я вижу, что шампунь пришелся вам по душе. Мы всегда используем средства, изготовленные в нашем салоне. Тот, которым мы мыли голову сегодня, – совсем новый, и аромат у него роскошный, не правда ли? Он пахнет инжиром, а точнее десертом роли-поли. Вы знаете, что фиги богаты антиоксидантами? Обязательно приобретите этот шампунь. Принести его вам?

Ынчжи стояла неподалеку, готовая прийти на помощь стилисту, но слегка надутая. Она знала, что клиенты засыпают не из-за шампуня, а благодаря ее магическому массажу, поэтому она ненавидела парикмахеров, использовавших ее мастерство для рекламы продукции салона. Разве сложно было похвалить хотя бы немного саму Ынчжи?

– Да, принесите мне, пожалуйста. Почему бы не попробовать?

Вот и весь успех продаж! Ынчжи не торопилась, так и осталась стоять на своем месте, поэтому стилист подтолкнул ее локтем в бок:

– Не стой как вкопанная! Давай пошевелись! Принеси шампунь и кондиционер!

– Конечно, босс. А кстати, вы же знаете, что в шампуне содержится не роли-поли, а полифенол? А «Роли Поли»[4]– это песенка такая про былые времена, – быстро прошептала Ынчжи перед тем, как отправиться выполнять поручение.

Стилист недовольно посмотрел на нее, но Ынчжи сделала вид, что не заметила этого укора, и направилась в подсобку.

– Наверное, это все из-за того, что я слушаю только старые песни. Нужно послушать хоть что-нибудь современное.

Ынчжи приложила руку к правому ребру и сразу почувствовала себя лучше. Она вышла с шампунем в руках, напевая что-то из репертуара группы «Блэк», и быстро поняла, что атмосфера в салоне изменилась. Пришел он.

Человек, который своими песнями заглушает звуки ссоры родителей. Человек, который своей милой улыбкой скрашивает тесноту крохотной комнатки. Появился Зеро, его невозможно было не заметить: сто девяносто сантиметров роста и не меньше усталости.

– Может, мне побриться налысо? – пробормотал Зеро, войдя в уже знакомую ВИП-комнату.

– Зачем? Хочешь похвастаться идеальной формой черепа? – с улыбкой спросил главный стилист.

– Утром после сна вся подушка усыпана волосами! Да и надоело мне каждый день их укладывать.

Зеро не раз приходилось осветляться и перекрашиваться, чтобы его образ подходил под концепции выступлений, поэтому волосы выглядели не блестяще. Более того, на фоне последнего стресса, связанного с конфликтами и спорами из-за выхода нового сингла, состояние его шевелюры оставляло желать лучшего.

– Ты же понимаешь, что стресс губителен для организма? Не стоит принимать все так близко к сердцу. Давай для начала помоем голову.

Стилист намеренно не стал зацикливаться на негативе. Если стресс неизбежен, нет смысла погружаться и копаться в деталях. Он быстро подал знак Ынчжи.

– Пожалуйста, проходите сюда.

Ынчжи учтиво провела Зеро в другую комнату.

Певец устроился в кресле, но она старалась не смотреть ему в глаза. Иначе руки начнут дрожать и она не сможет промыть волосы как следует. Но девушка помнила наизусть, какие густые у него ресницы и как его грудь ритмично поднимается и опускается в такт его дыханию.

– Вы уже слышали новую песню? – вдруг первый начал разговор Зеро. – Как вам?

– Понравилось, – сдерживая учащенное дыхание, выпалила Ынчжи. – На самом деле не просто понравилось, я ее обожаю!

– Наверное, потому что моя партия в этот раз была самой короткой?

– Нет, что вы! Обидно, конечно, что вашу часть урезали, но все равно получилось здорово. Правда!

Девушка чуть не закричала в полный голос, но Зеро даже не открыл глаза, а лишь слегка улыбнулся. Ынчжи решила промолчать о том, что всю ночь напролет слушала эту композицию и вырезала каждый кадр из клипа, где мелькал ее любимый певец.