"Фантастика 2025-147". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Шахрай Юлия - Страница 1061

– Тогда… Кто он, демоны его задери?

Ханэр медленно повернулась, чтобы посмотреть в сторону немого, всё также стоявшего неподвижно у края арены, окружённого шёпотом толпы и вниманием сотен взглядов.

– Я не знаю, дедушка. – Глухо прошептала она. – Но я уверена в одном. Его нельзя недооценивать.

Старик тоже взглянул туда, и в его лице вдруг проступило то, что раньше видели только немногие. Опасение. Не за внучку. А за вес самой равновесной чаши власти, которая вот-вот могла склониться в чью-то пользу. Он стоял, молча, долго, и только потом медленно произнёс:

– Значит… Мы ошиблись… – За этими словами последовала пауза, и в ней словно осыпались какие-то старые догмы. – И теперь за эту ошибку нам придётся заплатить. Или… попытаться исправить.

И когда он уходил, внимательный и задумчивый взгляд Цуй Ёнъчжина не покидал фигуру немого, всё ещё стоявшего среди чужих – одиночного клинка, неожиданно вонзившегося в сердце великой шахматной доски этого мира…

……..

В глубине ложи старейшин, под навесом из резного тикового дерева и парящих защитных печатей, старик Йонг Мин тихо потягивал из фарфоровой чашки ароматный чай с корнем ярса и крошкой запечённого янтаря. Он не проронил ни слова с того момента, как Анд Рей снёс за пределы поля ту самую девушку – последнюю претендентку на победу, которую здесь воспринимали очень серьёзно.

Но теперь, когда пыль улеглась, а на трибунах всё ещё стояла мёртвая тишина, старик медленно поднял взгляд. Прямо перед ним замерли ледяными статуями те самые старейшины, что неделями ранее в полголоса высмеивали его выбор, глядя на немого парнишку как на прихоть старика, изжившего себя. Он медленно провёл по ним взглядом. Внимательным, цепким, почти насмешливым.

“Ну что, братья по совету… Удивлены? – Почти не шелохнув губ, подумал Йонг Мин. – Или подавились собственной гордостью?”

Их лица – вытянутые, белёсые, с напряжёнными челюстями и неподвижными глазами – были ответом. Кто-то из них делал вид, что рассматривает свои рукава. Кто-то – что что-то заметил на противоположной стороне арены. Но никто не смотрел в глаза Йонг Мину. А тот теперь улыбался открыто, даже не скрывая удовольствия, словно изысканный чай вдруг стал вкуснее втрое. Он слегка склонил голову в сторону – будто приветствуя их молчание.

“Ах, как приятно. Неудобное молчание куда слаще яда, что вы пытались мне подлить под язык.” – С удовольствием подумал он, продолжая глядеть в сторону трибун. И всё бы было так, как он задумал… Если бы сейчас не появилась небольшая заноза сомнения, тихо свербящая в глубине его сознания. Он перевёл взгляд на арену.

Андрей всё ещё стоял у края, чуть опустив голову, будто извиняясь за то, что его победа вызвала такую бурю. Руки парня были расслаблены. Плечи прямые. И сейчас он не демонстрировал никакого триумфа, ни капли ликования. Только тишина в жестах, как будто всё это – не более чем тренировка. И Йонг Мин вдруг осознал… Он сам не ожидал такого.

– Хе-хе… – Невольно усмехнулся старик, прикрывая рот рукавом. – Вот уж поистине, не знаешь, какое семя посеял, пока оно не прорастёт сквозь камень.

После этих слов, он слегка прищурился, и в этот момент увидел не юного ученика, а ядро грозового пламени, что скрывалось под шелковой маской. Анд Рей не просто побеждал… Он демонстрировал силу, которая не принадлежала первому году обучения, ни по технике, ни по уровню магических потоков, ни по контролю. Особенно – контролю. И это выбило старика из равновесия.

– Он не дрожит, не паникует. Даже не пыхтит, как зажатый в угол зверь. Он… наблюдает, думает. Как взрослый боец. Или хуже – как… Опытный стратег.

Даже мастера Доу Ши, которых Андрей победил, перед боем были напряжены, пусть и прятали это под масками излишней самоуверенности. А этот немой… Всё также спокоен. Йонг Мин сжал чашку в пальцах чуть крепче.

– Я хотел, чтобы он дошёл до второго круга… Может, третьего. Чтобы старейшины замолчали, а князь Чхон ёкнул от удивления. Но этот мальчишка проскочил сквозь фаворитов, как меч через тонкий шёлк. И всё это – без особой ярости. Без озлобленности.

Впервые за многие годы старый алхимик почувствовал, что не до конца просчитал ставку. Ученик, которого он выбрал по интуиции, по упрямству, по странному зову костей и крови, теперь казался куда больше, чем просто необычный парень с искрой в груди и тяжёлым прошлым.

Он медленно поставил чашку на подставку. Рядом тихо стоял послушник, который, завидев его движение, сразу же протянул кувшин с горячим отваром. Йонг Мин не двинулся. Вместо этого он чуть прищурился и пробормотал вполголоса:

– Ну, что ж… мальчик… теперь мне придётся вложиться в тебя даже больше, чем я рассчитывал.

И где-то глубоко, в самом потаённом уголке души, в старике зажглась тревога. Что если он вложился не в сверкающее зерно… А в пылающий клинок?

Пока все приходили в себя от того, что случилось на арене, под навесом для старейшин, где тени от чеканных балдахинов скользили по мозаичному полу, старейшина Йонг Мин наконец перестал улыбаться. Он молча переводил взгляд с одного растерянного лица старейшин секты на другое. С лица к лицу… С глаза в глаз… И сейчас он видел в этих взглядах одно и то же. Не только растерянность, и даже какой-то гнев. Возможно даже на собственную недальновидность. А даже полноценную… Алчную заинтересованность. Кто-то прикрывался вежливым выражением, кто-то – маской безразличия. Но даже самые искусные из них не могли спрятать тот блеск, что вдруг разгорелся в их глазах, когда этот самый Анд Рей, неожиданно для всех, победил.

Сейчас же немой парень стоял в тени у края поля, не ища внимания, не наслаждаясь триумфом. Он вообще вёл себя так, будто этот бой был… случайностью. Работой. Один из десятков поединков, не заслуживающий эмоций. Его лицо оставалось ровным. Спокойным. Пустым. И именно это спокойствие рождало голод в глазах тех, кто был старше, богаче, и влиятельнее.

Йонг Мин видел, как кивнул друг другу двое старейшин с Пика Восточного Цветения. Как склонился к уху посланник с южной границы, представлявший семейство Ён. Он видел, как глава семьи Хваджон сидел в ложе, сложив руки перед собой, словно доселе небывалый азарт тихо закипал у него в груди.

“Глаза волков, глаза лис, глаза змей… Все они смотрят на него как на дичь. На ресурс. На инструмент. На ту самую редкую возможность перехватить чужую удачу…” – Подумав об этом, старый алхимик немного нервно сжал губы. Оглянулся. Даже среди старейшин собственной секты Пяти Пиков Бессмертных взгляды теперь стали… настороженными. И не просто с оттенком удивления. А с явным пересмотром прежнего отношения.

“Пока он был странным немым, этот мальчик был лишь курьёзом. Моей капризной забавой. Но теперь он стал победителем. И это меняет всё.”

Он увидел, как старейшина Ли Чхэвон, та самая, что голосовала против допуска Анда Рея к тренировкам, теперь смотрела на него с тем же выражением, с каким хозяйка смотрит на ускользающего с аукциона артефакт – оценочно, быстро, почти жадно. Рядом с ней старейшина Пэк медленно теребил кисточку своей бороды, будто что-то прикидывая.

Сам же Йонг Мин не спешил выказывать раздражение. Нет. Он был стар, и за свои годы не раз видел, как жемчужина, найденная в грязи, вдруг начинала блестеть так ярко, что светом её хотели осветить и дворцы, и бойни. Он это предвидел. Но не так скоро.

“Они ещё не осознали, кого видят. Они видят силу. Потенциал. А я уже вижу… глубину. Я знаю, что внутри. И если они попытаются добраться до него, они не получат жемчужину. Они получат шторм.”

Старик отпил чай и закрыл глаза. Он видел предстоящие сцены – приглашения, предложения, улыбки, подарки, уговоры. И всё это – направленное на него или на самого Андрея, который пока ещё не осознаёт, как ярко и опасно начал сиять.

“Теперь вы все захотите его. Попытаетесь перетащить. Завлечь. Купить. Или, в случае отказа, сломать. Но пока он рядом со мной – вы не посмеете.”

Старик снова открыл глаза. В его зрачках вспыхнул огонёк того самого алхимического пламени, которым он очищал ингредиенты до самой их сути. И теперь он с тем же внутренним жаром смотрел на свою находку – своего ученика, пусть и не произнёс этого вслух. Он обернулся на послушника и тихо сказал: