Новая Эпоха (СИ) - Шафран Ева - Страница 8

/Драконьи Острова/

— А-а… всё! – Лана простонала в голос и завалилась на спину. – Больше не могу. Эли-иа-ас. Даргон меня истязает домашней работой.

— Что такое, моя кожаная подруга? – дракон выглянул из своей пещеры.

— Этот шар, у меня не получается, я вся дрожу и потею, ощущаю силу, но никак не могу облечь её во что-то, – Лана закрыла глаза и растянулась на траве.

— Я знаю, что тебе точно поможет, – хитро подмигнул Элиас.

— А? – девушка открыла один глаз и глянула на него.

— Купание в золоте, конечно же! – торжественно произнёс дракон, переступая с лапы на лапу. – Скажи «да». Ну скажи, скажи.

— Что? Да.

— Отлично! Отправимся сейчас же, – тут же выпрямился дракон, его крылья подрагивали. Лана уже знала, что это говорит о крайней степени его радости.

— Купание так купание! – она выставила руки в стороны. – Неси меня, мой чешуйчатый друг. Только не как в тот раз!

— В какой? – изумился Элиас, осторожно обхватывая её тело когтистой лапой.

— Когда ты сначала приложил меня головой о стену пещеры, а потом бросил в ту гигантскую золотую купель наполненную крупными драгоценными камнями.

— Что-то не припомню, – виновато отвернулся дракон, поднимаясь в воздух.

— Ага, конечно, ты как золото увидел, так сразу забыл обо мне, – возмущалась Лана. – Я после того падения вся в синяках ходила.

— Прости, я постараюсь быть осторожным, – пообещал Элиас, а девушка неверяще покачала головой.

Страсть драконов к золоту и драгоценным камням была похожа на одержимость. Золото имело на них необычное действие. Оно хорошо накапливало и отдавало силу, заряжаясь ею, в отличие от серебра. Именно сетями, сделанными из этого мягкого металла, когда-то давно пытались ловить драконов. И чем дракон моложе, тем он проще поддавался влиянию серебра и тем больше терял силу, если его заматывали в сеть или садили в клетку. Лана вздохнула, вспомнив тяжелое детство её чешуйчатого друга.

—Уиии! – с радостным визгом Элиас влетел в пещеру-сокровищницу.

— Осторожнее с моим хрупким телом! – прокричала Лана, но дракон уже разжал лапу. Девушка полетела вниз на кучу каких-то мелких золотых монет. Зажмурилась в последний момент перед ударом.

«А-а, это не так больно, как я предполагала», – уже спокойно подумала Лана, выныривая на поверхность. В нескольких десятков метров от неё Элиас с боевым кличем рухнул в груду золотой посуды, та загрохотала, разнося оглушительное эхо по пещере.

— Золотое цунами! Всем кораблям, уходим в море! – прокричала Лана, ощущая, как всё окружающее её золото пришло в движение и пошло настоящей волной.

Элиас быстро перемещался где-то внутри, словно крот, вокруг стоял звон и шелест. Периодически зелёная чешуйчатая морда выныривала на поверхность, и дракон успевал прокричать:

— Это девятый вал! Всем морякам! Свернуть паруса, вытереть слюни и закатать губу обратно!

— Золотая опасность наивысшего уровня, угроза затопления монетами и избиения рубинами! – кричала Лана, продолжая активно грести руками, словно она была в воде.

— Великий Вихрь, мы его настигли! – прорычал Элиас, начав вращаться на одном месте, словно его затягивал водоворот. – Спасите! Тону в роскоши и богатстве!

— Мой корабль идёт на помощь, ваша чешуйчатость! Только не глотайте алмазы, я вижу, что они неогранённые, будут болезненно выходить! – вторила ему девушка.

Они с Элиасом переглянулись и разразились диким хохотом, заставив всю пещеру содрогнуться.

— Я почти вижу прогресс. Но над концентрацией нужно ещё работать.

Чёрный дракон лежал в тени нависающей скалы, лениво покачивая кончиком хвоста. Лана же сидела напротив под жарким солнце с красным от напряжения лицом и пыхтела.

— Не надо так тужиться, ты же не рожаешь, – лениво протянул Даргон, сегодня его глаза были чистого сапфирового цвета, золотые прожилки куда-то пропали. Девушка хотела спросить об этом, но как началось занятие, всё сразу повылетало из головы.

— Мне тяжело, – проныла Лана и сгорбилась, поясница начинала ныть от постоянного сидения в одной позе.

— А никто и не говорил, что будет легко. Иметь дар — это одно, а уметь им пользоваться — это другое, – пояснил дракон, переворачиваясь на другой бок. Чешуя зашелестела по камню.

— А я могу отказаться от дара? Отдать его более достойному? – вздохнула Лана. Эти мысли часто посещали её последние недели.

Даргон прищурил на неё сапфировые глаза.

— Что вообще хранитель делает? Что нужно охранять?

— Я уж думал, ты не спросишь, – хмыкнул дракон и замолчал, задумавшись.

— Расскажете? – напомнила о себе девушка, вытягивая затёкшие ноги вперёд.

— У хранителя особая миссия в этом мире, – Даргон посмотрел ей прямо в глаза, Лана снова увидела, как в синеве заплясали золотые искорки. – Он хранит его от разрушения тьмой. Страж, который…

— Стоп-стоп, что? – замахала руками девушка. – Разрушения тьмой? Это ещё что значит?

Даргон вздохнул, словно подбирая правильные слова, и отвёл морду в сторону.

— Наш мир, как и многие другие, вращается вокруг оси, – он вернул на неё взгляд.

— Где-то я уже это слышала. Посох… – тихо проговорила Лана, перед глазами всплыла картинка её путешествия через врата.

— Миры существуют определёнными циклами, в них много чего происходит, это как большой дом, в котором живёт много очень разных людей, – глаза Даргона почти полностью стали золотыми. Лана завороженно моргнула. – Представь, что может произойти, если хозяин дома не станет вмешиваться.

— Жители разнесут его к демонам.

— Не стоит бросаться такими словами, – дракон недовольно наморщил морду и пыхнул жаром. – Да, у жильцов есть свобода и выбор в рамках этого дома. И чтобы они его не разнесли, хозяин подселяет в дом доверенных людей – свою стражу, охрану, которая будет следить за порядком.

— Значит, хранитель это та самая стража.

— Если очень сильно упрощать, – кивнул Даргон.

— Стража… – задумалась Лана, а затем рассказала о своих незабываемых встречах с существом, сотканным из тумана.

— Интересно, – глаза дракона блеснули. – Расскажи мне про это своё путешествие более подробно.

И Лана рассказала всё, даже самые мелкие детали. С каждым днём Даргон становился ей всё ближе, роднее, как будто она знала его много лет. Он уже не пугал её, как в первые дни, она чувствовала, что может доверить ему самое сокровенное.

— И этот туманный страж был мне таким дорогим, таким родным, – Лана прижала руку к груди. – Как будто я знаю его не просто всю жизнь, а гораздо дольше. Это очень сложно описать словами. Если бы я могла передать вам эмоции и чувства…

— Я примерно понимаю, о чём речь, – синие глаза с золотыми всполохами подсвечивались в опустившейся на Драконьи Острова темноте.

Девушка подняла глаза к уже давно потемневшему небу, в который раз наслаждаясь потрясающими звёздами, словно кто-то рассыпал цветные блёстки на чёрную ткань.

— Я ведь его совсем не знаю, – Лана вспоминала детали встречи со стражем, внутри полыхнуло теплом. – Так ведь не бывает?

— Почему ты так решила? Если ты с таким раньше не сталкивалась, это не значит, что такого не может быть.

— Но тот страж выглядел иначе, он не человек, – Лана задумчиво водила пальцами по тёплому камню перед собой.

— А кто говорил, что все стражи и хранители должны выглядеть одинаково? – усмехнулся Даргон.

— Никто.

— В разные эпохи перед хранителями могут стоять разные задачи. Ты ощутила родственную душу, которая взяла на себя такую же миссию, как и ты, думаю, именно этим объясняются твои ощущения. У вас обоих сильная связь с Источником и вы это почувствовали, – проговорил Даргон.

— Вы ведь тоже хранитель, да? – спросила Лана, подняв глаза на морду дракона, которая совсем растаяла в кромешной темноте. Её можно было увидеть только благодаря сверкающим глазам.

— Не совсем, – помедлив, ответил тот. – Мы к этому ещё вернёмся. А сейчас, расскажи мне про чёрную дыру в твоей груди.