Чехова, 16 (СИ) - Фадеев Кир - Страница 71

Зато в одеянии имелись внутренние карманы для хранения полезной всячины. Порывшись в них, мальчишка наткнулся на маленький хрустальный пузырек со старинной гравировкой. Под слоем жилистого кварца плескалась синяя, похожая на чернила жидкость. Тут все было понятно и без надписи. Эликсир из Абукова камня. Штука столь же ценная, как и одежда, в которой она хранилась.

Сняв тесную джадуйскую тогу, мальчишка вновь заглянул в тайник и достал оттуда тяжелый колесцовый пистолет с самозарядным барабанным механизмом. Рядом нашлась и коробка с пулями.

Покрутив мушкет в руке, Дервуш убедился, что тот до сих пор работоспособен, зарядил в него пять свинцовых шариков и отложил в сторону.

Вяло осмотрев свое снаряжение, мальчишка присел на краешек дивана и достал зачарованную монету Селии. Та все еще сверкала наполированным золотом.

Дервуш кинул ее рядом, прикрыл глаза и устало помассировал виски.

Ночь перед боем – бессонная ночь.

Сеня около часа ворочался на мешках с одеждой, старательно пытаясь уснуть, но у него так ничего и не вышло. Сердце гулко билось в груди, осознавший всю важность завтрашнего дня разум теперь беспокойной птицей метался в голове.

Тяжело вздохнув, Сеня поднялся, с улыбкой посмотрел на задремавшую с кинжалом в руках Сэл, и вышел на улицу.

Ночь на Сона-локе была волшебным зрелищем. А ночь на берегу моря – вдвойне. Завораживающей красоты небо, окрашенное в темное золото, закатывалось за горизонт. Яркие гроздья созвездий отражались в водной глади, изредка тревожимой ночным бризом.

Сеня сделал несколько глубоких вдохов, успокаивая мысли и невольно нащупал изумрудный кулон на груди.

– Уже почти, Виджей… – прошептал он ветру. – Совсем скоро ты обретешь утерянное. Не знаю, слышишь ли ты меня, но я пойду до конца.

Подняв взор, Сеня посмотрел на небо и заметил яркий метеор, вспыхнувший среди звезд. Сочтя это хорошим знаком, он осклабился и закрыл глаза.

– Не спится? – спросила Селия с улыбкой в голосе.

– Бывает иногда, – вспомнив их прошлый разговор, ответил Сеня.

Лучница едва слышно усмехнулась, подошла ближе и вгляделась в морскую даль.

Было в ней что-то неуловимо-прекрасное в этот момент. Ветер трепал ее волосы, заползал под края шали, в которую куталась девушка, и заставлял ее широко раскрытые глаза слезиться. Сеня замер, пытаясь запечатлеть в памяти ее очаровательный профиль на фоне золотистого горизонта.

– Здесь очень красиво, – сказала она.

– Да, очень…

– Там, откуда ты родом, есть что-то подобное?

Сеня хмыкнул и перевел взгляд на линию моря:

– Пожалуй, да. Как говорил один мой знакомый: «каждый мир прекрасен по-своему». Просто жители моей локи не ценят эту красоту и уродуют ее ради выгоды.

Сэл помолчала, потянув носом прохладный воздух, а после задала следующий вопрос:

– Ты скучаешь по дому?

Сеня задумался.

– Я вспоминаю о нем иногда. Мой мир был ужасным местом, который лишил меня всего – родителей, любви, радости, свободы. И, тем не менее, он дал мне жизнь, и я до сих пор чувствую связь с ним.

– Когда все закончится… – Селия вздохнула. – Ты вернешься туда?

Он потупил взор и неопределенно помотал головой. Потом сказал:

– А ты бы хотела, чтобы я остался?

Она не ответила, только чуть улыбнулась краешком рта. И тогда Сеня решил спросить о том, что мучило его весь этот день.

– Сэл… – начал он неуверенно.

– Да?

– Вчера ночью, возле того дома, когда мы… ну… – Он запнулся, но сразу продолжил: – Это было искренне?

Она холодно взглянула на него и чуть нахмурила брови. Увидев ее недовольное лицо, Сеня окончательно смутился и затараторил:

– Просто ты понравилась мне с самого первого мгновения. Я думал о тебе, но мне казалось, что вы с Рэджином… ну, типа пара. А когда мы поцеловались, я уже не знал, что думать. Это было так волшебно и волнительно… Ведь я никогда раньше не целовался. А утром ты снова стала холодна, и я подумал, что ужасно целуюсь, и тебе не понравилось…

Сене, наконец, удалось заткнуть фонтан искренности, и он стыдливо зажмурился и прикрылся ладонью.

Повисла короткая пауза, после которой Сэл не удержалась и прыснула.

– Ты идиот… – сокрушенно помотав головой, сказала она.

– Понимаю, извини, – выдохнул Сеня, беря себя в руки. – Просто… просто я хотел знать, ведь до следующей ночи мы можем не…

Сэл одним широким шагом преодолела разделявшее их расстояние и приложила палец к его губам. Сеня заглянул в ее темные, сверкающие глаза и разом нашел в них ответы на все важные вопросы.

Он взял ее ладонь в свою и сильнее прижал к губам.

– У меня есть хотя бы крошечный шанс отговорить тебя участвовать в битве? – спросил он шепотом.

Девушка замотала головой. По ее скуле скатилась слеза.

– Тогда обещай мне, – твердо сказал Сеня. – Обещай, что останешься в живых.

Селия утерлась краешком шали, сглотнула комок в горле и сдавленным голосом произнесла:

– Обещаю.

Сеня вгляделся в ее глаза, снял с шеи изумрудный кулон и одел на девушку:

– Рэдж рассказал мне об этом камне. Пусть это не тот, что был у твоего отца, но все же… Я хочу, чтобы он остался у тебя, Сэл.

Опустив голову, она коснулась подвески кончиками пальцев, а потом подняла взгляд и потянулась к Сене.

Немного смутившись, он ответил на ее неожиданный поцелуй и мгновенно растаял от удовольствия.

Глава 44

Дервуш громко храпел, закинув голову на спинку дивана.

Молодое солнце пробилось через плотные шторы и белыми дорожками легло на стену. Яркие полосы медленно сползали вниз, облизывая узорчатые обои. Проснувшийся утренний ветерок лязгнул приоткрытым окном, принеся с собой звуки улицы и чириканье птиц.

Мальчишка всхрапнул и очнулся от боли в затекшей шее. Устало выдохнув, он продрал глаза, неспешно почесал щеку и с трудом поднялся. Шаркая ногами, подошел к окну и выглянул наружу.

Светило уже вознеслось над крышами, по улице, переваливаясь с бока на бок, ехала груженая провизией телега с толстым кучером.

Дервуш мыкнул и перевел заспанный взгляд на высокую стену царской резиденции, над которой виднелась стеклянная купольная крыша основного здания. Флаг, трепавшийся на длинном флагштоке, сейчас был приспущен, возвещая о том, что правителя нет на месте.

Мальчишка несколько секунд смотрел на этот реющий прямоугольный кусок ткани и пытался понять, что же оно все значит.

А в следующий миг его глаза расширились и едва не вылетели из орбит. Он рванул к дивану, схватил зачарованную монету и с ужасом увидел, что она давно почернела.

– Мать моя рыжая! – воскликнул он. – Проспал!

Дервуш заметался по комнате, хватая вещи и распихивая их по карманам. Наскоро повязав широкий пояс из куска серой ткани, он запихнул в него приготовленные ночью склянки и заряженный пятью пулями мушкет. Затем влез в тесную джадуйскую тогу и спрятал в нее два мешочка с героновой пылью.

Когда сборы были закончены, мальчишка еще раз похлопал себя по одежде, проверяя снаряжение и замер, уставившись на вид из окна. Внутри все предательски задрожало.

– Так-так… – буркнул он, распахивая стеклянные створки балкона. Он посмотрел вниз и дрогнул: – Ух, высоковато падать…

Дервуш отошел к противоположному концу комнаты, вслух уговаривая себя собраться. Он потоптался на месте, потрясая кистями, чтобы сбросить нарастающее напряжение. Затем отсыпал крупную горсть летучего порошка в ладонь и приготовился.

– Как перышко… как перышко… – твердил он себе. – Грациозно и красиво… Черт!

Он рванул с места, с силой оттолкнулся от подоконника и прыгнул. Геронова пыль вспыхнула, взрываясь жаркой волной, и с легкостью подхватила мальчишку.

Дервуш проплыл по воздуху до соседнего дома, вспорхнул на конек крыши и полетел дальше, отталкиваясь от печных труб и попадающихся на пути преград.

Через несколько минут, он уже приблизился вплотную к царскому забору, и выбросил под себя еще одну горсть порошка.