Чехова, 16 (СИ) - Фадеев Кир - Страница 46

– Мать моя рыжая… – пошатнулся Дервуш, пытаясь рассмотреть макушку этого исполина.

– Да, я думал, он будет поменьше, – отозвался Сеня.

– Смотри! – шепнул мальчишка, указывая левее.

К золоченому пьедесталу двигалась монашеская процессия, несшая очередное подношение. Монахи чинно поставили чашу на каменный жертвенник и разошлись в стороны, садясь на колени. Двое других нагов уперлись лапами в алтарь и принялись медленно толкать его к постаменту. По ходу действа, Сеня заметил, что камень оказался полым внутри и к тому же стоял на металлических полозьях, облегчающих движение.

Затаив дыхание, ребята внимательно следили за тем, что будет дальше. Алтарь вплотную подъехал к голубоватому ареолу и плавно вошел в его границы. Камень мгновенно раскалился, осыпаясь желтыми искрами; содержимое ритуальной чаши разом превратилось в пепел и замерцало клубами сизого дыма. Сам кристалл при этом ярко вспыхнул, будто бы принимая подношение, и вновь вернулся в прежнее состояние.

Тогда монахи вытянули дымящийся жертвенник с опустошенной чашей и неспешно подвинули его на старое место.

– А вот и первые сложности, – с горечью буркнул мальчишка.

Дервуш и Сеня посмотрели друг на друга.

– Надо проникнуть сквозь защитное поле, – сказал Сеня.

– Ага. К счастью, этот кусок камня хорошо заколдован, – Мальчишка почесал подбородок, – и к тому же он полый.

– Я тоже заметил. Значит, можно залезть внутрь.

– Ну, раз ты предложил… – Дервуш оглянулся на уходящих прочь змеев.

– Вообще-то я хотел предоставить это тебе, – настаивал Сеня. – А я отвлеку монахов.

Мальчишка мотнул головой:

– Отвлекать – это по моей части. К тому же, моя задница толще твоей, я туда попросту не пролезу.

Сеня поджал губы. Дервуш оказался прав, как ни обидно было это признавать.

– Ладно, я пойду, – Сеня забрал сумку с кольчугой и закинул ее за спину. – Какой у нас план?

В этот момент из холла послышался оглушительный вопль. Эхо тут же разнесло его по всему залу, разрывая величественную тишину. Кто-то из нагов зарычал, раздался звук брошенного на пол оружия, а затем в проходе полыхнуло зеленым.

Явившийся из подземелий призрак явно был удивлен таким приемом; заскулив от боли, он кинулся к первой попавшейся двери и прошел сквозь нее. Монахи, собравшись в группу, бросились в погоню.

– Это наш шанс! – спохватился Дервуш.

Потянув Сеню за рукав, он выбежал из укрытия и засеменил к алтарю. Достигнув цели, Сеня второпях втиснулся в узкую щель в камне, оказавшись в тесном полутемном пространстве. Дервуш уперся спиной в булыжник и начал толкать. Шарниры натужно заскрипели и пришли в движение.

– Кажется, они возвращаются… – послышалось Сене. – Ой!

Мальчишка отпрянул в сторону. Шар изжелта-красного огня ударил в камень, придав ему значительное ускорение. Жертвенник с шипением проскочил защитное поле, сошел с полозьев и уперся в позолоченный пьедестал. Алтарь треснул, едва не рассыпавшись на части. Сидевший внутри Сеня охнул, приложившись макушкой о выдолбленные стенки, и наполовину вывалился из укрытия.

Когда он секундой позже пришел в себя, мальчишка уже уворачивался от следующей магической атаки. Волна чернильной темноты лизнула голубоватую ауру и растворилась в воздухе.

Дервуш поспешно затушил дымящийся рукав и крикнул:

– Сеня, кольчуга!

Сеня тряхнул головой. От удара все плыло перед глазами, а во рту скопилась вязкая слюна. Простонав, он заставил себя встать и потянуться к сумке.

Едва он развязал узел, как кусок королевской брони сам выпрыгнул наружу и прилип к кристаллу. Кольчуга вспыхнула золотом, а место, куда она попала начало медленно темнеть.

Отдуваясь, Сеня утер с лица пот и оглянулся на друга.

Дервуш петлял по начищенному мозаичному полу, как полоумный кузнечик. Горстка потрепанных призраком монахов гналась за ним, то и дело спотыкаясь о полы собственных одежд. Надо заметить, нагские послушники не отличались ни проворством, ни выдающейся силой, присущей воинам-змеям. Зато эти сушеные ящерицы были весьма сведущи в магии. Изредка они швыряли в мальчишку сгустки заклинаний, но попасть в него им никак не удавалось.

– Дьявол… – Сеня осмотрелся, пытаясь сообразить, как выбраться наружу.

Аура гигантского кварца была полностью замкнутой, оставался лишь один вариант – полый булыжник, наполовину торчащий из купола. Рельсы алтаря сильно погнулись, и вытолкать заколдованный камень обратно не представлялось возможным. Но Сеня все же попытался. Уперевшись спиной в пьедестал, он постарался сдвинуть жертвенник с мертвой точки. Шарниры заскрежетали по плиткам, но так и не встали в колею.

Едва Сеня ослабил напор, чтобы отдышаться, как перед камнем очутился Дервуш:

– Ну, ты уже закончил?

Сеня оглянулся на кристалл. Тот неспешно покрывался темно-синими сгустками, словно стакан чистой воды, в которой по капле добавляют густые чернила.

– Э-м-м, – затянул он, – процесс пошел.

– Круто… – фыркнул Дервуш.

Прямо за его спиной возникла коренастая фигура облаченного в алый балахон монаха. Он оскалился и вскинул тяжелый посох с набалдашником в виде змеиной головы.

– Берегись!!! – рявкнул Сеня.

Дервуш среагировал мгновенно. Наверное, он и сам не успел понять, что произошло, а машинально подчинился порыву и вжался лицом в алтарь.

Воздух взорвался ослепительными искрами. Нечто, похожее на огромный бенгальский огонь, пронеслось над камнем, вмиг проплавило защитную ауру кварца и ударилось в золотой пьедестал. Бусины расплавленного металла, шипя, разлетелись в стороны.

Не ожидавший такого, Сеня успел лишь чуть податься в бок, но именно это и спасло ему жизнь. Невыносимый жар лизнул его раскаленным языком и опрокинул на спину. Левое плечо отозвалось жгучей болью, в пояснице что-то нехорошо хрустнуло.

Удар об пол выбил весь воздух из груди и сдавил легкие спазмом. Пока ошарашенный мозг пытался вспомнить, как дышать, Сеня поднялся на четвереньки и взглянул на мальчишку.

Дервуш оказался цел и невредим. Разве что волосы на затылке встали дыбом и задымились.

– Ух ты! – просипел он, посмотрев на жезл. – Я тоже такой хочу!

Сквозь рваную дыру в магическом поле было прекрасно видно, как использовавший оружие монах кинулся в рукопашную атаку. Вскинув посох, он попытался сдавить мальчишке горло, но тот вовремя перехватил древко и уперся в алтарь локтями.

Откашливаясь, Сеня взглянул на кольчугу и смачно выматерился севшим голосом. На месте древнего артефакта теперь красовалась клякса расплавленной стали, лениво стекавшая вниз тонкими струйками. Блокирующая магия Грока сходила на нет, и кварц постепенно начинал возвращать себе прежнее сияние.

Эта новость быстро привела Сеню в чувство. Он взобрался по еще горячим обломкам пьедестала и осмотрел место удара. К его удивлению, одна из чешуек брони уцелела и вонзилась в кристалл, оставив в нем крохотную трещинку.

– Сеня… – позвал Дервуш, силясь отнять посох от своего горла. – Ты там не очень занят?

Думал Сеня недолго. Выхватив меч, он что было духу ударил балансиром по торчавшей чешуйке. Кварц хрустнул. Толстый пролом, словно молния в безоблачном небе, пополз по кристаллу вверх, разделяясь на десятки более мелких трещин. А сам исполинский артефакт замерцал, как сломанная неоновая лампа.

Вид разваливающейся на куски святыни поверг монахов в ступор. Даже душивший мальчишку здоровяк с посохом застыл с открытой пастью.

Сеня воспользовался этим моментом. Рыбкой нырнув через дыру в ауре, он оттолкнулся от жертвенника и полоснул монаха клинком по горбу. Тот взвыл от боли и ослабил хватку. Дервуш вывернулся и ударил противника ногами в грудь, прихватив при этом магический жезл.

Поднявшись, ребята прижались спина к спине, выставив перед собой оружие. Медленно приходящая в себя монашеская братия постепенно зажимала их в кольцо.

– А чего мы стоим-то? – не оборачиваясь, спросил Дервуш.

– Э-э-э… – протянул Сеня, рассматривая оскалившихся врагов. – Я просто хотел убедиться, что пора бы бежать.