Чехова, 16 (СИ) - Фадеев Кир - Страница 10

Сеня мотнул головой, качнувшись на стуле:

– Знаешь, я, пожалуй, отмолчусь. Не хочу ворошить прошлое. Не сейчас, ладно?

«Хорошо…» – К облегчению Сени, Джей не настаивал на продолжении разговора.

Прибравшись на столе и задув горелку, Сеня вернулся в гостиную и устроился поудобнее на скрипучем раскладном диване.

К этому времени, на улице уже совсем стемнело. Тусклый лунный свет пробивался через щели в ставнях и рисовал на полу длинные призрачные полосы. Задувавший в комнату сквозняк играл со старой оконной занавеской. Но все же здесь было довольно тепло, и, укутавшись в плед, Сеня окончательно согрелся.

– Джей, – спросил Сеня окружавшую его темноту, – а ты когда-нибудь спишь?

«Это трудно назвать сном, Сеня, – отозвался расслабленный голос. – Скорее, я теряюсь в собственных воспоминаниях»

Сеня долго молчал, разглядывая сложный узор трещин на потолке. А потом, неожиданно заговорил:

– Я не успел узнать своих родителей. Автокатастрофа. Мне не было и года, когда это случилось. Говорят, что если ты не помнишь отца и мать, то так легче пережить их отсутствие. Но это ложь. Неведение куда хуже правды. Может, мой папа был безответственным алкашом, любившим погонять в пьяном виде? А моя мама оказалась столь безумна, что пустила его за руль и села рядом? А вдруг они были счастливой парой и хорошими людьми, которых забрал у меня несчастный случай? Истину я так никогда и не узнаю…

Сеня шмыгнул носом, судорожно вздохнув:

– Когда я ехал мимо тебя, я представил себе каково это – жить в семье, быть кому-то нужным. Я смотрел на проплывающие вдалеке окна домов и… и мечтал найти среди них свое. Мечты – это единственное, что я могу противопоставить одиночеству.

«Знаешь, Сеня, – после паузы проговорил Джей, – а у нас с тобой куда больше общего, чем мы оба думаем. И это… – он печально усмехнулся. – Так странно»

Сеня ничего ему не ответил, хоть и почувствовал то же самое.

Он повернулся на бок, подоткнул одеяло поплотнее и крепко уснул.

Глава 8

Следующее утро Сеня начал с генеральной уборки.

Прежде всего, он провел полную ревизию хлама, хранившегося в гостиной и кабинете. Все превратившееся в рухлядь и не подлежащее ремонту, под громкие протесты Виджея было выброшено за забор.

– И что за скопидом жил здесь до меня? – кряхтя от натуги, спросил Сеня.

Он с трудом тащил за спиной последнюю партию ненужных вещей, утрамбованных в здоровенный мешок.

«Через несколько лет после того, как я тут очутился, – сказал Джей, – в этот район приехали какие-то рабочие с кучей чертежей. Они очень удивились, что с их прошлого визита стало одним домом больше. Меня осмотрели и включили в новую планировку. А еще спустя несколько месяцев ко мне подселили крепкого мужичка с бородой. Мужик, как оказалось, был военным в отставке, вышедшим на пенсию пару лет назад. Он перевез сюда все свои скромные пожитки с мебелью и стал жить»

Сеня вывалил содержимое мешка в общую кучу и сплюнул вязкую слюну.

– Ты пробовал с ним заговорить?

«Пару раз, – со вздохом ответил Виджей. – Видишь ли, отставник предпочитал тянуть отмеренный срок в гордом уединении и, к тому же, любил крепко побухать паленой водкой. Так что все мои попытки войти с ним в контакт воспринимались как очередная пьяная галлюцинация»

Усмехнувшись, Сеня отряхнул штаны и сложил опустевший мешок пополам.

– И когда же он съехал? – спросил он, входя в гостиную.

«Девять лет назад, даже чуть больше. Его вынесли вперед ногами прямо через крыльцо»

– Оу… – опешил Сеня, замерев на пороге.

«Признаюсь, я немного расстроился. Все-таки мы прожили вместе почти пятнадцать лет, хоть он об этом и не знал. Я любил наблюдать за ним. Для меня это было как затянувшееся театральное представление. Раз в неделю он приглашал сюда довольно симпатичную брюнетку со стройными ногами, и тогда я даже радовался тому, что меня никто не видит. Они тут такое вытворяли…»

– Не продолжай! – прервал Сеня, сканируя глазами посудный шкаф и его содержимое.

«Как скажешь, – усмехнулся Джей. – Родственников у мужика не было, а разворовать нажитое им добро всяким прохиндеям я не позволил. Когда в следующий раз чиновники приехали осматривать окрестные дома, я просто наложил на себя заклинание сокрытия и стал жить один. Ой, а вот с ним осторожней, у него ножка сломана…»

Сеня вытащил из серванта старинный тульский самовар без одной ножки. На правой стороне раритета имелась глубокая вмятина, однако краник и ручки были целыми. Самодельная дымовая труба нашлась на той же полке.

С интересом осмотрев находку, Сеня признал ее работоспособной и, к облегчению Джея, решил оставить для дальнейшего использования.

Продолжив ревизию, Сеня заглянул под кровать и нашел там щетку на длинном древке, а также сломанную швабру и почти лысый веник.

– Что ж, – вздохнул Сеня, осматривая инвентарь, – на безрыбье и рак рыба…

Повязав на лицо найденный платок, Сеня принялся собирать паутину со всех углов. Пыли поднялось столько, что пришлось открывать окна. Ссохшиеся рамы и проржавевшие петли поддавались с трудом, но Сеня все же справился с задачей. Прохладный весенний ветер загулял по комнатам, катая серые комья по полу.

Закончив сухую уборку, Сеня решил передохнуть и впервые вышел во внутренний двор.

В центре образованного каменным забором пространства высилось небольшое пересохшее деревце, гладкая кора которого отчего-то имела красноватый оттенок. Основной ствол был не толще Сениной руки и на уровне полутора метров распадался на множество мелких веточек, корявыми пальцами тянущихся во все стороны. Было заметно, что когда-то очень давно растение окапывали и пытались за ним всячески ухаживать.

«Познакомься, – подал голос Виджей, – это сармитовое дерево. Один из самых красивых и ценных экземпляров на моей локе»

– И как же эта неописуемая красота здесь оказалась? – спросил Сеня, с сомнением рассматривая голые кривые ветви.

Виджей помолчал и с горечью в голосе ответил:

«Это последний подарок отца перед его… уходом. Он преподнес мне сармитовые семечки, у нас их используют в качестве панацеи от многих болезней. Не знаю, каким чудом, но мне удалось прорастить одно из них»

Сеня обошел дерево, потрогал его ствол и воскликнул в изумлении:

– Да оно же теплое! Как такое возможно?!

«Это волшебное существо, Сеня. И я каким-то образом связан с ним. Оно питает меня своей магией. Если тебе удастся выходить его, это станет хорошим знаком».

– Что ж, ладно, – пожал плечами Сеня, – буду поливать почаще.

Хлама и ненужных вещей во дворе было не меньше, чем в гостиной с кабинетом. Повсюду из земли торчали какие-то ржавые железки, погребенные под слоем грунта мусорные пакеты и пустые пластмассовые бутылки.

Большая часть кирпичных стен изнутри покрылась зелено-желтым мхом. Его мягкие покровы стелились и вдоль кладки. В дальнем конце двора имелись широкие металлические ворота, закрытые на прогнивший деревянный засов. По одной из створок карабкалась пересохшая виноградная лоза.

– М-да… – протянул Сеня, прикинув, сколько сил и времени уйдет на облагораживание всего участка.

В одном из флигелей он нашел пару оцинкованных ведер, невесть как уцелевших в такой сырости, а также кучу поеденных молью тряпок, когда-то бывших приличной одеждой.

Вода нашлась совсем недалеко от дома, на противоположном краю улицы. Старая деревенская колонка с отполированным до блеска рычагом и куском шланга вместо крана вполне неплохо качала чистую воду и, судя по луже возле нее, все еще пользовалась популярностью у местных жителей.

Наведя влажную уборку на первом и втором этажах, Сеня вылил грязную жижу в ближайшие кусты сирени и оглядел свой новый дом с улицы. Начищенные окна сияли в лучах закатного солнца.

– В это трудно поверить, – утерев лоб рукавом, сказал Сеня, – но, кажется, я закончил. Хм, погоди-ка…

Сеня всмотрелся в кирпичный угол стен и только теперь заметил прикрученную туда узкую табличку. Встав на перевернутое ведро и уцепившись за выступ, Сеня протер потемневший от времени кусок металла и прочитал вслух: