Гнев Безумного Бога (ЛП) - Фейст Раймонд Е. - Страница 91

— Что передать матери?

— Скажи ей, чтобы ни в коем случае не возвращалась сюда, — ответил Паг, глядя на отдалённые схватки. — Скажи, что я люблю её и скоро вернусь домой.

Магнус покачал головой:

— Ты же знаешь, если я скажу ей не приезжать, она сделает наоборот.

— Убеди её. Скажи, что я сам пройду через разлом через несколько минут.

— Ты знаешь, я не могу ей лгать.

— Это не ложь. Я действительно пройду через врата, только не через эти. — Он указал в темноту. — Я направлюсь к первым вратам, в Академию. — Понизив голос, добавил: — Скажи ей, что скоро «здесь» больше не будет.

— Хорошо, — согласился Магнус, обнимая отца. — Только не вздумай погибнуть, отец.

Когда Магнус ушёл, Паг обернулся к оставшемуся командному составу. Аленбурга, Каспар, Эрик и молодые офицеры ждали его слов.

— Всё кончено, господа, — сказал Паг.

Эрик фон Даркмур взглянул на отдалённый бой:

— Да… наконец-то.

Аленбурга повернулся к младшим офицерам и цуранийским солдатам:

— Пройдите через разлом в новый мир. Это приказ.

Те в едином порыве отсалютовали и удалились. Затем генерал обратился к Джомми, Сервану, Джиму, Дэшу, Таду и Зейну:

— Молодые господа, ваша служба здесь завершена. Благодарю вас за храбрость… — Он взглянул на Джима Дашера и добавил: — …и иногда за безрассудство. А теперь — марш по домам.

Паг указал на разлом, ведущий в Академию:

— Вы понадобитесь мне там. Используйте эти врата.

Джомми переглянулся с товарищами, те кивнули.

— Мы останемся, если ты остаёшься.

Каспар хмыкнул:

— Джомми, ты славный малый, но никудышный офицер. Марш!

Джомми на мгновение заколебался, затем развернулся и направился к выходу, остальные последовали за ним.

У входа Эрик задержал Джима Дашера, положив руку ему на плечо:

— Передай своему деду мои наилучшие пожелания, Джим. И скажи, что он может тобой гордиться.

Джим посмотрел старому воину в глаза:

— Спасибо, сэр.

Каспар и Аленбурга переглянулись. Генерал спросил:

— Идёшь?

Эрик покачал головой:

— Нет. Думаю, останусь. Если задержу хоть одного Рыцаря Смерти на минуту, то ещё десяток-другой успеет пройти. Я жил в долг последние годы… Пора вернуть взятое.

Он взглянул на Пага:

— Если увидишь того надоедливого картёжника, передай ему спасибо.

Паг лишь кивнул. Он ещё не рассказал никому о решении Накора остаться на Омадрабаре. Знал только Магнус.

— Передам, Эрик, — с трудом выдавил он.

Старый рыцарь-маршал Крондора извлёк меч из ножен и твёрдым шагом направился на звуки боя.

Когда он скрылся в толпе, Каспар произнёс:

— Вот и ушёл великий человек.

Паг снова лишь кивнул, не находя слов. Наконец, превозмогая ком в горле, спросил:

— А что насчет вам двоих?

Аленбурга сжимал эфес меча, будто готовый последовать примеру Эрика.

— Сложно представить возвращение, — тихо сказал он, и его голос всё равно прозвучал чётко, несмотря на гам вокруг. Паника нарастала — те, кто рвался к ближайшему разлому, уже слышали звуки боя у себя за спиной. — Оставить всех этих людей…

Каспар положил руку генералу на плечо:

— Твоя смерть им не поможет, Пракеш. У тебя есть дом.

— Там будет слишком тихо, Каспар. — Он посмотрел на товарища, с которым прошёл через эти недели. — После того, что мы здесь совершили, попытка завоевать Оканалу с бандой уличных сорванцов покажется детской забавой.

Ответил Паг:

— Тогда пройдите через разлом в новый мир, генерал.

— Что?

— Цурани — народ, поверженный в хаос. Им нужно сильное руководство.

— Сомневаюсь, что им в ближайшее время понадобится генерал, — отозвался Аленбурга, но Паг уже видел искру в его глазах.

— Значит, вы так и не узнали цурани по-настоящему, генерал, — сказал Паг. — Ещё до рассвета первого дня там будет столько интриг, что вам хватит на целый век. Война — ничто по сравнению с Игрой Совета. Пусть Первый Советник Императора расскажет вам о Войне Врат с точки зрения цурани: это был всего лишь ход в Игре.

Каспар добавил:

— Иди и веди их. Ты им нужен.

Аленбурга заколебался, затем развернулся и обхватил Каспара в медвежьих объятиях.

— Я буду скучать по тебе, Каспар из Оласко.

— И я по тебе, генерал.

Генерал решительно направился к выходу из шатра, и Паг спросил:

— Каспар?

— У меня нет желания становиться чьим-то мучеником-героем, Паг. Я пойду с тобой.

Паг кивнул Каспару следовать за ним и повёл его к древним вратам разлома у задней части лагеря. Горстка людей всё ещё пыталась пройти, но цуранийские гвардейцы перенаправляли их к основному порталу. Увидев мага в черной мантии, стража расступилась.

Прежде чем шагнуть в разлом, Паг сказал воинам:

— Ваша служба окончена. Идите сейчас же.

Оба солдата в доспехах дома Акомы отсалютовали, затем, обнажив мечи, бросились на звуки сражения.

— Чёрт возьми, но они удивительный народ, — с восхищением произнёс Каспар.

— Да, это так, — согласился Паг.

Они шагнули в разлом.

Варен заглянул в пропасть и ощутил противоречивые чувства — отвращение и тягу одновременно. Часть его сознания умоляла бежать прочь, что есть мочи, другая неудержимо влекла прыгнуть вниз. Он глубоко вдохнул и огляделся.

«Здесь был город», — промелькнуло у него. И фермы, долины, холмы, деревни. Теперь лишь эта пропасть. Дыра. Туннель. Что бы это ни было — масштабы ошеломляли. Края расходились так далеко, что изгиб казался почти прямой линией.

«Мощь!» — мысли путались. Его опьяняло это ощущение. Такое мастерство смерти превосходило даже его самые смелые фантазии, а ему доводилось грезить весьма невероятным за долгие века. Если бы он смог подчинить дасати, заставить их служить себе…

Порыв прыгнуть стал невыносимым. Если бы только был повод…

И он прыгнул.

Паг и Каспар появились у входа в пещеру.

— Где стража? — спросил Каспар.

— Когда я вызвал подкрепление, то приказал двум молодым магам вернуться на остров. К тому моменту охрана уже не требовалась.

Каспар пожал плечами:

— Как скажешь.

Они вошли в туннель и спустились в галерею. Внизу терпеливо стояли десять тысяч закованных в доспехи существ.

— Что они такое, Паг? По правде? — Каспар первым обнаружил Талной на Новиндусе и доставил его в Конклав.

— Это спящие боги, Каспар. Потерянные боги дасати.

— Как они оказались здесь?

— Эту часть истории мы, возможно, никогда не узнаем. Но я верю, что высшие силы этого мира помогли им. — Паг решил не упоминать о роли Бан-Ата. — Это было убежище.

Он взглянул на ящик у входа:

— Долгое время я думал, что Темный Бог заточил их здесь. Но теперь не уверен. Возможно, боги трёх миров объединились, чтобы спасти вселенную от того, что сейчас уничтожает Келеван.

Каспар замер в немом благоговении. Паг поднял ящик и открыл его. Внутри лежали кольцо и кристалл.

— Накор создал этот кристалл, чтобы контролировать этих… существ. — Он достал кольцо.

— Не надевай его! — предупредил Каспар. — Оно сводит с ума, если носить слишком долго!

Паг надел кольцо:

— Не волнуйся. Это ненадолго. — Улыбнувшись, добавил: — Тебе лучше заткнуть уши и закрыть глаза от пыли.

— Какой пыли?

Паг воздел руки, и спираль ослепительно-белого света с серебристыми всполохами рванула к сводам пещеры. Она завихрилась, принявшись буравить камень. Вскоре в потолке зияла дыра, сквозь которую хлынул солнечный свет.

Разведя руки шире, Паг ускорил вращение светового вихря. Каспар, щурясь от пыли, наблюдал, как за минуты исчезает холм, веками скрывавший Талной.

— Что теперь? — прокашлялся Каспар.

— Выйдем на воздух, — предложил Паг.

Они поднялись по склону, откуда открывался вид на гигантскую воронку. Солнечные лучи играли на доспехах Талной, будто отполированных до зеркального блеска.