Гнев Безумного Бога (ЛП) - Фейст Раймонд Е. - Страница 75

— Твоя мать и сестра в безопасности. Мы вычислили предателя — одного из Ничтожных на кухне. Он оказался Жрецом Смерти и умер не сразу. Все, кого ты оставил под защитой, целы. Сестринство Ведьм Крови сохранило силы и готово выступить по твоему знаку.

— Как обстоят дела в городе? — спросил Паг, игнорируя недовольный взгляд Верховного Жреца, чьё внимание привлёк Ничтожный, осмелившийся говорить без разрешения.

— Это человеческий маг Паг, — пояснил Валко. — А тот Ничтожный — тоже человеческий маг. — Он указал на Магнуса.

— И я тоже, — раздался голос позади жрецов.

Все обернулись и увидели Накора.

— То есть я человек, но не маг, — уточнил низкорослый мужчина. — Я игрок. Хотя знаю парочку фокусов.

Жрецы Смерти, казалось, не знали, как реагировать на Накора.

— У нас мало времени, — вернул разговор в нужное русло Паг. — Какая ситуация?

— Безумие, превосходящее всё, что мы когда-либо видели или слышали, — ответил Джувон. — То, что сейчас происходит с народом этой планеты, делает Великий Отбор, который мы недавно пережили, похожим на прополку сорняков. Повсюду идёт массовая бойня, Валко.

Жрец на мгновение закрыл глаза — жест, показавшийся Пагу удивительно человечным, — затем посмотрел на молодого Рыцаря Смерти:

— Пока великое войско терпеливо ждёт отправки в мир людей, чтобы погибнуть во славу Темнейшего, десятки тысяч Ничтожных уничтожаются повсеместно.

— Повсюду, — добавил другой Жрец Смерти. — Как будто ни одно живое существо на Омадрабаре не в безопасности.

— Ничто не в безопасности, — сказал Паг. — Я знаю о разломах и магических порталах больше, чем кто-либо в моём мире или мире цурани. Эта аномалия, связывающая ваш мир и Келеван, не похожа ни на что из того, что я когда-либо ощущал.

Он сделал паузу, его голос стал жёстче:

— Пока я не окажусь ближе, не могу быть уверен, но единственное, что хотя бы отдалённо напоминает это — разлом смерти, созданный безумным магом-человеком для перехода с Мидкемии на Келеван.

— Что это за «разломы»? — спросил Валко.

— Кратко, — оборвал его Накор. — Времени в обрез.

— Разломы — это порталы между мирами, — быстро объяснил Паг. — Обычные создаются с помощью мощной и утончённой магии. Но этот, соединяющий наши миры…

Его пальцы непроизвольно сжались:

— Он работает на магии смерти, некромантии такой силы, что мне даже осмыслить её сложно. Это скорее гигантский туннель, позволяющий перемещаться в обе стороны. И питается он смертями вашего народа.

Паг посмотрел в сторону Чёрной Горы:

— Должен быть способ закрыть его. Спасти мой мир от Тёмного Бога. Но понять это я смогу, только когда доберусь туда.

— Темнейший — это раздутое создание Бездны, почти лишенное разума в своей жажде жизни. Следующий мир, мой дом, куда богаче жизнью. Именно поэтому он стремится подняться в мой мир, вместо того чтобы расширять свое влияние за пределы Двенадцати Миров, — почти про себя добавил он. — Единственная загадка, как он нашел способ перейти из вашего мира в наш.

Паг сделал паузу, затем продолжил:

— Повелитель Ужаса ищет путь в мой мир, используя смерти вашего народа как средство. Он пожирал ваш народ веками, накапливая силу и готовясь к этому переходу в мой мир. Теперь он использует это массовое убийство, чтобы разжечь разлом между нашими мирами, и ему все равно, уничтожит ли он все живое в этом мире или остальных одиннадцати, которыми правят Караны от его имени. Он уничтожит всю расу дасати, если это потребуется, чтобы достичь следующего плана реальности. Ничто не изменит судьбу Двенадцати Миров, если мы не объединимся, чтобы уничтожить Темнейшего.

Валко взглянул на Бека, чье тело было покрыто оранжевой кровью, а глаза прикованы к проходу во внутренние покои ТеКараны.

— Он — Богоубийца?

— Если не он, то я не знаю, кто же, — сказал Паг.

— Нет, — возразил Накор. — Он не Богоубийца.

Все взгляды устремились на Накора. Потрясенный, Паг спросил:

— Что ты сказал?

— Я сказал, он не Богоубийца. Бек здесь для того, чтобы Богоубийца мог уничтожить Темнейшего, но он не есть Богоубийца, — продолжил Накор.

— Я не пони… — начал Паг.

— Нет времени, — прервал его Накор. — Бек, открывай дверь!

Ралан Бек ухватился левой рукой за массивную ручку, в то время как правой сжимал меч, готовясь обрушить хаос на тех, кто ждал по ту сторону.

Паг услышал, как металлические засовы, протестуя, заскрипели и прогнулись под напором. Однако крепления, которые еще недавно надежно запирали дверь, теперь поддались мощному рывку Бека так легко, будто их и не было вовсе, куда проще, чем если бы для этого использовали осадные орудия. Паг сомневался, что даже его магия справилась бы с этой задачей столь же легко.

За дверью их ждал десяток воинов в доспехах Талной. Едва дверь распахнулась, как они единым порывом бросились на Бека. Двое пали, не успев сделать и шага; третий — едва коснулся земли второй ногой.

Тут в бой вступили Валко и остальные Рыцари Смерти Белого.

Паг кружился на месте, пытаясь предугадать, откуда последует следующая атака. Хаос у входа на мгновение заслонил ему обзор, пока он пробирался сквозь кровавую бойню. Бек методично выкашивал всех на своем пути, а люди Валко потоком хлынули в зал с обеих сторон. Их боевые кличи звонко отражались от сводчатого каменного потолка.

Здесь, Паг знал наверняка, их ждали самые могущественные Жрецы Смерти Темнейшего — те, что призваны защищать ТеКарану. Тронный зал был огромен, вытянут в овал: у одного конца — дверь, через которую они только что ворвались, по обеим сторонам — дюжина массивных каменных колонн, а в дальнем конце — плотная стена ожидающих воинов.

Пока Паг и Магнус пробивались вперед, они разглядели Жрецов Смерти, собравшихся у противоположной стены. В их окружении выделялась мощная фигура в оранжевых доспехах — сам ТеКарана. А между правителем Двенадцати Миров и нападавшими стояла целая армия защитников.

— У нас нет на это времени, — сказал Паг Магнусу.

— Понимаю, — ответил тот и взмыл в воздух, поднявшись над полем боя.

Как и все в этом мрачном и искаженном мире, личные покои ТеКараны поражали размахом. Его трон возвышался на круглом помосте, окруженном двенадцатью концентрическими каменными кольцами, расходившимися от центра зала. Стены, как и во всем дворце, были лишены чего-либо, напоминающего человеческое искусство, зато украшены трофеями — скелетами сотен воинов, по-прежнему облаченных в доспехи. Немое свидетельство власти повелителя Двенадцати Миров.

За троном зиял вход в личные покои ТеКараны, где перепуганные Ничтожные и женщины из гарема в соблазнительных нарядах робко выглядывали из-за двери. Увидев, как Магнус поднимается в воздух, большинство из них в ужасе бросилось врассыпную.

Если вид летающего Ничтожного и заставил кого-то из сражающихся замереть на мгновение, то эта нерешительность тут же стала для них роковой. Магнус метнул сжигающие лучи энергии, испепелявшие всё на своём пути — всё, кроме холодного камня пола и стен. Вспышки пламени взметнулись из одежд и плоти тех Жрецов Смерти, что не успели вовремя возвести защитные барьеры против парящего мага.

Магнус уже успел окружить себя щитом, когда Жрецы Смерти обрушили на него волну тёмной магии. Из их рук потянулись зловонные щупальца, длинные, извивающиеся ленты смерти, расползающиеся по всему залу. Жрецы не разбирали, кого убивать — своих или чужих. Они понимали: защитники уже не спасут ТеКарану, но если перебить всех в зале до подхода подкреплений, у правителя ещё будет шанс.

Паг взмахнул рукой, и ослепительная серебристо-белая вспышка иссушила щупальца тьмы, уже успевшие расползтись по залу. Жрецы Смерти содрогнулись, словно от боли, некоторые вскрикнули, когда их заклятья рассыпались в прах. Теперь всё их внимание было приковано к двум магам.

Те, кто ещё сохранил способность к сопротивлению, выпустили вперёд вихрь чёрных частиц — не то рой мух, не то смертоносную пыль, какую только можно вообразить. Паг мгновенно возвёл защитный барьер вокруг себя и Магнуса. Пока отец прикрывал их, сын обрушил на жрецов новый сокрушительный удар. Двое из них рухнули на пол с воплями, охваченные живым пламенем.