Гнев Безумного Бога (ЛП) - Фейст Раймонд Е. - Страница 18

Воздух наполнился жужжанием, а тени между исполинскими стволами деревьев зашевелились, будто сама тьма обрела плоть.

Пустотники! — крикнул эльфийский предводитель Каспару. — Не дайте им коснуться вас!

— Тогда верните нам оружие для защиты!

Эльф проигнорировал просьбу, не отрывая взгляда от периметра. Крик впереди колонны возвестил о начале атаки.

Словно кошмарные видения, в воздухе замелькали вспышки тьмы — теневые формы, ускользающие от взгляда. Каспар гордился зоркостью охотника, но не мог понять, на что смотрит.

Клинообразные, двигающиеся скорее как морские скаты, чем птицы, существа носились быстрее стрижей, меняя направление с невозможной резкостью. Они были настолько плоскими, что при повороте будто исчезали на мгновение, становясь неуязвимой мишенью. Каспар понял: попасть в них мечом будет трудно, стрелой — почти невозможно.

Эльфийские воины держали мечи наготове, но Каспар уже понимал, что любое соприкосновение стали с этими стремительными существами будет чистой случайностью. Единственное, что вселяло надежду — хрупкость созданий, их почти бесплотный вид. Казалось, даже лёгкого удара хватит, чтобы уничтожить их. Но как попасть? Вот в чём вопрос.

Однако размахивание мечами заставляло призрачных тварей колебаться. Каспар услышал голос Джима Дашера, кричащего неподалёку:

— Они боятся стали! Пряжки ремней!

Солдаты молниеносно сорвали ремни, катаясь по земле, словно обезумевшие тряпичные куклы. Одни встали на колени, сложив ремни для удара, другие обмотали их вокруг кулаков, выставив пряжки наружу.

Пустотники резко сворачивали, избегая соприкосновения, но Каспар был опытным охотником и понимал, что это лишь разведка.

— Не подниматься! — рявкнул он. — Они атакуют… сейчас!

Как будто повинуясь его команде, тени ринулись вниз. Эльфы, явно знакомые с этими тварями, встретили их во всеоружии. Люди же, отобранные Конклавом за стойкость и мастерство, действовали слаженно.

Боковым зрением Каспар отметил Джомми справа, Сервана слева и Джима Дашера чуть позади — каждый прикрывал фланг соседа. И в этот момент чёрный ужас устремился прямо на него.

В последний миг Каспар разглядел крошечные глаза-самоцветы с золотистыми искрами, зияющую пасть с игольчатыми алыми зубами.

Со всей силы он ударил пряжкой под «подбородок» твари. Удар отозвался в руках, будто он рубанул мечом по дубу. Пустотник отлетел, беспомощно кувыркаясь, потеряв способность летать. При ударе о землю вспыхнул сизо-голубой свет, и существо исчезло, оставив лишь маслянистый чёрный дым.

Джомми тоже успел нанести удар, но попал по своему противнику не по центру, отчего тварь лишь отлетела в сторону. Серван пригнулся, а Джим Дашер, обмотав кулак ремнём с пряжкой, ударил сверху. Он скривился от боли — удар отозвался во всей руке.

Во всех трёх случаях результат был одинаков: с призрачным воплем твари отступили.

Каспар окинул взглядом отряд. Большинство его людей остались невредимы, но двое лежали на земле, корчась от боли. У одного тварь вцепилась в ногу, и сизые клубы дыма поднимались от места касания. Другого существо поразило в грудь — он выгнулся так, что Каспар подумал, не сломает ли тот себе позвоночник.

Эльф подбежал к первому и ударил мечом по спине твари. Вспыхнул синий огонёк, и Каспар впервые разглядел, что клинки эльфов сделаны не из стали, а из какого-то незнакомого металла. Тварь отпустила свою жертву.

Второму повезло меньше: эльф, подойдя к нему, пронзил мечом и тварь, и человека разом. Оба погибли мгновенно.

Каспар едва увернулся от очередного нападающего, но существо задело его затылок. Ледяное жжение пронзило кожу, будто что-то высасывало из него тепло. Как от обморожения, — мелькнуло в голове воспоминание из детства, когда он в горах схватился за переохлаждённый кинжал и содрал кожу.

Внезапно колонну окутало мощное энергетическое поле — эльфийские маги наконец вступили в бой. Пустотники развернулись и бежали.

— Руб! Они вернутся со своими хозяевами! — закричал предводитель эльфов.

Каспар, не обращая внимания на мертвеца на дороге, скомандовал:

— Хватайте раненых и тащите их!

Он подхватил солдата с поражённой ногой, тело было ледяным на ощупь, и взвалил его на плечи, как тушу убитого оленя. Раненый слабо застонал, но Каспар и не думал бросать своих. Даже в дни своего безумия, под влиянием злого мага Лесо Варена, он соблюдал принцип, завоевавший ему преданность войск: на поле боя каждый солдат — брат. Живых не оставляют.

«Да, я бывал жестоким ублюдком, — мысленно признал он, — но ублюдком, который не бросает своих».

Каспар не сводил глаз с дороги, и через двадцать ярдов бега между деревьев мелькнул деревянный частокол. По беглому взгляду он определил, что укрепления были серьезными — бруствер возвышался футов на двадцать над основанием. В нем тут же проснулся солдат, мгновенно оценивший сложность штурма такой позиции: подъем в гору под градом стрел… Хотя для умелых инженеров при поддержке дисциплинированных солдат это не стало бы проблемой. Но Каспар подозревал, что укрепления таят в себе больше, чем кажется на первый взгляд.

Мысли неслись быстрее, чем ноги: пара осадных черепах с саперами могла бы подкопать основание двух-трех кольев в стене за час. Он бросил взгляд на дорогу: добротный крытый таран при поддержке лучников, вероятно, проломил бы ворота вдвое быстрее. Если бы, конечно, не магия…

На вершине холма, вплотную к скале, стояли невиданные Каспаром деревянные строения, окружённые мощной стеной. По мере приближения открылись детали: вырубленная поляна представляла собой чистое поле смерти для атакующих, земляной редут прикрывал ворота, а сужающаяся дорога заставляла бы врагов скучиваться под убийственным обстрелом.

Справа от Каспара простиралось поле, изуродованное годами сражений. Что-то в нём было странное, думал он, изо всех сил стараясь донести раненого до безопасного места, но он не мог понять что именно. В этом поле боя ощущалась какая-то иная суть, скорее угадываемая, чем видимая.

Внезапно позади бегущих раздался протяжный вой, и Каспар резко обернулся, чтобы увидеть преследователей.

Пустотники неслись сзади, но за ними вплотную следовали существа, которые могли быть только демонами из самых глубин преисподней. Окутанные клочьями угольно-черного тумана, чернильно-тёмные всадники восседали на созданиях, будто порождённых горячечным бредом.

— Бан-Ат, защити! — прошептал Джим Дашер, прижимаясь к Каспару.

— Бегите! — закричал Каспар, видя, что некоторые солдаты застыли в ужасе.

Люди бросились врассыпную, эльфы забыли о своей роли тюремщиков — все стремились к спасительным стенам. Каспар ожидал увидеть на стенах лучников, готовых прикрыть отступление, но вместо этого заметил лишь несколько лиц над зубцами — и ни у кого из них не было луков.

Их скакуны напоминали вытянутых волков, но двигались с почти кошачьей грацией. Как и летающие твари, они казались сотканы из теней и тьмы, но обладали бледными молочно-белыми глазами.

Всадники имели грубую человеческую формы, но их очертания расплывались по краям, а за ними тянулся дымчатый шлейф, мгновенно растворяющийся в вечерних сумерках. Они выли, и Каспар разглядел в их руках оружие — длинные клинки, мерцавшие и искрившиеся зловещей энергией кроваво-красного оттенка.

Обременённый ношей, Каспар из последних сил пробивался к крепости, вновь обретая ту самую волю, что когда-то делала его опасным врагом, а позже — ценным союзником Конклава Теней.

— Где ваши лучники? — крикнул он.

Предводитель эльфов обернулся:

— Стрелы бессильны против их хозяев! Нам нужно добраться до ворот! Он повернулся и побежал, явно не заботясь о том, успеют ли пленники укрыться до начала бойни.

Каспар изо всех сил пытался не отставать — до убежища оставалось не больше сотни ярдов. Первые эльфы уже достигли цели, и его охватил ужас, когда он понял, что отстают именно его люди.

— Чёрт вас побери! Помогите нам!