Оникс и слоновая кость - Арнетт Минди - Страница 51

– А что будет потом?

Корвин снова приподнялся на локте, на его губах заиграла лукавая усмешка:

– Ну если сегодня ночью нам понравится, завтра утром мы повторим. И послезавтра. И послепослезавтра.

Он хотел ее снова поцеловать, но она увернулась.

– В чем дело, Кейт? – Корвин наморщил лоб.

Его рука продолжала поглаживать талию, перебирая камушки лунного пояса.

«О боги, на мне же лунный пояс!» Страсть мигом остыла. Неудивительно, что Корвин действовал так напористо. Наверняка решил, что все это ей не в новинку, причем еще в Фархольде, когда она выронила амулет. Корвин принимал Кейт за ту, кем она вовсе не являлась. То есть за девицу, не чурающуюся плотских утех и не относящуюся к ним серьезно. Но для Кейт существовали только серьезные отношения. Да, она носила лунный пояс, но оставалась все той же, прежней Кейт.

– То есть ты хочешь, чтобы я попросил тебя как принц? – недоуменно спросил Корвин.

Теперь настала ее очередь недоумевать.

– О чем?

– Кейт Брайтон, хочешь ли ты стать моей любовницей?

– Кем-кем?! – Она села, спихнув Корвина с себя на кровать.

Вскочив с постели, Кейт переспросила, кипя от возмущения:

– Твоей любовницей?

Вот, значит, как… Он говорил, будто не хочет, чтобы она уезжала из Норгарда, и решил таким образом убедить ее остаться?

– Ну ты же понимаешь, что означает это слово, – буркнул Корвин.

– Да уж понимаю, – рявкнула она.

Среди аристократов, вынужденных заключать браки по расчету, а не по любви, брать содержанку не считалось чем-то зазорным. Временами фавориты или фаворитки получали такую власть, что официальные супруги отходили на второй план.

«Супруга…» Кейт стало плохо от одной мысли, что придется делить Корвина с другой женщиной. Нет, ни за что на свете. Она надела халат и завязала пояс.

– Нет, Корвин. Ничьей любовницей я не стану. Похоже, ты вообще меня не знаешь, раз смеешь предлагать подобное.

– Ничего не понимаю, – растерянно пробормотал принц, поднимаясь с кровати. – Ты же хотела этого не меньше меня. – Он беспомощно развел руками.

– Да, хотела, – не стала отрицать Кейт.

«И все еще хочу!» – откликнулось тело. Какое счастье, что Корвин не мог этого слышать. Кейт медленно вдохнула и выдохнула:

– Просто рассчитывала на несколько иное. По крайней мере, мне так представлялось. Однако теперь поняла, что не смогу отдаться тебе без полной взаимности.

– В каком смысле?

– А как же твоя будущая жена? Принцесса, на которой ты когда-нибудь женишься. – Кейт уперла руки в бока. – Что, опять не дошло? Сам-то ты смог бы делить меня с другим мужчиной?

– Абсолютно исключено, – сердито фыркнул Корвин, раздувая ноздри.

– Вот тебе и ответ. – Кейт вновь глубоко вздохнула, стараясь не вспылить. – Я не собираюсь жить чужой жизнью. Даже ради тебя.

– Я никогда тебя об этом и не просил, – Корвин отвел взгляд, – но ты же знаешь, я не волен выбирать себе жену.

Кейт знала. Хотя…

– Ты – верховный принц. А можешь стать и верховным королем. Тогда тебе ни перед кем не потребуется держать ответ.

– Кейт, это нечестно. Все не так просто и…

– Однако возможно! – возмутилась она. – Если ты, конечно, захочешь… – Кейт не закончила фразу.

Ее вновь охватило разочарование, которое она испытала несколько лет назад. Корвин и тогда предпочел ей королевство.

– А я думал, мы опять станем друзьями… – На лице принца появилось затравленное выражение, превратив его в мальчишку. – И все будет как раньше.

Кейт сжала губы, вспоминая несколько последних недель. Конные прогулки, перешучивания, якобы случайные прикосновения. Исподволь он вновь завладел ее сердцем, заставив забыть о разделяющей их пропасти.

Он – верховный принц, и от этого никуда не деться.

– Прошлого не вернуть, Корвин, – тихо произнесла Кейт. – Оно умерло вместе с моим отцом.

Принц нахмурился и виновато потупился. Потом он быстрыми шагами вышел из комнаты, оставив Кейт одну в темном безмолвии наедине с ее гордостью.

22. Кейт

УТРОМ «ЗАВЕТНЫЙ КЛИНОК» выглядел по-другому. Здесь было тихо, почти безлюдно, даже уютно, как ни странно. Сквозь окошко над входной дверью заглядывало солнце, согревая затылок Кейт, ожидавшей госпожу Анисс. Девушка, впустившая ее, тоже совершенно отличалась от вчерашних: в обычной юбке и скромной блузке. Не обращая внимания на Кейт, она протирала деревянный помост пропитанной олифой тряпкой.

Вытянув шею, Кейт заглянула в главный зал. Издалека доносился звон посуды, аппетитный запах щекотал ноздри, напоминая, что она удрала из замка пораньше, не дожидаясь, когда у двери появится Корвин и примется искушать ее сладкими булочками. Глупо, конечно. Вряд ли принц пришел бы после вчерашнего. Скорее всего, она торопилась покинуть замок именно для того, чтобы не терзаться его отсутствием.

«Все к лучшему», – напомнила она себе. Им и не следовало снова сближаться. Кейт всегда знала, что вместе им не бывать, просто в очередной раз столкнулась лицом к лицу с жестокой правдой.

Неприметная дверца открылась, и за ней появилась госпожа Анисс:

– Входи, Кейт Брайтон.

Кейт прошла внутрь. Поджилки у нее тряслись. В душе она была готова к тому, что ее опять прогонят. В комнатке все оставалось по-прежнему. Окна здесь не было, и темноту разгоняли две свечи. Хозяйка жестом показала Кейт на стул. Та повиновалась и села, сложив руки на коленях и едва сдерживаясь, чтобы не выпалить все вопросы разом. Анисс уселась за стол, сцепив перед собой пальцы. На ней, как и вчера, было строгое платье, в этот раз – цвета грозового неба.

– Прежде, чем мы начнем разговор, я хочу дать тебе шанс и предлагаю уйти, пока еще не поздно.

Кейт вскинула бровь. Она что, шутит?

– Со всем уважением, госпожа, не для того я так далеко зашла, чтобы теперь повернуть назад.

– Однако знай ты, куда заведет путь, скорее всего, вообще на него не ступила бы. – Анисс откинулась на спинку. – Ответы, которые ты ищешь, навсегда изменят твою жизнь. Причем так, как ты и представить себе не можешь. Уже нельзя будет отмахнуться от услышанного. Насколько я понимаю, твоя нынешняя жизнь в Норгарде легка и беззаботна. Принц Корвин заботится о тебе, ты живешь в старых отцовских покоях, чего же больше?

Кейт выпрямилась; разговор коснулся слишком деликатной темы.

– Я живу в замке временно. Он никогда не был моим домом. И вернулась я в Норгард лишь затем, чтобы узнать правду об отце.

Анисс пристально посмотрела на нее, потом кивнула.

– Ну, будь по-твоему. – Она выдвинула ящик стола и достала великолепный сапфир размером с грецкий орех.

По его синим граням пробегали искорки заклинания. Кейт мгновенно узнала камень. Они с Сигни видели такие несколько дней назад в орденском доме, куда наведались, чтобы помочь Тому создавать скорострелы без риска быть пойманным. Идея посетила Кейт после происшествия в Кочевом лесу. Если тот, кто посадил дневных драконов в яму, смог спрятать их с помощью обычного маскирующего заклинания, почему бы и Тому не попробовать спрятать так свою магию? Однако заклинания подходящей силы были заключены в драгоценных камнях, оказавшихся им с Сигни не по карману. «Продав дублет, мы смогли бы такое купить», – подумала Кейт, с ужасом вспомнив, в каком он теперь состоянии. Что скажет Сигни, когда вернется из Тивальда?

– На нем – связующие чары, – сказала Анисс, кладя камень на стол. – Если человек нарушит обет, на него падет проклятие. Все тело покроется волдырями и язвами, в том числе чересчур болтливый язык.

Кейт поежилась, живо представляя эту картину. Когда она была маленькой, один молодой придворный был наказан подобным же образом, после чего несколько недель не мог сесть в седло. Потом, правда, проклятие рассеялось. Тогда Кейт казалось, что это самое суровое наказание, которому только можно подвергнуть человека.

– Прежде чем я раскрою тебе тайну, – продолжила Анисс, – тебе придется поклясться хранить ее до смерти. Истина, которой ты так жаждешь, опасна не только для тебя.