Современный зарубежный детектив-4. Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Барнс Дженнифер Линн - Страница 955

И тут я слышу короткий гудок клаксона. Он напоминает тихое и вежливое тявканье Барфли, когда он чего-то просит.

На парковке, в пятидесяти ярдах от меня стоит белый пикап. Фары вспыхивают один раз. Потом второй. Я направляюсь в его сторону. Он медленно трогается в мою.

– Ну что, пришлось отрастить новенькую руку? – спрашивает Карл, как только я открываю дверь.

Примерно это же чувство, должно быть, испытывала Патти Херст – благодарность по отношению к человеку, который лишил ее всего. Первым делом я с удивлением замечаю на консоли свой пистолет, а на полу под сиденьем – сумочку.

Вторая новость – лежать Барфли теперь негде. Он сидит, весело высунув язык и часто дыша. Все заднее сиденье забито нашими сумками, автомобильным холодильником, скомканными спальными мешками, грязной одеждой и огромным открытым пакетом «Читос», который я не покупала. Кота нигде нет.

– Давно ты меня караулишь?

Карл пожимает плечами.

– В отель мы не вернемся?

– Шутишь?! А вдруг там засели головорезы на тачке? Они ведь явно хотели тебя задавить. Мне в отличие от тебя жить еще не надоело. Пора двигать.

– Они могли и за «Скорой» проследить. Может, они прямо сейчас за нами наблюдают.

– Разберемся.

Карл вручает мне розовую бумажку – из тех, которыми я помечала нужные страницы в его книге. Буквы и цифры, нацарапанные его рукой, скачут у меня перед глазами, словно блохи. Я пару раз моргаю, но все равно не могу ничего разобрать.

– Голова кружится? – спрашивает Карл. – Это номер той машины, которая тебя чуть не задавила. Я запомнил и записал. Пробить можешь? Есть такие знакомые?

– Почему ты так уверен, что это была не случайность?

– Слишком уж яростно заревел двигатель на повороте.

– Я сейчас ничего не соображаю, – говорю. – Мне нужны болеутоляющие.

Порывшись в сумочке, достаю бумажник. Вроде бы ничего не пропало. Я выкладываю на приборную доску немного наличных и нахожу липовое удостоверение личности с именем, которое указано в рецепте.

– Так, меня не будет минут двадцать – забегу в больничную аптеку.

Уже на улице я вспоминаю про спрятанные в номере деньги.

– А ты, случайно, ничего не находил в ванной?

– Две пачки наличных в рулоне туалетной бумаги. Они сейчас во внутреннем кармане твоего чемодана. Это все?

– Да.

Странно все-таки устроен его разум. Такие мелочи подмечает, а главного не помнит.

Я медлю, но все-таки задаю вопрос:

– Куда кота дел?

– Заплатил сотню хорошенькой официантке из «Пайсано», чтобы она подержала его у себя несколько дней. Обещал еще три сотни, когда вернусь. Сосис явно не создан для путешествий в отличие от Барфли.

– И где ты возьмешь триста долларов? – ехидно осведомляюсь (ну, не могу ничего с собой поделать!).

– А ты как думаешь?

Я все еще держу в руке бумажник с наличными. Не знаю, сколько моих денег осталось у Карла, но все же отсчитываю ему три сотни.

Ведь он за мной вернулся. Значит, и за котом вернется – по крайней мере можно тешить себя этой надеждой.

54

– Прежде чем ты проглотишь эти пилюли, я должен задать несколько вопросов, – мрачно говорит Карл.

– Валяй. – Принимаюсь зубами разрывать бумажный пакет из аптеки. – У тебя есть ровно шестьдесят секунд. На всякий случай: я не знаю, кто пытался меня задавить. Можешь не спрашивать.

Мы все еще сидим на больничной парковке: стекла опущены, двигатель выключен.

– Почему ты так спокойна?! – возмущается Карл.

– Я не спокойна. Мне тоже страшно. У тебя тридцать секунд. – Я пытаюсь открутить крышку с защитой от детей. Не вижу смысла рассказывать Карлу про двух громил из «Черного пони». И про то, что именно они скорее всего пытались размазать меня по асфальту.

– Я открою тебе пузырек при одном условии, – говорит Карл. – Ты позвонишь своему человеку.

– Какому еще человеку?

– У тебя явно есть связи, иначе как ты узнала обо мне? И откуда у тебя в багажнике был мой старый фотоаппарат? Я точно знаю, что полиция забрала его в качестве улики. Короче, продиктуй своему человеку номер этой машины, пусть пробьет. Нам нужна информация.

Выходит, Карл все-таки нашел Джорджа. Но почему не забрал? Я вспоминаю разбросанные по песку осколки объектива и тут же начинаю жалеть о содеянном. Слишком неосмотрительный поступок – камера могла понадобиться мне для переговоров. Но сейчас я мечтаю только об одном: приставить к виску Карла дуло своего пистолета.

– Я бы не хотела, чтобы… мои люди узнали, где мы находимся.

– Так позвони им и потом выбрось телефон в окошко. У тебя в рюкзаке еще два одноразовых мобильника как раз на такой случай.

Пока я лежала в больнице, Карл явно не спал. И не самородки пересчитывал. Он рылся в моих вещах!

– Давай кое-что проясним. Мы с тобой – не команда! – Я бросаю ему пузырек с таблетками.

– Звони, говорю! Я не отвинчу эту крышку и никуда не поеду, пока ты не позвонишь. А вести машину с переломанным крылышком ты не сможешь.

Карл достает из нагрудного кармана мой мобильник. Последний раз я видела его на асфальте. Однако он не сломался.

Энди снимает трубку со второго гудка.

– Куда ты пропала?! Ты одна? – Или Энди врет, или мне в самом деле удалось избавиться от трекеров.

– Вчера вечером меня хотели задавить. Я успела записать номер машины. Пробьешь?

Молчание.

– Я же велел тебе прекратить это безумие. В чем дело, Рейчел?

– Ты знаешь, кто эти люди?

– Ладно, диктуй чертов номер.

Цифры и буквы на бумажке перестали скакать, и я диктую.

– Тебе перезвонить на этот телефон? – спрашивает Энди.

– Нет, я сама позвоню.

– Если хочешь, могу за тобой приехать. Куда угодно.

– Спасибо за заботу, – говорю я и показываю Карлу большой палец.

– Погоди…

Я вешаю трубку, вытаскиваю батарейку из телефона и выбрасываю его в кусты.

Энди что-то известно. Возможно, он даже знает, где я нахожусь.

Беру с консоли свой «глок» и проверяю магазин. Пистолет по-прежнему полностью заряжен.

– Я все гадаю, стреляла ты в кого-нибудь из этой штуки или нет, – говорит Карл, выезжая с парковки.

Поскольку это не очень похоже на вопрос, отвечать необязательно.

55

Яодна, тону в белом. Вокруг белые стены и белый потолок, на мне белое платье. Единственное пятнышко цвета – розовая бумажка у меня в руке. Я знаю, где я: в комнате страха. У меня ровно пятьдесят семь секунд, чтобы отсюда выбраться. Да, это сон, но пробить дорогу к яви и реальному миру пока не получается.

Эта комната совершенно не похожа на ту, в которой однажды меня запер тренер. Тогда я оказалась в самой обыкновенной гостиной, только на запястье был таймер, а по всей комнате припрятаны подсказки.

Как можно вспоминать что-то прямо во сне?

Смотрю на розовую бумажку. Осталось двадцать четыре секунды. Двадцать три.

Ага, все ясно. Это тот же самый набор букв и цифр, который дал мне Карл – номер машины. Символы уже спрыгнули с листка, ползают по стене, щекочут мне руки.

Слышу чей-то зов. Из-за стенки? Осталось четыре секунды.

Открываю глаза навстречу слепящему солнцу.

Карл трясет меня за плечо. Наш пикап ютится на узкой обочине. Мимо проносится огромная фура – очень близко. Всю машину трясет, словно мы угодили в зону турбулентности.

Голова идет кругом. Я озираюсь по сторонам. Местность совсем не похожа на западный Техас.

– Где мы? – сиплым голосом выдавливаю я. В руке и голове пульсирует боль. – Ты же собирался ехать в Малшу. На дедушкину ферму.

– Нет, мы возвращаемся в Форт-Уэрт. Ты же бомба замедленного действия, черт подери! Я-то надеялся на увеселительную поездку и «уотабургеры» на обед и ужин, а что имею в итоге? – Мы снова едем по шоссе. Карл ведет машину аккуратно, как заботливый отец.

Ну-ну. Это я-то – бомба?