История грешников (ЛП) - Толлэм Мелли Т. - Страница 67

Легкий шепот позвал меня по имени, не Дуана или Далия, но что-то такое, что невозможно было выразить словами, просто звук мягкого открытия. Каким-то образом я поняла, что это мое имя. Мой взгляд метнулся в направлении этого звука, и мои глаза расширились.

На вершине трона восседал мужчина, отлитый из камня. Длинные, покрытые золотыми перьями крылья распростерлись за его спиной, а золотой обруч был врезан в его лоб. У него были решительные черты лица и длинная золотистая борода, окруженная струящимися золотистыми волосами. Его глаза отливали золотом, в то время как его тело оставалось окаменевшим и безжизненным на этом троне, по краям которого собиралась паутина. В руке он держал посох, светящийся наконечник которого сиял в полумраке помещения.

Мне не нужно было объяснять, кем он был для всего мира или для меня. Какое-то глубокое знание заявило об этом еще до того, как мой разум смог осознать, на кого я смотрю.

Светило.

Солярис.

Мой отец.

Голос с акцентом колокольного звона заговорил снова.

Спаси их.

Затем все погрузилось во тьму.

Глава 37

Малахия

Когда тьма и свет сольются, сила миров навсегда останется в их власти.

Тьма и свет. Тень и Светило. Пророчество всегда предсказывало будущее этих двоих. Именно поэтому я всегда знал, что Дуана должна быть моей и только моей. Мы были двумя половинками одного целого, означавшими, что двое переплетутся и изменятся, как единое целое, чтобы править мирами.

Но это было задолго до того, как я узнал, что у моего отца есть еще один сын. У меня был брат, у которого была не только тьма, но который содержал и тьму, и свет, все в одной, высокомерной форме.

Благодаря сочетанию моих и Матильды способностей, мы смогли заглянуть в будущее, прошлое и настоящее. Мы смогли разорвать защитное заклинание, которое скрывало Райкена из виду, в клочья, и то, что я обнаружил, что ж, это не было хорошей новостью, по крайней мере, для меня. Он был не только Тенью, но также Фейри и Светилом, благодаря наследию своей матери, которое сделало его всем, о чем говорилось в пророчестве.

Я не мог этого допустить. Я бы этого не допустил.

Было ясно, почему королева фейри зашла так далеко, чтобы сохранить свой секрет. У него на спине действительно была очень большая мишень.

Я положил в карман кристалл, который содержал его силу, и пнул его бессознательное тело ботинком. Кем он был, больше не имело значения, потому что без своей силы он был бесполезен. Я бы оставил его в живых сейчас, ради Дуаны, но если бы он когда-нибудь снова стал проблемой, я бы убил его на месте.

Она лежала без сознания поверх его тела, трансформация, которой она ждала, теперь завершена.

Пора было уходить.

Я провел пальцами по пушистым крыльям на спине, таким мягким и нежным, и осмотрел их, изучая, как великолепные рыжие волосы теперь были окрашены золотыми прядями. Я несколько раз пробовал подстричь волосы, надеясь, что они станут золотистыми, но вместо этого просто остригались кончики.

В конце концов, она была наполовину человеком.

Ее рука была переплетена с его рукой, и хотя он был явно сбит с толку, с закрытыми глазами, его пальцы крепко сжали ее, отказываясь разжать хватку. Мои колени подогнулись, когда я присел, просунув руку под ее спину, и звук протеста сорвался с губ моего брата, его хватка на ее руке усилилась.

Даже сейчас, сломленный и в синяках, в полубессознательном состоянии, он боролся за неё.

Я убрал его пальцы с ее руки и крепко прижал их к своей груди, вдыхая сладкий аромат лаванды, въевшийся в мою кожу. Приглушенные протесты донеслись с поля боя, когда я перешагнул через неподвижные тела ее друзей. Несколько рук лениво потянулись вверх, как будто они могли остановить то, что должно было произойти дальше.

Она отправится со мной в Иной Мир, где ей самое место.

Когда тени закружились вокруг нас, король людей закричал и побежал в нашу сторону, как будто мог дотянуться до нас прежде, чем мы исчезнем. К его чести, он подошел близко, но недостаточно близко.

Тени поглотили нас целиком, и мы понеслись к той расщелине глубоко в каньонах смертных. Легкий ветерок развевал ее волосы, когда мы приземлились за пределами портала, и я поцеловал ее в лоб. Она была такой милой, когда спала.

Спящая Дуана всегда была моей любимой версией. В ней было столько потенциала, когда она была в отключке. Я бы дал ей шанс привыкнуть к тому, что у нее есть еще одна пара, но если бы она отказалась, я бы либо вынудил ее, либо укусил.

Портал затанцевал в честь нашего прибытия, празднуя возвращение своих короля и королевы, и я вошел внутрь, вздохнув с облегчением.

Расплавленные вулканы чуть не взорвались от радости. Темно-бордовая молния прорезала грозовое небо. Призрачные существа летали над нами, разрушая город, крича о своей победе. Пока Дуана спала у меня на руках, я осматривал Иной Мир.

Она была бы здесь счастлива.

У нее не было другого выбора.

Словно почувствовав её присутствие, темные тучи в небе разделились, и свет проник сквозь них на большие каменные ступени, вмонтированные в вершину горы и ведущие высоко в небо.

Вход в страну Светил.

Я цокнул языком. Мы не могли этого допустить.

Подняв руку, я переместил тени и убедился, что гроза тяжело нависла над тропинкой, скрыв вход в небесное королевство.

Она никогда не должна узнать о его присутствии.

Как только лестница исчезла целиком, я повернулся к порталу и сжал кристалл в кармане. Я бы сохранил силы моего брата, если бы они не были такими ядовитыми для моих собственных. Его силы были силой порталов и миров, Светил и Теней, они обжигали на ощупь, даже сквозь мою покрытую в кожу ладонь.

Кристалл упал на землю, и из него полился серебристый свет, распространяя, образуя барьер, подобный паутине. После нескольких произнесенных слов на древнем языке портал теней закрылся.

Другие придут за Дуаной, но они не смогут войти, по крайней мере, в течение очень долгого времени. Они могут попытаться заполучить нас, но у них никогда не получится. Чтобы открыть портал, потребовался бы самый мрачный ритуал, который ее друзья никогда бы не выполнили.

Это была правда, что мой брат ни перед чем не остановится, чтобы добраться сюда, и это вызвало легкую тревогу у меня в основании черепа. Он мог бы узнать об ритуале и принести в жертву трех девственниц, которых сочтет необходимыми для открытия портала, но если бы он это сделал, маловероятно, что моя милая Дуана все еще любила бы его.

Если бы он когда-нибудь полностью принял свою сторону теней, он стал бы монстром, таким же, как я.

Дуана ужасно боялась монстров.

Кроме того, им потребовались бы недели, чтобы раскрыть точные детали ритуала. Недели, которые в этом мире равнялись годам.

Я фыркнул при этой мысли.

У меня на стороне была одна вещь, которой не было у моего брата.

Время.

Продолжение следует…