История грешников (ЛП) - Толлэм Мелли Т. - Страница 23

— Да, есть. Всемогущий король Камбриэля описался от страха.

Филл хихикнул рядом со мной, а Эулалия протянула руку и ущипнула его за руку, фактически заставив замолчать.

Финн нарушил тишину шепотом.

— Сегодня именины твоей пары.

— Похоже на то.

— Я тоже забыла, — вздохнула Эулалия, откидываясь на спинку стула.

Я не забыл. Я просто никогда не знал, несмотря на все те годы, когда с тревогой наблюдал за ней из-за углов дворца. Эта простая, но важная информация ускользнула от моего понимания, и я возненавидел себя за это. Когда мы впервые заговорили, не было ни «привет», ни «как дела?». У нас никогда не было шанса по-настоящему узнать друг друга — лишь украденные мгновения, язвительные поддразнивания и ультиматумы.

Виноват в этом не только Эйден, но и я сам.

Дверь приоткрылась, и послышался голос Эйдена.

— Редмонд, почему я не знал об этом месте?

— Вы никогда не спрашивали.

Редмонд пожал плечами, входя в комнату и садясь рядом с Матильдой.

Эйден занял место на противоположной стороне стола вместе с Джорджом и Брэндоном.

— Мне и не нужно было спрашивать. Это мое королевство, и я должен знать каждый его дюйм.

— Будьте осторожны в своих желаниях, ваше высочество, — сказал Редмонд.

Сидевшие за столом терпеливо ждали, пока Эйден объяснит, зачем он позвал нас сюда, но он ничего не сказал. Он только скрестил руки на груди и уставился на меня своими голубыми глазами, поджав губы, как будто сомневался, что скажет дальше.

— Почему так долго? У тебя были слишком мокрые штаны? — спросил я.

Эулалия застонала, и Эйден прищурился.

— Скажи это, — потребовал Джордж. — Ты не можешь продолжать держать ее у себя.

То, что Эйден сказал дальше, потрясло нас всех.

— Верховный король Страны Фейри, — начал он, затем остановился со вздохом. — Нам нужно обсудить Далию. Она больше не может оставаться в Камбриэле. Ты должен забрать её. Её присутствие здесь подвергает опасности и её саму, и моё королевство — и так будет продолжаться и дальше. Я не смогу защитить её, не тогда, когда само её существование притягивает столько хаоса.

— Согласен, — выпалил я почти автоматически.

Моим первоначальным планом было хладнокровно убить его, пока он буксирует, но сойдет и это. Сначала заберу Далию, а потом вернусь и убью Эйдена — как только война закончится и от него больше не будет пользы.

— Что ты хочешь взамен?

— Подкрепления будет достаточно. Мне может понадобиться помощь в дальнейшем, но я думаю, что для Камбриэля будет лучше всего избавиться от нее.

Его слова разозлили меня. Далия не была предметом или игрушкой, которую можно использовать и выбросить, но я был не из тех, кто пренебрегает дареным конем. Итак, я поднялся со своего места и протянул ему руку в знак предложения, не желая давать ему возможность передумать. Он сможет усвоить свой урок позже.

— Это сделка.

Прежде чем Эйден успел протянуть руку и пожать мою, закрепляя сделку, тихий, робкий голосок прозвучал рядом со мной.

— Это не сработает.

Все взгляды в комнате устремлены на Матильду, потрясение погрузило пространство в тишину. Никто никогда раньше не слышал, как говорит маленькая провидица, за исключением Эулалии. Морщинистые черты лица маленькой девочки сжались, глаза быстро побелели, затем пришли в норму — если это можно назвать нормальными чертами.

— Лучше всего оставаться там, где мы есть.

Я откинулся на спинку стула, прищурившись, глядя то на Эулалию, то на ребенка рядом со мной.

— А что произойдет, если мы этого не сделаем?

Она перевела на меня свои странные пустые глаза и встретилась с моими.

— Ты бы не хотел узнать ответ на этот вопрос.

С другого конца стола донесся стон; Джордж был явно раздосадован тем, что на него взвалили мою пару.

Эйден вздохнул с облегчением, и я бросил на него уничтожающий взгляд. Он не хотел, чтобы Далия уходила — единственная причина, по которой он согласился на это, заключалась в том, что Джордж наконец-то уговорил его.

— Время изменчиво, как и судьба, — вставила Эулалия, свирепо глядя на двух простаков.

Я улыбнулся, затем быстро взял себя в руки, когда она перевела взгляд в мою сторону.

— Один неверный шаг может положить конец миру, каким мы его знаем. Существует множество возможностей, и почти каждый исход приводит к тому, что наш мир разлетается в клочья. Все, кроме одного.

— Какого? — спросил Эйден, адресуя вопрос маленькой провидице.

— Матильда не может тебе сказать, — вмешалась Эулалия, и Эйден возмутился, что от него отмахнулись. — Никому, кроме Матильды, не позволено заглянуть в будущее. Знание возможностей того, что произойдет, часто сбивает наши судьбы с курса.

— Тогда в чем смысл всего этого? — Джордж взмахнул рукой в воздухе.

— Она должна быть нашим проводником, а не инструментом. Использование видений провидицы для нашей собственной выгоды только направит судьбу по безжалостному пути, — сказала Эулалия, и ее глаза затуманились, когда она прошептала:

— Однажды я уже совершила эту ошибку.

Я не знал, что конкретно она имела в виду; говорила ли она о трибунале с Далией или о том, как весь ковен был захвачен командой Эйдена, чтобы использоваться в качестве пешек. Тем не менее, ведьмы должны были быть в состоянии предотвратить поимку, и было ясно, что ранее что-то пошло не так.

Тем не менее, Эулалия все еще не извлекла уроков из этих ошибок и продолжала использовать смутные видения провидицы в качестве основы для будущих действий. В лучшем случае это было лицемерием.

Финн сжал руку Эулалии под столом, и Эйден издал побежденный звук, проводя ладонью по лицу.

— Тогда что же нам прикажешь делать?

— Матильда, — подтолкнула ее Эулалия, — скажи им.

Взгляд маленькой провидицы расфокусировался.

— Мы ничего не делаем. Мы остаемся невовлеченными и позволяем судьбе развиваться без какого-либо вмешательства. Для одного из нас вмешательство означает проклятие нашего мира. Мы должны доверять суждениям Далии и умиротворять Короля Иного Мира.

За столом послышался шепот, затем Джордж усмехнулся.

— Здравый смысл не является сильной стороной Далии. Как мы можем доверять ей в принятии правильных решений?

— Судьба в ее руках, — прошептала Матильда. — Если мы начнем действовать, мы умрем, и весь мир сгорит.

— Тогда мы ничего не предпримем, — вздохнул Брэндон.

Я ничего не могу поделать, если это как-то повлияет на мою пару. Она была моим первостепенным приоритетом. Я сидел молча, колесики в моей голове крутились, пока разговор вокруг меня продолжался, Эйден делегировал обязанности тем, кто сидел за столом.

— Редмонд, мне нужно, чтобы ты изучил его и нашел способ использовать его слабые стороны.

— Да, ваше высочество.

Редмонд был слишком восхищен маленькой провидицей, сидевшей рядом с ним, чтобы придавать большое значение просьбе. Он наклонил голову, изучая ее глаза, морщинистую кожу и седеющие волосы, как будто мог заглянуть в какой-то ее дар, в ее способности.

— Брэндон, присмотри за женщинами и проследи, чтобы им не причинили вреда.

Твердый кивок.

— Джордж, ты умиротворяешь так называемого бога Иного Мира, а Райкен…

Я приподнял бровь и уставился на него, кипя от злости, что этот жалкий маленький принц стал королем, и отдает мне приказы. Ему следовало бы знать, что ему повезло, что я не перегнулся через стол и не задушил его.

Он провел рукой по лицу, прикрыв рот ладонью, зажмурил глаза, затем снова открыл их. То, что он сказал дальше, убивало его. Эйден знал, что потерял контроль над ситуацией, и ему было нелегко признать свое поражение.

— Я бессилен против этой угрозы. Брэндон бессилен. Джордж бессилен. Ты можешь присматривать за своей парой. Просто держи ее подальше от него, пока мы с этим не разберемся. Я не знаю, на что он способен в полной мере, но даже по этой небольшой вспышке силы ясно — он опасен. Я хочу, чтобы Далия была спасена. Она не может стать одной из них.