Повесть о предательстве (ЛП) - Толлэм Мелли Т. - Страница 14

— Ты думаешь, это смешно? — крикнул он Брэндону.

— Эйден, — попыталась я прервать его.

Его взгляд метнулся в мою сторону, и он поднял руку, призывая меня к молчанию.

— Нет, я не хочу этого слышать. Ты всегда прячешься и попадаешь в неприятности, и я всегда тот, кто должен вмешиваться и спасать тебя. Ты понятия не имеешь о последствиях своих действий. Ты… — он оборвал себя, прежде чем продолжить свою тираду, в отчаянии вытягивая шею, чтобы посмотреть на небо и что-то бормоча.

Мне было неприятно признавать это, но маленькой части меня нравилось видеть его в такой ярости из-за меня. Казалось, что ему было не все равно.

Но он, вероятно, просто находил меня невероятно раздражающей.

Внезапно головы мужчин повернулись в мою сторону, и я запнулась, слишком занятая разглядыванием Эйдена, чтобы обратить внимание на то, что они сказали.

— Что? — спросила я, чувствуя на себе их настороженные взгляды.

Эйден смягчился, увидев выражение панического кролика на моем лице, его гнев сменился более спокойным чувством. Он тепло ответил:

— Я сказал, что сопровожу тебя на поиски этого цветка, пока не стало слишком поздно. Потом ты можешь переночевать здесь. Брэндон сопроводит тебя обратно утром.

Мои нервы дрогнули, когда мне сказали, что я буду спать рядом с Эйденом. Брэндон поднял брови, мы обменялись молчаливым взглядом, в то время как Джордж сдержал смешок.

Моим друзьям всегда было очевидно, что я испытываю чувства к Эйдену. Единственным, кто, казалось, никогда этого не замечал, был сам Эйден, но был шанс, что он знал и притворялся невежественным.

Я подошла к Эйдену, оглядываясь через его плечо, чтобы бросить на Брэндона и Джорджа прищуренный взгляд, который говорил: Ни слова.

— Это было бы так замечательно. Спасибо тебе за понимание, Эйден.

Было слишком поздно сдавать назад. Теперь я погрязла во лжи.

Эйден улыбнулся, ямочки в уголках его губ обозначились.

— Я понимаю… но я все еще злюсь. Просто не на тебя.

— О? — спросила я. — Тогда на кого?

— Редмонд, — строго сказал он.

Я поморщилась, почти забыв, что впутала в это своего наставника. Я открыла рот, чтобы заговорить в его защиту, но Эйден поднял палец и заставил меня замолчать.

— Он по уши в неприятностях. Я не знаю, почему он решил, что это нормально отправлять тебя ночью в Проклятый Лес. Одну. Здесь опасно. О чем он только думал? Чертов идиот! — Эйден кричал, его грудь вздымалась.

Вау.

Я подошла к Эйдену и положила руку ему на грудь.

Он замолчал, и его глаза встретились с моими.

В его глазах было что-то такое, чего я никогда раньше не видела. Был ли это гнев, страсть или вожделение, я не совсем поняла, но это было необычно.

— Все в порядке. Я поговорю с Редмондом. Ты же знаешь, что иногда он не совсем в себе, — пошутила я, постукивая указательным пальцем по виску. — Он, вероятно, не осознавал риска, связанного с этой маленькой задачей, и, кроме того, теперь все в порядке. Ты здесь.

Эйден хмыкнул и убрал мою руку со своей груди, наклонив голову, чтобы я указала путь к лунному цветку, которого не существовало. Он больше ничего не сказал, но, судя по его напряженной позе и крепкому сжатию моей руки, этот разговор был далек от завершения.

ГЛАВА 9

Иногда Эйден бывал избалован, как и подобает принцу, но у него было золотое сердце. Однако лучше всего было держаться подальше, когда его гнев был направлен на кого-то.

Жаль, что прямо сейчас у меня не было выбора.

Звезды мерцали над нами, когда мы шли к ручью, где Брэндон нашел меня, и я задавалась вопросом, видит ли Эйден это сейчас, красоту леса, красоту волшебного творения. Стал бы он сомневаться в словах своего отца и бороться против сбора, если бы это произошло?

Я взяла Эйдена за руку и улыбнулась ему, пока мы шли через лес. Я всегда буду любить его за то, что он делал для меня в детстве, за то, как он относился ко мне как к чему-то уникальному, в то время как все остальные считали меня странной.

Когда я впервые приехала в Камбриэль, меня считали чудачкой. Я была замкнутой, неловкой и совершенно не понимала, как себя вести в приличном обществе. И до сих пор не всегда понимаю. Все, что я когда-либо знала, — это жестокое обращение Малахии и Орден, который возвел нас на пьедестал и держал на расстоянии вытянутой руки, и из-за этого я не знала, как взаимодействовать с другими детьми, и была слишком напугана, чтобы постоять за себя. Надо мной безжалостно издевались из-за моих коротко остриженных рыжих волос и веснушек и обращались как с чужаком, пока Эйден не притянул меня к себе и не укутал одеялом доброты.

Когда мы встретились в первый раз, группа детей толкала меня по двору. Эйден наткнулся на ситуацию, и в то время как большинство принцев или дворян отошли бы в сторону и закрыли глаза на происходящее насилие, он этого не сделал.

Он вышел вперед и заступился за меня.

Он никогда не был из тех, кто терпит агрессивное поведение, и из-за него люди относились ко мне по-другому. У меня все еще не было титула, хотя я была подопечной лорда, но благодаря Эйдену другие относились ко мне с уважением, подобающим леди. Всякий раз, когда я делала что-то неприличное или странное, он смотрел на меня с полным благоговением. Я была ему обязана. И ненавидела мысль что подвела его.

При этой мысли я сжала его руку, но он не улыбнулся. По тому, как он поджал губы, было очевидно, что он не поверил моему рассказу, не до конца.

Чем дальше мы шли, тем тяжелее становилось расстояние между нами от груза подозрений. Я поперхнулась спертым воздухом и прочистила горло.

— Я не видела ни одной ведьмы с наручниками с рунами на запястьях.

Рунические наручники были созданы давным-давно магом, который презирал ведьм после того, как его предала возлюбленная-ведьма. Кандалы были выкованы из железа, поскольку железо ослабляет магию. Но руны добавляли дополнительную силу — они полностью блокировали любые магические способности. Как и у всех магических существ, у меня была лёгкая аллергия на железо, но даже я не смогла бы обойти действие этих рун.

Я напевала себе под нос. Может, стоит попробовать надеть их… и раз и навсегда избавиться от своей магии.

— Ваша миссия не увенчалась успехом? — я спросила, когда он промолчал.

Он немного поколебался, прежде чем ответить.

— В глазах моего отца миссия будет неудачной, но, честно говоря, я испытываю облегчение. Когда мы добрались до лагеря, там ничего не было. Я предполагаю, что кто-то предупредил ведьм. Возможно, провидец… или, возможно, предатель Короны.

— О, — ответила я, чувствуя, как он сверлит меня взглядом. — Полагаю, возможно и то, и другое.

Эйден крепко схватил меня за руку и заставил остановиться, повернувшись ко мне лицом. Его пристальный взгляд изучал мое лицо.

— Что ты на самом деле делала сегодня вечером? — прошептал он. — Кроме моих людей, никто не знал, что мы отправились на сбор. Никто, кроме тебя.

Стальной взгляд его глаз выбил воздух из моих легких.

Он знал.

Он знал, почему я была здесь сегодня вечером, или, по крайней мере, у него были подозрения, что это я предупредила ведьм.

— На что ты намекаешь? Я… я сказала тебе, что я делаю. Ты мне не веришь?

Он нахмурился и покачал головой, будто не хотел даже допускать такую мысль, но чувствовал бы себя идиотом, если бы проигнорировал очевидное.

— В это трудно поверить. Сегодня вечером ты была явно расстроена из-за сбора и высказала свое мнение. Ты была единственной, кому я рассказал об этом, не считая тех, кто был в моем отряде, и вдруг ты появляешься здесь, глубоко в Проклятом Лесу, посреди ночи. Не говоря уже о том, что капюшон твоего плаща явно подгорел, а лагерь ведьм был сожжен. В лучшем случае это кажется подозрительным.