"Фантастика 2025-134". Компиляция. Книги 1-33 (СИ) - Дмитриева Ольга - Страница 1552

— Пусть прекратят свои мольбы! — усиленный внутренними демонами, отдаваясь тысячей голосов, мой приказ прокатился над рыночной площадью, огибая обугленные позорные столбы и доходя до ушей каждого из присутствующих.

Наверное, меня и вовсе услышал весь Кинашалон.

Фигура Алевин Лавертен, фанатичной девы в броне паладина, показалась на помосте, установленном на другом конце площади. Вслед за ней на помост поднялось и несколько аколитов в характерных балахонах. Видимо, именно там проводилось так называемое дознание и судилище, которое отправляло людей на костер. Там же я видел и обязательные атрибуты этой процедуры: дыбу, ведра с водой, стол с инструментами и жаровню. Все, как любят представители Ордена Духа.

Пресветлая дева проигнорировала мой приказ. Я видел, с какой силой сжаты ее челюсти, с какой ненавистью она смотрит на меня, стоящего на одном колене на вершине кровавого обелиска, опирающегося на рукоять и гарду своего верного меча.

Вместо подчинения дева вскинула в небо свой молот, который тут же засиял небольшим солнцем. Те нити, на которые падал свет от оружия Лавертен, рассыпались пылью.

— Проклятый колдун! — взвизгнула Пресветлая Дева. — Я положу конец твоей грязной магии! Тварь!

Понимая, что мое колдовство нарвалось на мощную магию света, я вырвал клинок из камня и плоти, после чего съехал вниз. Привычно крутанув клинок в ладони, я сделал единственное, что было логично в данной ситуации — пошел навстречу паладину Света, принять бой.

Тройка аколитов за спиной Лавертен вознесла руки к небесам. Миг, другой, третий. Я чувствовал, как над моей головой собирается заклинание Пламени Небесного Гнева, как начинает трещать сухой воздух вокруг, как вот-вот небеса разверзнутся и все вокруг на десяток футов превратится в кипящее стекло.

Лиан, которая было дернулась следовать за мной, увидев мой короткой жест, остановилась, провожая мою фигуру встревоженным взглядом. Лейтенант Ирнар перегруппировал бойцов и занял оборону по другую сторону обелиска, прикрывая тыл и левый фланг. Справа же бойцов Святого Воинства, которые сумели освободиться от темных нитей, сдерживали вызванные мной демоны.

Я же шел к своей цели, более ни на что не отвлекаясь.

Пресветлая Дева, не сводя с меня взгляд, резко опустила свой молот, словно указующим перстом, направила оружие мне прямо в грудь.

Луч Небесного Гнева ударил по мне, когда до помоста оставалась всего дюжина шагов. Святой огонь моментально превратил камень под ногами в бурлящий поток, он бушевал с такой силой, что продержись заклинание чуть больше — пламя перекинулось бы на окрестные дома и дотла сожгло Кинашалон.

С чувством собственного превосходства Лавертен опустила свой молот и наблюдала за огненным кошмаром, который разверзся под ее ногами. Волны огня дошли и до некоторых из ее солдат — крики заживо сгорающих людей смешались с тихими стонами тех, кого ранили эльфы или мое заклинание.

Но торжествовала Пресветлая Дева недолго. Когда я шагнул из бушующего пламени, совершенно целый и невредимый, лицо Лавертен перекосило сначала от удивления, а после — от ужаса. Не веря собственным глазам попятились и аколиты. Как это⁈ Колдун выдержал совместный удар четырех сановников, на площади, где только что была вознесена хвала Богу Света, где были наказаны еретики⁈ Их, трех аколитов и паладина Света совместная атака провалилась⁈

Демоны, из печатей растеклись дымной лужей и сложились под моими ногами в небольшую лестницу. Шесть шагов, и я встал прямо перед девой, которая все еще сжимала в руках свой бесполезный молот.

— Свет несущий и дарующий… — не задумываясь, пробормотала дева.

— Я же уже говорил тебе когда-то, — вроде бы тихо шепнул я Лавертен, но демоны разнесли этот шепот по всей площади, доводя мои слова до всех и каждого. — Пока я здесь, твоему богу тут нет места!

Молитва застряла в горле паладина. Это уже происходило с ней, тогда, на лесной поляне, где я вырезал весь ее отряд, а саму Лавертен отправил в качестве посланца к епископам. Напомнить о старых договоренностях. И как тогда, будучи маленьким клириком, так и сейчас, являясь полноценным паладином Света, она ничего не могла мне противопоставить. Маленькая, жалкая, беспомощная фанатичка, у нее было лишь два пути. Подчиниться или умереть.

Лавертен с ненавистью посмотрела мне прямо в глаза, но выдержать их глубину не смогла. Как и снова не смогла выбрать смерть.

Дрогнув, сломленная тысячелетней тьмой внутри древнего колдуна, Пресветлая Дева выронила свой бесполезный молот и упала пред Владыкой Премудрой Нильф на колени.

Глава 11

Плутовство

Чтобы навести порядок в Кинашалоне, мне пришлось буквально взять в заложники верхушку Святого Воинства, а оставшихся без командования солдат — передать под управление Армеля Триерса.

Шпион Скокреста прибыл в Кинашалон вечером того же дня, так что слишком долго держать круговую оборону нам не пришлось. Лекари и оставшиеся на свободе клирики помогали раненым, которые попали под мечи темных эльфов и мою магию, а те из солдат, кто в битве участия не принимал — стаскивал трупы убитых за пределы города, где будет проведен погребальный обряд согласно традициям Трех Орденов.

Иронично, но самые страшные раны и увечья получили те, кто вовсе с моими демонами или эльфами не сражались. Речь идет о двух десятках бойцов, которые находились справа от меня в момент, когда я двинул на эту истеричку Лавертен. И именно эти бойцы попали под удар Пламени Небесного Гнева, которым пыталась поразить меня Пресветлая Дева вместе со своими аколитами.

Я бы мог помочь раненым — крови сегодня пролилось немало и мои жилы бурлили от дармовой силы — но это были святоши, последователи бога Света. Они вверили свою жизнь в руки Трех Орденов, так пусть именно огнепоклонники и занимаются их спасением. Однако зная жестокость бога Света, я был уверен в том, что большинство из получивших ожоги солдат не доживут до следующей полуночи, и закончат свой земной путь в страшных мучениях. Ожоги от Святого Пламени — это не шутка, даже мне бы пришлось постараться, чтобы исцелить такие раны, так что у клириков не было ни единого шанса. И ведь я даже не мог добить этих несчастных, чтобы их стоны и крики не будоражили горожан — этот вопрос теперь находился в ведении Армеля, который не мог просто так лить кровь, дабы не вызвать неудовольствия и так деморализованных войск.

К несчастью, Триерс даже не мог приказать вывезти раненых в поле, в расположении армейского лагеря — ожоги были столь обширны и страшны, что даже такое получасовое перемещение почти никто пережить из солдат не сможет. Так что обожженные лежали по нескольким домам в самом центре Кинашалона, а их стоны и вопли прорывались даже через плотно закрытые ставни, не давая никому расслабиться.

— Старик, скажи, зачем тебе вообще нужны войска?

Лиан бесцеремонно ввалилась в небольшую комнатку, которую мне выделил перепуганный бургомистр Кинашалона в своем доме. Скинув сапоги, девица с ногами забралась на край кровати, и так там и устроилась, словно пичуга, обхватив колени длинными тонкими руками.

Я же даже ухом не повел — продолжал приводить в порядок свой меч, устроившись на топчане в углу комнаты, поближе к наспех установленной тут жаровне. Война войной, но оружие стоит держать в чистоте.

— Что за вопрос? — наконец-то отреагировал я на Лиан, когда девушка уже стала закипать от такого пренебрежения. Но она знала, что спрашивать у меня что-то дважды не имеет смысла.

— Ну, тебя святоши пытались этим огненным столбом уложить. Уже дважды! И если в первый раз Легиону было тяжеловато, то теперь… — Лиан многозначительно посмотрела на мою нетронутую пламенем броню. — Я вот чуть бровей и ресниц не лишилась! А я в полусотне футов стояла и за камнями укрылась!

— Один в поле не воин, — ответил я, аккуратно проходя гномьим точилом по кромке меча. — За тобой всегда должен кто-то идти.

— Судя по твоим рассказам о прошлом, ты как раз отлично справлялся в одиночку, — хмыкнула Лиан.