"Фантастика 2025-134". Компиляция. Книги 1-33 (СИ) - Дмитриева Ольга - Страница 1549

Как и ожидалось, Лиан была на площадке.

Я давно заметил, что моя воспитанница стала крайне мало спать, вместо этого всю себя посвящая тренировками с копьем, мечом и саблей, однако ранее мне казалось, что так она просто стремится соответствовать в ратном ремесле своему спутнику — лейтенанту Ирнару. Однако же теперь, в свете вскрывшихся деталей происходящего в войне с ордой, я изменил свое мнение.

Перед глазами встали бесчисленные сцены того, как мои демоны стаскивали упрямую девчонку с кровати, почти нежно и очень бережно ухватив темную эльфийку за тонкие лодыжки. Как я практиковал выливание воды на голову этой сонной принцессы, как она постоянно клевала носом во время занятий по письму, математике и астрономии.

Лиан всегда любила поспать, и не сказать, что это был какой-то уникальный порок. Юные отроки на самом деле спят дольше взрослых и уж тем более, дольше стариков, но Лиан выделялась на фоне всех моих подопечных, которых я воспитывал и обучал до нее. Как и среди людей, так и среди эльфов.

Не изменяла своим привычкам она и в Мибензите, и во время перехода в Н’аэлор, вставая со своего походного лежака буквально последней.

И вот, эта любительница маленькой смерти стояла сейчас посреди каменного двора, освещенного лишь тусклым пламенем пары хилых ламп у входа в форт, и упражнялась в выпадах с копьем, хотя на дворе было уже далеко за полночь. А к концу ее тренировки и вовсе начнется так называемый собачий час — время перед рассветом, когда даже самые стойкие стражи начинают клевать носом, а гуляки, бандиты и прочие отбросы забиваются поглубже в свои норы.

Очередной выпад закончился тем, что с острия копья сорвалась кривая дуга черного пламени, которая ударила в стоявшее в дюжине футов тренировочное чучело. Полусгнившая солома полыхнула уже красным, но огонь тут же потух, сбитый резким порывом стылого ветра.

Лиан нервно дернула головой, будто бы недовольная результатом, хотя я бы мог сказать, что задумка ей почти удалась — только в самом конце движения она потеряла концентрацию и сфокусированный поток темной магии, который струился от ее пальцев по всему древку, к острию копья, искривился. Поэтому черный росчерк и прошел по дуге вместо прямой линии, и ударил не в голову соломенного болванчика, а всего лишь в его гнилую и рыхлую грудь.

Эльфийка повела плечами в легкой курточке, после чего опять заняла боевую стойку и начала серию коротких и широких выпадов, имитируя сложный рисунок атаки на противника.

— Почему не спишь?

Мой вопрос, казалось, застал эльфийку врасплох. Рука Лиан дернулась, копье чуть увело в сторону, а поток магической энергии вновь искривился, на этот раз вовсе ударив в каменную кладку площадки.

Моя воспитанница даже не повернула головы. Только скосила красный глаз, который едва виднелся из-под серебристой челки, после чего опять сосредоточилась на чучеле.

— Тренируюсь, — односложно ответила эльфийка, сделала два шага назад, выставила перед собой копье и замысловатый танец с оружием повторился уже в третий раз.

Со стороны могло показаться, что девушка только начала, но я видел тонкие струйки пара, которые поднимались из-за воротника куртки и от лица эльфийки в те редкие моменты, когда порывы ветра унимались и на площадке становилось тихо. А чтобы вспотеть, эльфу требуется приложить намного больше усилий, особенно такому тренированному и физически развитому, как Лиан. Лейтенант Ирнар потратил много десятков часов на то, чтобы преподать своей подруге все основы эльфийской боевой науки, воспроизведение которой было мне недоступно в силу физиологических ограничений и малой подвижности суставов.

— Это не ответ на мой вопрос. Это то, чем ты занята вместо того, чтобы спать, — начал я, подходя ближе. Перехватить копье за древко не составило никакого труда, хотя Лиан и попыталась увести оружие в сторону и не позволить мне вмешаться в ее самоистязание. — Я же спросил, почему ты не спишь, leanabh.

Я давно не называл ее девочкой. В последний раз — когда мы покидали Мибензит и отправились на север, против движущейся на нас армии короля-самозванца. Даже когда опрометчивое вмешательство Лиан привело к тому, что мне пришлось вырезать целую деревню, я к ней так не обращался.

Но не сейчас, не сегодня.

Сегодня я тревожился за состояние своей воспитанницы, этого угрюмого и чуть взбалмошного ребенка, которого привела на мой порог Нильф. Движение ее печати, исчезновение силы Харла из этих краев и крови орков, явление Святого Воинства… Слишком много всего произошло за последние полгода, слишком давит на нас двоих сень Вечного Леса, даже мне тесно и душно здесь, так каково в этой обстановке Лиан?

И я четко ощущал, что слишком давно не говорил с этой девчонкой так, как должен говорить с ней регулярно. Как наставник с воспитанником, как взрослый, с доверенным ему судьбой дитя.

Аккуратно, но настойчиво, я забрал из рук Лиан ее тренировочное копье и, чуть приобняв эльфийку за плечо, увлек ее в сторону форта.

Одинокий часовой, что стоял за дверьми, поймал мой короткий взгляд, после чего отправился исполнять простое и крайне понятное распоряжение. Лиан требовалось теплое умывание и сменная одежда. С последним проблем было даже меньше, чем с подогревом воды — все эльфы, что мужчины, что женщины, были примерно одной комплекции и роста, так что Лиан подойдет рубашка и куртка любого из бойцов местного гарнизона. Может, будет чуть великовата в плечах, но на такие мелочи в условиях промерзших залов и холодных сквозняков обращать внимания точно не стоит.

Я отвел девочку в свою комнату, зная, что у меня точно еще с обеда была зажжена жаровня и плотно закрыты ставни.

Едва Лиан попала в тепло, ее серые щеки чуть подернулись румянцем, а тонкая ледяная корка, которая собралась на волосах и челке, окончательно превратилась в холодные капли. Принесли одежду и воду, я отправил эльфийку за небольшую ширму в углу, а сам же стал возиться с камином. Подбросил пару свежих поленец, посмотрел, как пляшет безмолвное пламя, нехотя, словно стыдясь, облизывая угощение в виде сухой крепкой древесины.

Через четверть часа мы оба устроились в креслах у камина, сжимая в руках глиняные кружки. Внутри — подогретое вино с гвоздикой и сушеными фруктами, прекрасный напиток для северной вьюги, с которой мы сейчас столкнулись.

По плавающему взгляду Лиан было видно, что она устала, устала серьезно, довела себя почти до физического изнеможения и морального исступления, состояния, когда любой разум начинает отключаться и проваливаться в темный омут небытия. Но она все еще не спала.

— И так что? — коротко спросил я свою воспитанницу, глядя в камин. — Что не так?

— Да все нормально!..

— Leanabh…

— Старик, я… — Лиан запнулась, внезапно обнаружила под собственным носом теплое ароматное питье, словно она забыла про кружку в своих ладонях, сделала небольшой глоток. Будто бы собиралась с духом. — Она зовет меня. С самого начала, как мы приехали в эту проклятую страну. Зовет и мешает спать.

— Кто зовет? Нильф? — не понял я.

Эльфийка тяжело мотнула головой, отчего серебристая челка упала на лицо и едва не окунулась в красное вино.

— Печать, старик. Она… Я не знаю.

После этого Лиан выложила все, что с ней творилось последние месяцы. Стали понятны и причины, по которым она так рвалась на границу, и ее угрюмое поведение в тылу. Даже стало ясно, зачем она увязалась следом за мной в лагерь святош пару недель назад, выбрав в качестве предлога неловкое вранье про дикие пляжи, на которые девушка потом толком и не взглянула. Что-то изводило мою воспитанницу, выдавливало из Н’аэлора, не позволяло нормально думать, тренироваться и даже спать. Вот она и искала любой предлог оказаться подальше от родины.

И Лиан четко была уверена в том, что это не глас Нильф — она тоже когда-то ощущала прямую волю Третьей и общалась с нашим божеством, пусть и в детстве. Ведь именно Нильф привела ее ко мне.

— Тебе надо поспать, — сказал я, вставая со своего места и подходя к Лиан.