"Фантастика 2025-134". Компиляция. Книги 1-33 (СИ) - Дмитриева Ольга - Страница 1371

— Хочу, — с готовностью кивнула девочка.

Я внимательно посмотрел в коричнево-красные глаза эльфийки, которые сейчас, во тьме и всполохах костров, отдавали оранжевым огнем.

— Тогда заплати мне, — сказал я, поднимая с земли копье убитого мной воина.

Тяжеловатое, но по длине вполне стандартное копье. Шесть футов, крепкое, надежное древко, листовидный наконечник. Таким удобно и колоть, и резать, универсальное оружие. Единственное, что меня в нем не устраивало — метка Харла у основания наконечника. Положив на него ладонь, я выжег печать Второго Бога, а уже через мгновение на его месте красовался знак Нильф.

— Я не Темный Бог, поэтому предложу тебе выгодную сделку, — начал я, глядя девочке прямо в глаза. — За каждую отобранную тобой во славу Нильф жизнь, я убью десяток. Сейчас в лагере осталось около сорока человек. Убей четверых, и все закончится, ты спасешь своих друзей.

И я бросил девочке копье, которое та рефлекторно поймала обеими руками.

Глава 20

Один к десяти. Ч.2

— А если… Я не смогу? — спросила Лиан.

— Значит, судьба твоих друзей останется в руках охотников, — ответил я. — Если считаешь себя способной дерзить мне, то докажи, что кроме дерзости ты способна еще хоть на что-нибудь, leanabh. Не разочаровывай меня еще сильнее. А если считаешь, что не справишься, то просто брось копье и беги в башню, у меня тут еще остались дела.

Девочка стояла на краю телеги, судорожно сжимая древко копья, я же ждал, что решит маленькая эльфийка. Четыре смерти, которые я умножу вдесятеро. Самая выгодная сделка, которую я когда-либо с кем-нибудь заключал. Величайшая щедрость, с моей стороны, и Лиан это понимала.

Но сможет ли она уплатить хоть и такую ничтожную цену за мою услугу?

Лиан боялась. Я видел страх не только на ее лице, я чувствовал, как его тугие, плотные волны исходят от всей фигуры девочки. Каждая секунда промедления приближала поражение охотников. Дезертиры уже вовсю теснили их к полосе леса, гнали к холмам. Даже отсюда я слышал рваные команды бывших десятников, крики раненых, звон стали.

— Всего четыре удара копья, leanabh, — медленно повторил я, подначивая эльфийку.

Она не знала, дам ли я ей погибнуть или же приду на помощь. Я был холоден и разочарован, раздражен и не намерен потакать капризам маленькой девочки. За все в этой жизни надо нести ответственность. Ее непослушание привело к этой ситуации, и она должна в полной мере прочувствовать это. И будет это кровь врагов, стекающая по ее рукам, или же угрызения совести, преследующие ее последующие годы — не суть важно.

Глупец тот, кто считает, что начать убивать легко. В убийстве нет ничего простого, даже чтобы заколоть свинью или забить курицу, нужна твердая рука. Одни начинают убивать из-за стремления ощутить власть, другие — из удовольствия, третьи — в порыве гнева. Но всегда за убийством стоит мощное желание, эмоция, готовность пролить кровь. Надо быть крепким духом, иметь причины для того, чтобы отнять чужую жизнь. А были ли эти причины праведными или нет — дело десятое.

Настолько ли крепка воля Лиан для того, чтобы поднять копье не в тренировочном, а реальном бою?

Девочка смотрела на меня, казалось, целую вечность, после чего медленно моргнула, опустила взгляд и, подняв к груди почти нелепо большое копье, двинулась в сторону лагеря.

— Feuasadh! Я убиваю одного, ты — десятерых! — крикнула эльфийка, срываясь на легкий бег и устремляясь в сторону сражения.

Глядя на напряженную спину девочки, мои губы тронула плотоядная улыбка, едва обнажая зубы в хищном оскале. Все же, она хотя бы попытается.

Крутанув в ладони рукоять меча, я устремился вслед за своей подопечной. Удар топором или копьем в корпус она переживет и я смогу ее спасти, но вот если эльфийке снесут голову или разобьют череп, то тут даже мои печати Владыки окажутся бессильны. Только если сама Нильф не снизойдет в эту долину, чтобы спасти маленькую темную.

Свою первую потенциальную жертву Лиан нашла у одной из палаток. Раненый боец с арбалетным болтом в плече, дезертир сидел, привалившись спиной на какие-то ящики, и пытался остановить кровь. В нашем уговоре не было деталей, только счет отнятым жизням. Так что когда Лиан поняла, что может легко получить десяток мертвых бойцов Мордока одним ударом копья, тут же устремилась к раненому.

Ей одновременно и повезло, и нет. Одно дело пронзить грудь противника, который пытается дотянуться до тебя боевым топором или опрокинуть на землю ударом щита, а совсем другое — добивать раненых. Не просто так в санитарно-трофейные отряды, которые проходили по полю боя, собирали своих бойцов, живых и мертвых, снимали трофеи и добивали раненых врагов, шли только самые крепкие морально, либо же провинившиеся перед командованием. Добить раненого — тяжкий труд и только истинные воины способны относиться к этому, как к грязной, но необходимой работе. Потому что в бою он враг, а уже после — лишь раненый человек, что просит у тебя пощады, которого бросили его товарищи во время отступления, беспомощный, преданный, забытый всеми. Вонзить в грудь такого человека клинок или острие копья для большинства так же тяжело, как и исполнять роль палача.

Лиан же стремилась к своей жертве, видя пока в ней только возможность уплатить четверть назначенной цены одним движением копья. Вот, девочка оказалась перед раненым дезертиром, подняла к груди копье и… замерла.

— Не надо! Умоляю! — заверещал боец, пытаясь закрыться руками. — Прошу! Не надо!

Я видел, как девочка медленно сделала несколько шагов вперед, как напряжена ее фигура. Сейчас она осознала, что перед ней не просто жертва — живое, разумное существо. Она была совсем близко, могла заглянуть в испуганные глаза бойца, увидеть его страдания, почувствовать его страх, могла увидеть, что это совсем еще молодой мужчина, вчерашний юнец, который неведомо как попал в отряд Мордока. Безоружных убивать тяжело, особенно, если это твоя первая жертва.

Тень сомнения промелькнула на ее лице, Лиан чуть расслабила руки, копье, до этого направленное в шею дезертира, немного опустилось. Она сомневалась, ее руки дрожали, в глазах появился нездоровый блеск.

Дезертир только этого и ждал. Увидев, что маленькая эльфийка колеблется, боец оскалился и вцепился обеими руками в древко копья, рванув Лиан на себя и выводя девочку из равновесия. Это был хороший, дерзкий план, увести копье в сторону, повалить девчонку и потом воспользоваться собственным весом. Даже с болтом в плече он был намного крупнее и сильнее, мог просто навалиться сверху и задушить эльфийку.

Наши с Лиан тренировки не прошли даром. Вместо того чтобы упираться ногами и окончательно потерять баланс, Лиан рефлекторно шагнула вперед, перенося вес всего тела на копье, а левой рукой, отставленной назад, нажимая на древко, словно на рычаг, она сумела сохранить направление удара и не дала воткнуть листовидный наконечник в землю.

Все произошло почти мгновенно. Копье, не имеющее стопоров, почти на фут вошло через плохонькую дубленую броню в живот дезертира, выйдя острием со спины. Боец страшно захрипел, его лицо исказилось гримасой боли, но умирать так просто он не собирался. Издав страшный крик, он потянулся вперед, к своей убийце, пытаясь схватить девочку, вцепиться ей в горло, забрать ее за собой. С каждым движением он все глубже и глубже загонял копье в собственный живот, Лиан же, испуганно глядя в глаза дезертира, лишь покрепче держалась за свое бесполезное сейчас оружие, словно если она отпустит древко, этот безумец встанет, выдернет его из собственных кишок, а после этого насадит на острие саму Лиан.

Эта борьба продолжалась несколько минут. Дезертир трепыхался, пытался встать, рычал, словно животное. Лиан же, сейчас до смерти напуганная, до конца не понимающая, что происходит, и просто пытающаяся выжить, держала его у земли налегая на древко копья, словно на рычаг, не позволяла ему двигаться и просто ждала, когда же бандит испустит дух.