Через бурные волны (ЛП) - Лейн Вал И. - Страница 74

— Так мы расскажем папе обо всем этом? — Я приподняла бровь.

Мама замолчала, явно задумавшись, и отвернулась к окну рядом с собой.

— Я заставила его пройти через многое… — Она моргнула. — Но, может быть, однажды.

— «Может быть, однажды», — звучит заманчиво. — Я заулыбалась. Может быть, однажды в будущем мы найдем способ все это объяснить, а может, и нет. Потому что все, что имело значение, — это то, что то, что началось как кошмар, закончилось как сон. И то, что когда-то было разорвано на части, теперь починено.

ЭПИЛОГ

Майло

Десять лет спустя…

Солнце должно было сесть через час, но эти двое никак не могли насытиться океаном. Я наблюдал с пляжа, как они подбирали ракушки в полосе прибоя, время от времени разбрасывая их в разные стороны, когда накатывал пенящийся прилив. Красивая босоногая женщина и ребенок с мечтательными глазами рядом с ней, который любил море так же сильно, как и она. Мои жена и сын. Мое самое большое сокровище.

— Катрина! Каспиан! — Я позвал оттуда, откуда наблюдал за происходящим из камышей у дощатого настила, соединяющего наш дом с пляжем. — Лодка будет готова, когда вы будете готовы!

— Еще пять минут! — Катрина рассмеялась, ветер развевал ее волосы, когда она танцевала на мокром песке с нашим маленьким мальчиком, которому едва исполнилось два года.

«Еще пять минут, Звездный свет», — сказал я ей с теплой улыбкой, слушая их смех, смешанный с плеском волн.

Мы планировали провести ночь на парусной лодке, чтобы понаблюдать за звездами недалеко от побережья, втроем. Я надеялся показать Каспиану звезды и рассказать ему историю о русалке, которая любила пирата, и о том, как они пересекли время, чтобы найти друг друга. И как пират обрел свое самое большое богатство в жизни, которую он построил здесь, на берегу океана, где он мог стать таким человеком, каким хотел видеть его отец. И спустя годы я передам ему свой компас, чтобы он помогал ему ориентироваться, когда на него обрушатся бури.

Я протянул руку и нащупал шрам над своим слепым глазом, постоянное напоминание о моем пути. Но мне не нужно было видеть обоими глазами, чтобы понять, что все, что мне было нужно, было прямо передо мной здесь, в моей последней и самой бесценной жизни — гораздо большей, чем я заслуживал, — в качестве портового инженера, женатого на художнице-акварелистке на побережье Кейп-Кода. Конечно, мы не забывали навещать Константин каждые пару лет, чтобы навестить Ноя и Рассела, у которых была совместная автомастерская и мастерская по ремонту лодок, и где картины Катрины украшали стены школы, в которой, как она когда-то боялась, ее не примут.

Когда Катрина приблизилась с Каспианом на буксире, она улыбнулась мне, и я, как и всегда, был очарован ее глубокими карими глазами. Я смотрел, как они возвращались к дому, оставляя за собой цепочку следов, больших и маленьких, покрытых морской водой. И я подумал, что пересек бы океаны, чтобы хотя бы мельком увидеть этот момент. Но мне не пришлось этого делать. Это было мое. Полный вперед, навстречу грядущим дням. Больше никаких проклятий. Больше никаких пиратов и сирен. Только она, я и целая жизнь.

— Ты проверял почту сегодня? Я жду открытку от МакКензи. В последний раз, когда я с ней разговаривала, она сказала, что ей нравится Лондон. Она говорит, что не может дождаться, когда… о! Все в порядке? Ты идешь? — Катрина с улыбкой обернулась и отпустила руку хихикающего мальчика, который подбежал ко мне.

Я очнулся от своих размышлений и пошел им навстречу, посадив Каспиана к себе на плечи и поцеловав Катрину на ходу.

— Конечно, иду. — Я улыбнулся.

И упаковал «Доктор Пеппер». На всякий случай.