Абсолютно ненормально - Стивен Лора - Страница 20

[А еще, *шепотом* может быть, я не так уверена в себе, как показываю, поэтому мне нужны стимулы в виде соков «Капри-Сан», чтобы переступить через себя и страх, которому Аджита каждый раз предлагает бросать вызов.]

В любом случае, несмотря на очевидные проблемы с Дэнни, мне действительно понравилось. И очень хотелось бы повторить это в ближайшем будущем.

Но вернемся к делу. Пока я редактирую сценарий, мне попадаются несколько черт, например одержимость карьерой, которые делают главную героиню холодной и замкнутой, поэтому я начинаю составлять список того, что нужно обсудить с миссис Крэннон при встрече.

Все идет хорошо, пока не раздается сигнал моего телефона. Я почти уверена, что это снова Вон с фотографией гениталий или Дэнни с проклятиями в мой адрес, но это моя возлюбленная Аджита.

«Хм. Из. Я не знаю, как тебе это сказать, но и промолчать не могу. Ну… вот. ХО».

А ниже ссылка: http://izzyoneillworldclasswhore.com/

Что за фигня?

Нахмурившись, я открываю новое окно браузера, а затем вбиваю адрес сайта. И тут же жалею об этом.

Кто-то создал блог. С названием «Иззи О’Нилл – шлюха мирового класса». А ниже страницы, и страницы, и страницы сообщений о том, какая я ужасная.

Руки трясутся как у сумасшедшей, пока я прокручиваю все селфи, которые выкладывала в прошлом году, но в фотошопе на них кто-то добавил член рядом с моим ртом.

Просматриваю анонимные «признания» парней о моих отвратительных сексуальных пристрастиях, к которым я их якобы склоняла.

Читаю подробный отчет о субботнем вечере, моем Сексмагеддоне. О моих развлечениях с Воном и Карсоном могут прочитать все желающие. Но это не самое ужасное. Кто-то сфотографировал, как я оседлала Вона на скамейке в саду – судя по ракурсу, снимок сделан из кухни. Конечно, там не видно пениса или вагины, но сразу понятно, что мы занимаемся сексом.

Желчь подкатывает к горлу.

Я понимаю, что никак не скрывала свои сексуальные приключения на вечеринке. Скорее, все было в стиле «Давай будем делать это, как на канале Discovery»[17], и Bloodhound Gang мной гордились бы, только я не совсем уверена, что это моя целевая аудитория и это считается.

Но… Черт. Тут много такого, чего никто не мог знать.

Как человек, написавший это, узнал, что секс с Карсоном длился тридцать секунд?

Как они узнали, что у меня пирсинг на сосках?

Как они узнали все детали?

Я закрыла доступ к своему блогу до того, как написала там об этом.

Все внутри холодеет. Я не знаю, что делать – смеяться, плакать или разбрасывать по столу самоклеящиеся листочки.

Кто мог так со мной поступить? Кто так меня ненавидит? Даже Дэнни и Аджита не знают обо всем. Есть вещи, о которых я не рассказывала ни одной живой душе. Как это произошло?

Кто-то влез в мою личную жизнь, но я даже не могу обдумать сейчас это. Все, что я чувствую, – колющая боль в груди, как учащенное сердцебиение, только в десять раз сильнее.

Я могла бы сделать вид, что меня это не задело… но никто не любит, когда его ненавидят.

Аджита снова присылает мне сообщение: «Ты посмотрела? Все нормально?»

Я несколько раз стирала ответ, прежде чем отправить его: «Нет. Не нормально. Абсолютно не нормально».

22 сентября, четверг

09:04

Я не пробыла в школе и двадцати минут, а мне уже кажется, что здесь второй круг унизительного ада. На меня смотрят все.

Я иду по коридору, заполненному хором бормотаний и шепотков, как в тех жутких сценах из «Кода Да Винчи», где скандируют иллюминаты. [Такое было на самом деле? Может, я воспользуюсь этим сюжетом и напишу комедию. Несмотря на происходящее, мне хочется натянуть какой-нибудь эффектный плащ с капюшоном и взять древний факел.]

Я актриса. И привыкла, что люди смотрят на меня. Но сейчас все ощущается по-другому, понимаешь? По крайней мере, когда я на сцене или выдаю какую-нибудь сальную шутку, я хочу, чтобы на меня смотрели. Хочу, чтобы надо мной смеялись.

А сейчас?

Все происходило не на моих условиях.

Низкий гул, прикрытое ладонями хихиканье… мне хочется кому-нибудь врезать. Аджита изо всех сил старается приободрить меня, но я почти не слышу ее шуточек. В голове громко звенят и вертятся едкие комментарии: «Шалава. Шлюха. Сука. Уродка».

Но хуже всего от фотографии, на которой я оседлала Вона, как в каком-то дешевом порно. Там не видно моего лица, но это не спасает. Все, кто был на той вечеринке, знают, что это я.

Когда мы идем по коридору, всё вокруг свистит и размывается. Я чувствую себя так, будто это происходит не со мной, что раньше считала мелодраматичным. Мне нужно абстрагироваться от этого. Я не могу позволить интернет-хулиганам победить. Поэтому натягиваю улыбку на лицо и притворяюсь, что меня это не задевает.

К тому же, полагаю, все могло быть хуже. Всегда есть худший вариант. Не совсем уверена какой, но Бэтти часто говорит: я настолько оптимистична, что это граничит с социопатией. Сейчас самое время верить в светлое будущее. Я лишилась обоих родителей в один день и пережила это. И не позволю словам жалкого хулигана оставить шрам в моем сознании.

Поэтому, как подозрительно жизнерадостная личность, я весело насвистываю, идя по коридору и игнорируя толпы людей, которые смотрят на меня. К сожалению, я не умею свистеть, поэтому просто дую беззвучно [веду себя прилично], и это все равно поднимает мне настроение.

Но когда захожу в класс на второй урок, я замечаю группу девушек, которые столпились вокруг стола. Они смотрят в телефоны и шепчут: «О, боже мой, какая шлюха!», «Чертова шлюха!» и «Я бы на ее месте даже не показывалась в школе».

Они замолкают, увидев меня, но слишком поздно. Я все слышала.

14:34

Ну конечно. Ну конечно, именно сегодня у нас обязательная лекция по половому воспитанию в спортзале. Как без нее-то.

Сотни школьников заняли места на трибунах. Вчера вечером здесь проходил баскетбольный матч, и под скамейками все еще валяются пластиковые бутылки и билеты.

Аджита усаживается между мной и Дэнни. О блоге он сказал лишь: «Мне очень жаль, Из». И это, вероятно, к лучшему. Что приятного в том, чтобы смотреть на фотографии, где запечатлено, как любимая девушка трахается на скамейке с ненавистным тебе парнем.

Все смотрят на меня. Не одновременно, а по очереди – я постоянно это чувствую. Как только один человек отворачивается, тут же в мою сторону устремляется новый, зачастую косой взгляд.

По какой-то причине лекцию ведет наша учительница английского языка, мисс Кастильо, – глубоко верующая и чемпионка по воздержанию. Видимо, в Америке считается, что подросткам о сексе надо знать одно: этим не стоит заниматься вообще. Не занимайтесь сексом, потому что вы забеременеете и умрете. В таком духе. Да-а-а, это прямо решает все проблемы.

Поэтому вместо того, чтобы рассказать нам о контрацепции и тому подобном, она заводит эпическую речь о воле Бога и о том, что девственность нужно хранить до брака. Теоретически для мисс Кастильо это лучший вариант, потому что к тому времени, как мы соберемся замуж, мы будем уже далеко от старшей школы Эджвуда, а значит, мисс Кастильо не придется проводить неприличные демонстрации на банане[18]. Уверена, это главная причина, по которой она проповедует воздержание: она испытывает отвращение к бананам. [Это же очевидно.]

А затем наступает время задавать вопросы. Ох, вопросы. Никогда не стоит спрашивать у двух сотен озабоченных подростков: «Остались ли у вас вопросы о сексе?»

– Нормально ли мастурбировать более пятидесяти раз в неделю? – тут же откликается какой-то футболист.

Все смеются.

Кастильо яростно разглаживает несуществующие складки на своей блузке с котятами.

– Я-я… мастурбация греховна, Джексон, и…