"Фантастика 2025-122". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Зубачева Татьяна Николаевна - Страница 909

– Мона.

Она вздрогнула и обернулась. Найджел, уже одетый, с влажно блестящими волосами улыбнулся ей.

– Да, – она торопливо выключила плитку, достала чашки. – Я сварила кофе, сейчас попьём.

Пока пили кофе, стало совсем светло. Найджел отставил чашку, улыбнулся.

– Ты сегодня будешь на курсах? Я приду, встречу.

– Хорошо, – кивнула Мона. – Я вообще-то хотела бросить их, ни к чему они мне, так, деньги и время перевожу. Но… ладно.

Найджел встал, обнял и поцеловал её.

– Всё, мне надо идти, Мона. До вечера, да?

– Да, – кивнула она.

Найджел с заметным усилием оторвался от неё, быстро натянул ветровку, взял сумку и, ещё раз улыбнувшись ей от двери, вышел. А когда она, очнувшись, метнулась к окну, его уже не было видно.

Уходя, Найджел не оглянулся: если кто случайно и увидел его, то со спины в нём трудно угадать цветного, зачем лишние неприятности. К священнику, пожалуй, рано, но и откладывать нельзя. В перерыв ему не вырваться, а после смены надо будет уже спешить к Моне, встретить и проводить, а то… мало ли что. И потом… Отец Артур говорил, что к нему можно прийти в любое время. Вот и воспользуемся, да, откладывать нельзя.

Найджел всё ускорял и ускорял шаг, пока не припустился бегом.

Отец Артур привык к неожиданным визитам. Соглашаясь на приход в Цветном квартале Колумбии, он знал, на что идёт. И когда задребезжал дверной звонок, пошёл открывать, даже не поглядев на часы. И всё же удивился, увидев визитёра. Младший Слайдер? Что-то случилось?!

– Доброе утро, святой отец, – Найджел часто дышал после бега. – Прошу прощения, что разбудил вас, но мне надо… – он задохнулся.

– Доброе утро, сын мой. Хорошо, что пришёл, – ободрил его священник. – Заходи и рассказывай. Что-то случилось?

– Я… я хочу исповедаться.

Отец Артур улыбнулся.

– Конечно, сын мой, я выслушаю тебя. Проходи.

Странно, конечно, он никогда не говорил своей пастве об исповеди, они же не католики, откуда только парень узнал об этом, но раз просит выслушать его, то отказать – грех и непрофессионализм.

В гостиной Найджел как-то затравленно огляделся и, не сев несмотря на приглашающий жест священника, заговорил:

– Святой отец, я… я встречаюсь с девушкой, уже давно, с Нового года, и… и она ждёт ребёнка.

Отец Артур сначала нахмурился: лёгкость, с которой обитатели Цветного сходились, их случайные необязательные связи сердили его, – но тут же сообразил, что ради простого рассказа его бы не побеспокоили так рано.

– Святой отец, я женюсь на ней, – выдохнул Найджел и невольно улыбнулся. – Она согласна.

«Ещё бы!» – хмыкнул про себя отец Артур. Слайдеры – все трое – завидные женихи, ему уже намекали, что если он поспособствует своим пастырским словом, то отблагодарят. Ну, это всё неважно, а главное… главное то, что Найджел решил правильно. И разумеется, он поможет ему и его девушке.

– Чем я могу помочь, сын мой?

– Мы не хотим откладывать свадьбу, святой отец.

Отец Артур понимающе кивнул. Они договорились, что свадьба будет не сегодня или завтра, а в субботу, всё-таки надо уладить всякие житейские мелочи, а до субботы Найджел со своей невестой в один из вечеров придёт к нему для беседы.

Поблагодарив отца Артура, Найджел попрощался и побежал домой. Хоть бы к девяти успеть. Он бежал, ни на что не обращая внимания. С ним здоровались, он отвечал, не глядя, окликали – он с улыбкой отмахивался, не останавливаясь.

Вот уже их улица, ещё по-утреннему тихая. Он с ходу перепрыгнул через ограду, взбежал на веранду, бутылок уже нет, значит… Вверх по лестнице одним духом. Завтракают? Успел!

Найджел бросил сумку на стол в холле, ветровку на вешалку и, влетев в кухню, бросился к раковине.

Метьюз за волосы оторвал его от крана, заставил перевести дыхание и пить из кружки маленькими глотками.

– Сердце сорвёшь, дурак.

– Отдышался? – Роберт насмешливо оглядел его. – Бить мы тебя потом будем. Ты где вместо школы шлялся?

– Сейчас, – Найджел уже спокойно выпил вторую кружку, ещё раз глубоким вздохом успокоил дыхание. – Братья, я женюсь.

– Чего-о?! – изумился Роберт.

– Найдж, ты в порядке? – озабоченно спросил Метьюз.

– Вполне. Свадьба в субботу.

– И чего такая спешка? – обманчиво спокойно спросил Роберт.

– Мы переспали, она беременна, и я, как честный человек, женюсь.

Метьюз попятился и сел, с каким-то даже страхом глядя на Найджела. Тот шагнул вперёд, с силой опёрся кулаками о стол и подался вперёд, навис над братьями.

– Братья. Для всех я с ней с Нового года встречаюсь, ребёнок этот мой. На этом и под пулей стоять буду. Я уже у священника был и ему это же сказал.

– А нам что скажешь? – спросил Роберт.

– У тебя что?.. – не договорил Метьюз.

– Ничего, – мотнул головой Найджел. – Как было, так и остаётся. Но об этом…

– Знать никто не будет, – закончил за него Роберт. – Она-то хоть кто?

– Она недоказанная, родители у неё условные, – Метьюз присвистнул, и Найджел кивнул. – Да, Мет, я на неё только издали смотрел, а вчера поговорить удалось, и вот, всё решилось. Жить я без неё не могу. И не буду.

– То-то ты как не в себе был, – понимающе кивнул Метьюз.

– Да, – Найджел говорил уже совсем спокойно. – Да, братья.

Роберт протянул руку, и они переплели пальцы.

– Ну вот, – Роберт улыбнулся. – И всё, и пошли вниз, надо работать. В ленч обговорим всё.

– Да, – кивнул Метьюз. – Беги, переодевайся, Найдж. До ленча без завтрака выдержишь?

– Не проблема! – крикнул, выбегая из кухни, Найджел.

Уже полдесятого, работы выше головы, открываться пора. У себя в комнате Найджел сбросил кроссовки, джинсы и ковбойку, быстро натянул рабочую форму и переобулся в рабочие, лёгкие и на шнуровке, вроде паласных ботинок, что им ещё в госпитале вместе с формой подарили, и побежал вниз, к братьям, помочь всё приготовить к смене. И больше он уже ни о чём не думал.

Ларри знал, что городская жизнь шумна и суматошна, но такого не предполагал. Каждый день, каждый час возникали и как-то сами собой решались проблемы, тут же порождая новые. И в этой круговерти он, к своему изумлению, чувствовал себя всё увереннее. Договорился о стирке, уладилось и с готовкой, купил одежды себе и Марку, посуду, сходил в церковь и поговорил со священником о школе для Марка, и сам на муниципальных курсах сдал экзамен и получил справку о функциональной грамотности. Целый день ушёл, но сделал. С ума сойти, сколько он успел за эти несколько дней. А всё только начинается.

В понедельник они как всегда встали по привычке рано. Ларри сварил для себя кофе, приготовил сэндвичи. Марк принёс от Дядюшки Пинки две бутылки молока. Разносчик оставлял молоко у входа, а жильцы забирали его сами. Увидев кофе, Марк удивился.

– Пап, а молоко? И сэндвичей столько…

– Я иду на работу, – Ларри отхлебнул кофе.  – Если не приду к ленчу, поешь сам. Выпьешь молока с сэндвичами. Без меня из дома не выходи. Почитай или порисуй. К обеду я точно вернусь.

– Ага, – кивнул Марк и тут же поправился:  – Хорошо, папа.

Таким сосредоточенно серьёзным он видел отца не в первый раз, тот всегда такой перед работой в мастерской. И Марк знал, что ни мешать, ни отвлекать отца нельзя.

Не зная, вернее, не будучи уверенным, какая работа ему предстоит, Ларри, на всякий случай, надел не джинсы и ковбойку, а хорошие брюки и белую рубашку, ну, и ботинки вместо кроссовок. Сверху ветровку, чтобы особо не выделяться.

– Ты всё понял, Марк?

– Да, пап.

Ларри потрепал сына по голове, проверил бумажник и ключи и вышел, захлопнув за собой дверь. Дядюшка Пинки благодушно кивнул ему, сразу и здороваясь, и прощаясь, и Ларри ответил ему таким же улыбчивым кивком.

Дорогу ему объяснили хорошо, и добрался он без приключений и расспросов. Уже у самой двери столкнулся с Чаком. Живя практически рядом, виделись они нечасто. Такая уж у Чака работа, что его днём не бывает, а вечером Ларри спать ложится опять как в имении рано.